- Очень удобно. Кто же защитит его лучше, чем моя дочь?
Я закрыла глаза, чувствуя, как по щеке поползла слеза. Он прав. Но я ведь чувствую это, знаю… Усмехнувшись над собой, я открыла глаза. В чем тебя убедил псионик-контролёр, то и является твоей правдой.
- У Горана Ссорена, когда тот искал иллюзор, Ройс… - Я судорожно вобрала в легкие воздух. Отец сжал мои ладони. Казалось, будто я засунула руки в огонь, такими горячими были его пальцы. – Я сказала тебе еще при встрече в Зальцестере, что он хочет войны. – Решила я пропустить все, что касается наших отношений. – И наверняка, идея с полукровками была, лишь, одним из видимых шагов. Мне кажется, если он в Объединенных землях, то не на нашей стороне. Но я прошу тебя… Если это не так и ты будешь принимать решение…
Поднявшись, отец оборвал мою мысль поднятой ладонью.
- У меня есть еще час, и я больше не хочу слышать о Ройсе. – Проговорил глухо. – Но если твои предположения верны – находиться здесь более не имеет смысла. Они не сунутся сюда. Север мы не втянем… В любом случае не принимай свои догадки с такой серьезностью. Ройс всего лишь восемнадцатилетний парень, не знающий жизни, и не представляющий во что он хочет ввязаться. Ангелы сейчас в раскопках. Если хочешь, можешь присоединиться к ним. Харенхеш не лезет в котлован, опасаясь повредить город, который считает своим. Несмотря на это защита там утроена. Могу надеяться, что ты будешь осторожна и не подвергнешь себя опасности.
Я быстро кивнула, улыбаясь и вытирая щеки.
- Ты… Почему ангелы? Я второй раз слышу, и только сейчас поняла, что Эзнер тоже говорил о маме и тете.
Глубоко вздохнув, отец обежал взглядом помещение. Показалось, что ему неожиданно стало тесно здесь. Я могу спросить у мамы… Теперь она расскажет, думаю. Легонько улыбнувшись, я поднялась.
- Прогуляемся? Кажется, что я ношу жару пустыни с собой… - Улыбнулся он просто, как мог бы улыбнуться любой из ребят, работающих в зальцестерской резиденции. Очень сложно было понимать, что отец старше всего на шестнадцать лет. Не говоря уж о том, что он оказался… Андресом – Императором Объединенных земель – первым главой государства, не избранным главами Гильдий.
Облачившись в меховые плащи, мы вышли на улицу. Инфор молча наблюдал от перил, пока я застегивалась и натягивала сапожки. На улице шел легкий воздушный снег. Здесь, на окраине, прохожие встречались редко. Мы медленно и молча шли к центру городка. Кто-то узнавал отца, кивая или выкрикивая приветствие. Он улыбался в ответ, иногда приветливо поднимая руку. Если бы некоторые реплики были обращены ко мне, я бы обиделась. Отец же лишь смеялся, отвечая в их духе и заставляя краснеть одновременно и их и меня. Очевидно, здесь его в лицо знали намного лучше, чем в Зальцестере.
- Ты не думал напрямую попросить их о помощи?
- Они не вмешиваются никогда и ни во что, если это не коснется их лично. Единственный шанс был перенести часть агрессии на их территорию. Просить бесполезно. Они слишком независимы.
- Но никто, ведь, не собирается покушаться на их независимость? Это просьба о помощи!
- Дайан, вопросы с севером у нас решает Кларисс. Я доверяю ей в достаточной мере, чтобы не вмешиваться. В конце концов, она их знает не каких-то пятнадцать, а пару сотен лет…
- О… - Закусила я губу. Куда я лезу… - Инфор тренирует меня использованию комплексных щитов. Я нашла твои рамки внизу. Как ты смог оставить их?
Отец засмеялся в голос, выдохнув массу пара.
- Лет через сто, думаю, мне придется написать продолжение книги Кам Ин Зара. Напомни мне упомянуть о рамках без мага.
- И маге без рамок? – Улыбнулась я в тон. Отец обнял меня за плечи, насмешливо кивая. – А еще там маленький Пьюрен… - Вспомнила я со вздохом.
