Нина сделала попытку встать, но жара и пережитое унижение сделали свое дело: она беспомощно закопошилась, словно потревоженная птица в своем гнезде. Затем ей все-таки удалось сесть на тротуар, расставив голые ноги с разбитыми коленками. Ее утешила мысль, что сегодня на ней шорты, а не короткая юбочка, которая теперь бы задралась, не оставив ей даже малейшей возможности держаться с достоинством.
— С вами все в порядке? — по-английски спросил костюм от Армани глубоким с хрипотцой голосом. Его итальянский акцент едва чувствовался.
Нина подняла голову и, прищурившись, посмотрела на незнакомца. Если бы она не сидела на дороге в нелепой позе, то отметила бы, что этот человек необыкновенно хорош собой.
— Бывало и лучше, — выдавила она. — И, думаю, выгляжу я обычно тоже немножко лучше, — нервно прибавила она, отковыривая прилипшие к плечу зернышки помидора.
Большая смуглая рука потянулась к ней, и Нина благодарно приняла ее. Незнакомец почти без усилия поднял ее на ноги.
— Спасибо, — проговорила она и выдавила слабую улыбку. — Вы первый джентльмен, которого я встретила в Палермо. — Она подняла взгляд и в первый раз по-настоящему рассмотрела его.
Перед ней стоял красавец с правильными чертами лица, с горячими черными глазами и полными чувственными губами. У незнакомца была по-сицилийски оливковая кожа. Его густым кудрявым волосам позавидовала бы любая женщина.
Интересно, что он увидел и услышал из сцены моего позорного изгнания, подумала Нина. Она машинально пригладила волосы и обнаружила на пальцах еще несколько зернышек помидоров. Господи, она, наверное, омерзительно выглядит, в то время как он такой элегантный и изысканный. Нина с любопытством перевела взгляд на его машину, и от удивления открыла рот. Это был длинный лимузин, белый с затененными стеклами, его двигатель продолжал работать.
— Кто вы такой? Местный рэкетир? — довольно необдуманно спросила она, немного оправившись от шока. И мужчина, и его машина были совсем не типичны для этого района Палермо.
Ответом ей было молчание. Он не сказал ни слова, чтобы поддержать ее шутку. Его горячие черные глаза прищурились, и только. У Нины сжалось сердце. Какой надо быть дурой, чтобы говорить подобные вещи незнакомым людям! Хотя она пробыла на Сицилии всего несколько недель, она уже успела окунуться в атмосферу сплетен и слухов.
Мафиози, промелькнуло у нее в голове. Ее глаза широко раскрылись, рука, поправлявшая волосы, упала.
— Гм… спасибо за помощь, — выдавила она. — Я пойду. Molte grazie. Chiao!
Нина нагнулась, чтобы подобрать рюкзак. Ей хотелось умчаться отсюда как можно быстрее. С нее хватит: в первую же неделю в Палермо у нее украли в молодежном общежитии все деньги, затем она попала в дом Локасто, где ей пришлось работать, не разгибая спины, а тут ее еще выставили с позором и без денег… Хуже не придумаешь!
Опередив ее на секунду, он сам подхватил рюкзак. По-прежнему не произнося ни слова, незнакомец бросил его на пассажирское сиденье лимузина. Затем поднял с земли ее бусы, книгу в бумажной обложке, пару кистей для живописи и тюбик крема и отправил их вслед за рюкзаком.
— Нет, это не мое! — воскликнула Нина, увидев, что он собирается поднять желтый ободок для волос, видимо кем-то потерянный.
От собственных слов у нее закружилась голова. После этого каждый подумал бы, что она собирается сесть в эту роскошную машину и уехать с незнакомцем. Что вполне отвечало намерениям самого незнакомца, как со страхом поняла Нина, поскольку он кивком пригласил ее в машину.
Нина попятилась.
— Нет, не стоит, — запротестовала она, яростно жестикулируя, чтобы придать своим словам убедительность. — У меня теперь все в порядке. Мой… мой друг ждет меня. Там… на углу в Пьяццо… то есть в Пьяцце, — поправилась она, чувствуя, что краснеет. Если бы у нее и правда был друг!
Этот человек явно не поверил ей. Он только чуть поднял брови, но промолчал и еще раз кивнул в сторону машины.
Здравый смысл подсказывал Нине, что ей не стоит садиться в машину. Куда он собирается ее везти? Если он джентльмен, который хочет помочь молодой леди, попавшей в беду, то спросит, куда ее отвезти. А куда ее везти? В общежитии потребуют деньги вперед, а у нее и на чашку капучино не наберется!
До Нины только теперь дошло, в какую историю она попала. Поиски отца ни к чему не привели, и она не сможет уехать домой, даже если захочет. Теперь она стоит одна в каком-то загаженном районе, без денег, без крыши над головой, а тут еще этот… гангстер…
Наверное, отчаяние было написано на ее измученном лице, так как незнакомец шагнул вперед, на удивление ласково взял ее под локоть и повел к машине. Он вдруг заговорил тихим и спокойным голосом:
— Вам нечего меня бояться. Вам пришлось нелегко, и теперь вам нужна ванна. Этот район не слишком подходит для молодых англичанок, так что примите мою помощь.
Наверное, она сейчас просто омерзительна с виду, раз он заговорил о ванне. Она похожа на какую-то глупую бродяжку. Да, глупую, раз попала в такую идиотскую ситуацию. Видел ли этот человек, как ее с позором вышвырнули из дома Локасто? Слышал ли оскорбительные обвинения, которые выкрикивала синьора?
— Откуда… откуда вы знаете, что я англичанка? — нерешительно спросила Нина уже перед дверью — машины.
Он кивнул на ее книгу, лежавшую на сиденье, и легкая улыбка чуть смягчила черты его лица. В душе Нины здравый смысл боролся с желанием уехать. Несмотря на то что незнакомец улыбался, она все же не могла окончательно забыть об осторожности. Да, она пережила настоящий шок, а у этого парня обаятельная улыбка, но после того, что ей пришлось испытать в последнее время, она должна быть осмотрительнее, чтобы не попасть в очередную передрягу.
— Так вы сядете в машину или лучше оставить вас тут, на милость дам с этой улицы? — мягко спросил он. — Из увиденного мною можно сделать вывод, что вам не стоит здесь задерживаться.
Сердце Нины упало. Значит, он все видел и слышал. Но он не присоединился к ее мучителям, напротив, даже остановился и предложил свою помощь. Хотя, возможно, поверил в обвинения синьоры Локасто и решил, что может ее с легкостью подцепить.
Нина гордо вздернула подбородок. И тут она увидела свое отражение в боковом зеркале автомобиля. Она выглядела отвратительно: растрепанная, маленькая и растерянная. Волосы перепачканы помидорами, одна щека горит от пощечины. Не нужно обладать большим воображением, чтобы принять ее за уличную девку. Мужчины не сомневались бы, что она никому не ответит отказом!
И этот, наверное, тоже. Но с другой стороны, у такого, как он, скорее всего целый гарем роскошных женщин или потрясающая красавица-жена.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
