Эта самая ближняя, в которой можно спрятаться и затаиться. Нужно проверить, возможно, дочь старосты сидит там и боится вылезти или, вовсе, потеряла сознание от переживаний. Было страшно — люди и животные часто исчезали в провалах, иногда на час, иногда на день, но чаще всего навсегда. Те, кто возвращался — ничего не помнили, вроде бы провалились и сразу вылезли, а их, оказывается, уже потеряли, а иногда и оплакали…
Не давая себе возможности передумать, решительно шагнула в яму и полетела вниз, с трудом удерживая себя от крика. Благо, лететь пришлось не долго, пара мгновений и я упала на четвереньки больно отбив заледеневшие конечности.
Когда глаза привыкли к полумраку, я увидела, что приземлилась аккурат во что-то темное и влажное, только-только начавшее подмерзать. Отскребла ногтем кусочек и брезгливо скривившись принюхалась — кровь…. Хорошо что уже подмерзла и не испачкала мою одежду, просто стало жутко от осознания, что крови слишком много и вряд ли можно выжить после такой потери…. Неужели Леська….
Огляделась по сторонам в поисках каких-нибудь свидетельств ее присутствия. Не могли же съесть девушку вместе с одеждой? Но сквозь полумрак смогла разглядеть лишь кровавый след, ведущий вглубь разъема.
Мысленно ругая себя последними словами за глупость и безрассудство, я осторожно, стараясь не шуметь и не наступать на пропитанный алым снег, пошла проверять, кто же стал жертвой кровожадных стражей.
Сначала мне показалось, что я уперлась в тупик, и лишь спустя несколько секунд поняла, что стою на расстоянии вытянутой руки от огромного, перепачканного в крови волка. Сердце испуганно сжалось и упало куда-то вниз, первобытный ужас парализовал конечности, и я замерла ледяной статуей, ожидая, что разъярённый раненый зверь накинется на меня….
Мгновения сменяли друг друга, а нападать на меня никто не торопился. В тишине разъема слышалось рваное болезненное дыхание волка. Ох и сильно же ему досталось, вряд ли выживет. С чего я взяла, что это Ледяной? Все же знают, что тот бессмертен и стражники подчиняются ему во всем. А за этим гнались с явной целью добить….
Я несмело сделала один шаг назад, второй. Лучше убраться отсюда поскорее, даже если этот зверь не опасен, то в любой момент сюда могут явиться прихвостни Ледяного, злые и полные сил — тогда мне точно несдобровать. Я и так сегодня долго испытывала судьбу….
— Стой…, — услышала я.
В голове набатом прогудел приказ, причиняя боль, подчиняя тело и мысли, не позволяя ослушаться…. Остановилась, стою, жду дальнейших указаний. Минуту, вторую… через пять-семь минут пришла здравая мысль: чего стою, чего жду? Беги!!! Осторожно попробовала пошевелить рукой и когда поняла, что тело снова мне подчиняется, что было мочи побежала к выходу из разъема.
— Помоги…., — прозвучало мне вслед отчаянное…
Я споткнулась на ровном месте и упала. Меня трясло и корежило от невыносимой боли, намного сильнее предыдущей. Чтобы не закричать в полный голос пришлось прокусить губу и жевать ее, сглатывая собственную кровь.
Это не был приказ, как прошлый раз. Это была просьба, даже мольба, сопровождаемая его чувствами и мыслями. Боль и бессилие, безысходность и отчаянье, страх, что я уйду, и он сгинет здесь, в этой дыре….
Перед глазами мелькали картинки чужих воспоминаний: детство в прекрасном замке, веселая юность в кругу верных друзей, ослепительно красивая девушка с огромными омутами глаз, коронация и свадьба, упоение абсолютной властью и безграничное счастье, а после — предательство друзей и любимой, оковы, запирающие магию и заточение на много долгих лет….
Сознание раздвоилось: одна я — маленькая в хрупком человеческом теле, и другой я — большой, но обессиленный волк, Ледяной Владыка, один из самых сильнейших магов нашего мира. И ему срочно нужно помочь, иначе оба моих я умрут.
Лишь на краю сознания мелькала мысль, что мою голову заполнили совершенно чуждые мне воспоминания и мысли. Однако даже понимание этого не давало мне свободу. Пульсировала только одна мысль — спасти и освободить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Первым делом необходимо снять антимагический ошейник.