Обернувшись к отцу, я задержала дыхание в смятении. Выражение лица было совсем как тогда, перед первым посещением севера и дома Кларисс! Он заговорщически подмигнул и обнимавшей за плечи рукой приподнял зад землей. Я задержала дыхание, зажмурившись. Не может быть… Не может быть!
Почувствовав ласковый теплый ветер на лице, я открыла глаза и осмотрелась. Впереди, отражая небо, лежала недвижимая гладь озера. Летняя зелень казалась нереальной после беспрерывной в последние месяцы череды грязь-снег-песок-снег. Высокие и тонкие стволы деревьев медленно пошатывались на ветру. Где-то далеко вверху лохматыми зелеными мазками торчали пушистые ветви.
Отец направился вперед, оставив меня в немом восторге. Расстегивая на ходу меховую одежу, я пошла за ним к озеру. Деревья вокруг и ветер и трава – все было насыщенно незнакомой энергией, вливающейся в тело с каждым шагом. Я засмеялась при мысли, что и я, пожалуй, смогу оставить здесь свои рамки. Что-то нереальное витало вокруг. Часть этого, как слепок возможности, присутствовало в мертвом городе на Сиане. Здесь же был источник - необыкновенно щедрый и открытый. Бескрайний, неисчерпаемый источник силы. Подойдя к тоненькой линии песчаного берега, будто нарисованного аккуратным художником вокруг озера, я замерла. В нескольких метрах от берега с глади озера поднимались сверкающие в солнечном свете капли воды. Хрустальной пылью сияли самые маленькие, большие же были с кулак. Подняв взгляд к центру озера, я открыла рот, выдыхая. Пьюрен…
Часть озера в центре жила своей жизнью, невесомо паря над зеркальной гладью. Самое большое образование, сплюснутое и волнующееся внутри себя, по размерам можно было сравнить с домом Кларисс. На ней зависла черная гладкая плита, мягко наклоняющаяся… ненадежная. Почувствовав ладонь отца, взявшего меня за руку, я обернулась. Приобняв меня, он поднял взгляд к центру озера. Его шаг вызвал колыхание сероватой дымки, будто ветер стал материальным. Опустив взгляд под ноги, я увидела черную гладь плиты. Заглянула за плечо отца: берег был в полусотне метров от нас. Выпустив меня, он скинул плащ. Темная ткань, подбитая мехом с внутренней стороны, неохотно и лениво начала опускаться на черную гладь. Я последовала его примеру, наблюдая как плотные края моего плаща загибаются за края не успевшей упасть темно-синей ткани. Сквозь сами мысли несся ощутимый, поднимающий волны эмоций, воспоминаний, сил и понимания возможностей – поток. Согнув одну ногу в коленке, я раскинула руки, удерживая равновесие. Отец за спиной засмеялся. Я обернулась, улыбаясь. В поднимающихся до высоты плиты каплях я видела свое отражение. Я ведь не могу упасть здесь? Если?.. Если…
Снова обернувшись к отцу, я не решилась задать вопрос. Он сидел на глади пошатывающейся плиты, скрестив ноги и закрыв глаза. Стянув сапоги, я притронулась пальцами ноги к ближайшей капле, чуть заплывшей под камень. Она была теплая и мокрая. Засмеявшись при мысли о том, что вода оказалась мокрой, я снова обернулась. Закусила губу, не решаясь наступить. Разве могло хоть что-то быть здесь невозможным? Пошатнулась, теряя равновесие и отступая назад. Не каждую секунду я была уверена в том, что действительно стою на нагретой солнцем глыбе. Иногда ступню обдувал ветер, и я смотрела вниз, на тень. Так и не решившись, я отвернулась от парящих вокруг капель. Села, наблюдая за так и не опустившимся до конца ворохом теплой одежды. Поводила пальцами по теплой поверхности. Прикрыла глаза, впуская в себя это место и силы, способное унести прочь. Растворяясь в немыслимой мощи неведомой энергии, становясь частью озера и мира вокруг, дышала небом и тишиной. И мыслей не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
