— Что вы хотите этим сказать? — прошептала она. — Мы же никогда не встречались. Кто вы все-таки такой?
Он полез во внутренний карман своего пиджака, вытащил и протянул ей визитную карточку. Да, он юрист, Фредерико Бьяччи, его контора находится в Нью-Йорке. Ну и что? Для нее он все равно абсолютно посторонний человек.
Нахмурившись, она вернула ему карточку, которую он небрежно сунул в карман.
— Я ожидал, что вы окажетесь именно такой, потому что видел выражение вашего лица, когда вы лежали в грязи, — ответил он.
— Интересно, и какое же у меня было выражение? — фыркнула Нина, смутившись, что он опять напомнил ей о позорном изгнании.
Он немного помолчал, словно не зная, как точнее выразить мысль. Затем все же проговорил:
— Вы как будто не могли поверить, что это происходит на самом деле. Вы были в ярости. Я прочел это на вашем хорошеньком личике. И подумал, что, если бы на вас не ополчилась вся округа, вы тоже влепили бы синьоре пощечину.
— А вы на самом деле юрист, а не психолог? — язвительно осведомилась она.
— Значит, я угадал? — серьезно спросил он.
Нина пожала плечами.
— Да, но я не смогла повести себя героически в таких обстоятельствах. Ведь синьору поддерживали все женщины улицы. Но, в любом случае, синьора Локасто гораздо сильнее меня, и даже в схватке один на один у меня было бы немного шансов.
Он снова рассмеялся, и у Нины в животе что-то сжалось. Когда он улыбался, его лицо оживало. Его античные черты становились по-настоящему прекрасными. Нина подумала, что у этого человека словно несколько лиц. Тут ее спутник вдруг стал серьезным.
— Вы пострадали? — озабоченно спросил он и коротко взглянул на нее. Его взгляд остановился на царапине на ее руке, и он прищурился.
Нина прикрыла царапину ладонью и попыталась оттереть засохшую кровь.
— Нет. Это я просто оцарапалась о дерево… Больше у меня никаких травм нет. Я была скорее зла, ведь это так несправедливо и… И давайте не будет об этом говорить, хорошо? Мне не хочется.
Ей действительно очень не хотелось вспоминать, как синьора Локасто ворвалась к ней в комнату и обнаружила Нину и своего мужа барахтающимися на кровати. В ослеплении хозяйка решила, что Нина не пытается сбросить ее мужа, а как раз наоборот…
— А я думаю, нам все же стоит поговорить об этом, — настойчиво сказал Фредерико. — Это любопытно.
— Вот как? — пробормотала Нина. — Вы можете себе представить, чтобы этот Локасто мог настолько мне понравиться, что я стала флиртовать с ним…
— Ага, кажется, я начинаю понимать, — немного подумав, произнес он. — Она вышвырнула вас из дома, так как вы были ходячим соблазном для ее мужа…
— Нет, не была! — запротестовала Нина. — Она все не так поняла и обвинила меня, а не его.
— Все же, наверное, были. Вы очень хорошенькая юная леди. Искушение для любого мужчины.
— Простите меня, но я не могу принять этот комплимент, — негодующе проговорила Нина. — Я не напрашивалась на то, что со мной случилось! — Она сидела прямо, стараясь не потерять самообладания. Это ж надо, всегда у них виноваты женщины!
Фредерико вдруг свернул на пыльную проселочную обочину и остановился. Впереди виднелась какая-то деревня с крытыми красной черепицей домами. Это ей вполне подходит, решила Нина. Она уже окончательно пришла в себя и в состоянии сама о себе позаботиться. Кроме того, этому человеку она, кажется, успела изрядно надоесть.
— Спасибо, что подвезли, — ледяным тоном произнесла Нина и взялась за ручку дверцы, но она снова оказался заблокированной. Его рука легла ей на плечи. Нина почувствовала его тепло, и ее сердце застучало как сумасшедшее.
— Послушайте меня, Нина. Я остановил машину не для того, чтобы высадить вас, а для того, чтобы кое-что вам сказать. Я понимаю: вы пережили настоящий шок и теперь нервничаете, но все же не стоит срываться на меня из-за того, что с вами несправедливо обошлись Локасто.
Нина вздернула подбородок.
— Это было правило первое, — попыталась она пошутить. — Спасибо за этот урок, спасибо, что подвезли. А теперь не могли бы вы открыть дверь, чтобы я вышла?
Его рука вдруг спустилась ниже и чуть сжала ее обнаженное плечо. Его прикосновение было теплым, твердым и… словно электризующим. Нина вся похолодела, но он не убрал руку. Она попыталась прочесть его мысли по глазам, но они уже не улыбались, и выражение их было непроницаемым.
— Я не пытаюсь оскорбить вас, Нина. Ни словами, ни физически. Останьтесь в машине. Я на вашей стороне, хотя сейчас, во власти обиды, вы не можете этого осознать. Зато теперь, надеюсь, мы лучше понимаем друг друга, и…
— Постойте, — перебила его Нина. — Вы говорите так, словно нам нужно какое-то понимание. Но ведь мы случайно и ненадолго встретились. Так что спасибо за то, что подвезли…
Он как будто не слышал ее. Его рука вдруг переместилась ей на шею, под волосы. Нина была поражена, какой эффект произвела на нее эта короткая ласка. Теперь она не могла бы выйти из машины, даже если бы от этого зависела ее жизнь.
— Видите, нам до некоторой степени необходимо понимание, Нина. В трудную для вас минуту я предлагаю вам свое гостеприимство, — мягко уговаривал он. — И я понимаю, что вы не можете с легкостью принять мое приглашение, поэтому стараюсь сделать так, чтобы нам обоим было проще. Но я не могу пытаться один и теперь уже начинаю сомневаться, что был в своем уме, когда остановился, чтобы помочь вам.
— Но вам-то нечего опасаться меня! — возразила Нина.
— А вам — меня, — заверил он Нину, но не убрал руку с ее шеи. — Слушайте меня внимательно. Не нужно без конца на меня срываться, это действует мне на нервы. Я понимаю, что вы измучены и устали, но мне от этого не легче. Посмотрите на проблему с другой стороны. Вы красивая юная леди, точнее можете быть красивой, — прибавил он, окинув взглядом ее растрепанную фигурку. — Я везу вас к себе домой. И рискую своей репутацией.
Нина сидела и пораженно молчала. Он очень умело все поставил с ног на голову. Получается, что он делает ей одолжение. Видимо, он хороший юрист. Да, она действительно должна благодарить судьбу за то, что он остановился и пришел ей на помощь. Нина несколько секунд размышляла, потом пробормотала:
— Простите. Но я прошу прощения только за то, что действую вам на нервы.
— Извинения принимаются, — только и ответил он.
Потом они долго молчали. Мысли Нины проносились в голове, обгоняя друг друга. Да, она действительно должна благодарить его за помощь. И, если бы не его высокомерие, он был бы чрезвычайно интересным и обаятельным человеком. Но, привлекательный он или нет, ее все равно совершенно не устраивает, что он увез ее из Палермо. Да, ей некуда идти, но во что бы то ни стало она должна оставаться в городе. Хотя, может, после душа и короткого отдыха она что-нибудь придумает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