Возникшая мысль заставила меня подняться и вернуться к раненому волку. Теперь мне не было страшно: как левая рука не боится правую, как делают они обе одно дело, контролируемые одним разумом, так и я, пользуясь памятью и знаниями Ледяного принялась за сложный магический ритуал. Не теряя ни минуты, вплотную приблизилась к лежащему волку, нащупала на его шее толстую цепь с шипами вовнутрь и одним из них вспорола ладонь. Потом приложила ее к одной из кровоточащих ран Ледяного, и смешала нашу кровь. Затем обхватила измазанными пальцами защелку ошейника и начала зачитывать всплывающие в памяти слова заклинания.
Силы уходили очень быстро. Я знала, что отдать придется все, а в придачу еще и несколько лет своей жизни, но поступить иначе я уже не могла. Да и кто бы мне позволил? Когда закончилась энергия — пришла боль, которая все возрастала, но я продолжала читать, пока не почувствовала, что цепь раскрошилась под моими пальцами и лишь после этого отпустила ускользающее прочь сознание.
Глава 3
Очнулась я от ощутимых похлопываний по щекам. С трудом разлепила глаза и попыталась собрать ускользающие мысли, одновременно пытаясь рассмотреть темный силуэт в темноте. Ярко светились янтарные глаза и этот взгляд был до ужаса знакомым. Когда зрение перестроилось, я рассмотрела что это мужчина, кажется, голый. Что за…
А потом в голове прояснилось, и я все вспомнила.
— Тебе… то есть Вам не холодно? — зачем-то брякнула я. На фоне льда, его тело казалось почти прозрачным и каким-то сказочным. Невольно задержала на нем взгляд — красив…
— Может мне повернуться, чтобы тебе лучше было видно? — прозвучал саркастически мужской голос. Я быстро отвела взгляд, понимая, что краснею.
Он криво усмехнулся. А еще я вспомнила, что холод его стихия, источник силы, и он никогда не мерзнет.
Почувствовала себя деревенской дурочкой, которой, по сути, и являлась. Разве разумный человек полезет в разлом? Разве пойдет выяснять, кто же там истекает кровью? Героиня недоделанная!
Но с другой стороны, он жив и это главное. Будь у меня выбор и понимание, я бы поступила так же.
Я снова поймала себя на том, что тайком его разглядываю, не в силах отвести взгляд, и с восторгом отмечала хищную грацию, пусть истощенного и израненного, но все равно, сильного тела. Породистые черты лица, длинные платиновые волосы. Разве можно быть таким красивым? Да еще после пятидесятилетнего заточения? Зачем мужчине такая внешность? У нас в деревне и в половину краше девиц нет.
Остро почувствовала собственную неполноценность, представляю, как сейчас выгляжу: грязная, растрепанная, в старой, местами заштопанной, одежде, обветренным лицом и красным носом. Хороша спасительница.
Хоть и получила много воспоминаний Ледяного, так толком и не поняла почему наши земли заперты под куполом и у нас нет тепла. Думаю, на благодарность рассчитывать не стоит, но вопрос по долине необходимо решить. Может теперь, когда горайские земли перестали быть местом заточения Ледяного, разрушаться барьеры, на равнину придет тепло….?
Все, пора домой: спать, мыться, есть или мыться, есть и спать, какая разница, главное — подальше от всего этого. С трудом поднялась на ноги и повернулась в ту сторону, где предположительно должен быть выход наружу.
— Куда собралась? — у него был низкий с хрипотцой голос, от которого все внутри перевернулось, — Нам в другую сторону.
— Нам? — от его слов сердце радостно сжалось.
Он пойдет со мною? Или возьмет меня с собой? Я не понимала, почему так странно реагирую, что со мною происходит?
— Конечно, мы теперь неразлучны, я отдал тебе часть своей души, и ты не сможешь жить без меня, — спокойно произнес мужчина.
От сказанного у меня сильнее забилось сердце. Неразлучны? С Ледяным Владыкой?
— Ты, наверное, шутишь, кто ты и кто я? — заглушив в себе восторженные мысли, я попыталась рассуждать разумно.
