Читаем без скачивания «Если», 1999 № 08 - Журнал «Если»

— Конечно, нет, ведь в Верхнем Меловом периоде люди не жили в Северной Америке. Эволюция человека началась не раньше, чем…

Чистенькая девочка показала на Рекса:

— А у нас. Ты кого-нибудь убил?

Рекс помотал головой.

— Это не совсем так, — объяснила учительница-киборг. — Разрушение есть разрушение, поэтому он и его создатель несут определенную ответственность. То есть, я хотела сказать, что тиранозавр не стал бы разрушать, если бы его не создали, подорвав тем самым устои общества. Ни один человек в здравом уме не сделал бы этого. Разумный человек понял бы, что создание большого динозавра, пусть и другого цвета…

Рекс прервал ее.

— Я пурпурный. Другое дело, что цвет немного поблек, но это оттого, что я стал старше.

Он нагнулся и хлопнул непропорционально маленькими лапами по миске с водой. Грязные потеки заструились по его бокам, оставляя за собой яркие темно-красные полосы.

— Ты не пурпурный, — увещевала учительница-киборг, — и не Должен настаивать на этом.

Затем она обратилась к своей помощнице-человеку:

— Как ты думаешь, они не будут против, если я начну все сначала? Мне кажется, я сбилась.

— Вы не должны перебивать, — предупредила помощница. — Ранний-Третичный-Период-в-Верхнем-Эоцене-жил-моритериум-небольшой-по-размеру-но-похожий-на-гиппопотама, — затараторила она.

— Ням-ням, — заворчал Рекс, — ням-ням.

— Чем вы его кормите? — маленький мальчик неистово тряс поднятой рукой.

— В основном, тофу. Ему это нравится, — учительница-киборг с неодобрением смотрела на Рекса, порицая его любовь к тофу. — Он сжирает полный аэрогрузовик каждый день. И уйму соевого белка и бобовой похлебки.

— Я люблю есть гиппопотамов, — сообщил Рекс малышу. — Мы каждый раз проезжаем мимо бегемотиков, когда я катаю мальчишек. И как эти бегемоты аппетитно выглядят!

— Он шутит, — сказала учительница-киборг. Схватив свою помощницу за руку, учительница попыталась рассмотреть циферблат. — Я еще много вам расскажу, дети, но это будет во время поездки, а иначе мы выбьемся из графика.

Они вместе с помощницей открыли ворота, ведущие в загон Рекса, и вошли, окруженные детьми. В то время как большая часть ребят сгрудилась вокруг ящера, поглаживая его толстую грубую шкуру, учительница и помощница сражались с приставной лестницей и огромным паланкином из белого пентастирена. Оба сооружения были сложены за спальным загоном Рекса. Более пяти минут они безуспешно пытались застегнуть паланкин на спине ящера, к тому же им отчаянно мешали четыре добровольных помощника из числа учеников.

Родерик присоединился к ним, водрузил паланкин на место, затянул подпруги так, чтобы ткань не сбилась.

— Спасибо, — сказала помощница. — Кажется, раньше я вас не встречала?

— И правда, я тут первый раз, — ответил Родерик.

— Да, конечно. Здесь всегда один служитель, всегда один.

— Раньше он ложился, чтобы на него можно было надеть эту сбрую, — свирепо сообщила учительница-киборг. — И потом ложился еще раз, чтобы не заставлять детей карабкаться по приставной лестнице. А теперь он просто садится.

— Я очень толстый, — пробормотал Рекс. — Это все из-за тофу, вкусного тофу, который мне дают.

Один за другим дети забрались по лестнице. Помощница стояла на земле, чтобы, в случае чего, подхватить оступившегося, и покрикивала на детей, чтобы те держались за поручни и чтобы пристегнули ремни. Киборг с помощницей поднялись последними. Учительница возобновила лекцию, Рекс с рычанием поднялся на лапы и в очередной раз отправился на прогулку по зоопарку. Это он проделывал по двенадцать раз на день.

Тогда была осень, напомнил себе Родерик, солнечный осенний день, словно пряник с позолотой, прекрасный день, каких сейчас не бывает. И сильный, свежий ветер пронизывал все вокруг, как и солнечный свет. На Родерике были джинсы, бейсболка и полосатая рубашка. Он летел на своем аэровелосипеде низко, где не было сильного ветра, потом забрался Рексу на спину и смотрел, как динозавр открыл двери амбара, сломав огромный запор.

— Итак, — продолжала учительница, — есть ли еще вопросы?

Родерик поднял глаза как раз вовремя — белый паланкин уже складывали за спальным загоном ящера.

— Да, — он поднял руку. — Что стало с тем мальчиком?

— Правительство взяло на себя ответственность за его воспитание, — был ответ. — Ему внушили азы здравого смысла, он прошел переподготовку по социальным дисциплинам и стал сознательным гражданином.

Когда киборг, ее помощница и дети удалились, Рекс спросил:

— Знаешь, я всегда думал, что с тобой сталось?

— А все это время ты знал, кто я? — Родерик вытер вспотевший лоб.

— Ну конечно.

Наступила тишина. Где-то далеко, словно в другом мире, восторженно переговаривались дети и взрыкивал лев.

— Ничего не случилось, — ответил Родерик, потому что не ответить было нельзя. — Я просто вырос.

— Я слышал, что обучающие машины выжгли из тебя всю память.

— Нет, я просто вырос, только и всего.

— Ясно. А почему ты так на меня смотришь?

— Думаю.

— О чем?

— Ни о чем. — Но слова просились наружу, они пробивали себе путь железными кулаками, поднимались из самого сердца. — Ваша раса правила Землей.

— Да, — кивнул Рекс. Он отвернулся, предоставив Родерику созерцать змеиный хвост и спину с гребнем цвета разжеванной темной виноградины. — Ну да, и ваша — тоже.

Перевела с английского Дарина НИКОНОВА

Факты

Да! — уверенно отвечают американские биологи из Пенсильванского государственного университета, которые тщательнейшим образом исследовали генетическую эволюцию животных, сравнив более шестисот последовательностей генов, принадлежащих 250 видам млекопитающих. Так были выявлены генетические различия, существующие сегодня между разными видами, ну а средний уровень мутаций давно известен… Иными словами, по этим данным можно установить, когда же начали обособленно развиваться те или иные виды животных.

И выяснилось, что большинство современных семейств млекопитающих преспокойно жили на нашей планете еще при динозаврах! Эти семейства сформировались более 100 млн лет назад — то есть за 35 млн лет до того, как «ужасные ящеры» полностью вымерли. Поскольку известные окаменевшие останки млекопитающих намного моложе, доселе ученые полагали, что бурное развитие и становление их современных видов началось лишь после того, как динозавры «освободили свою нишу». Выходит, однако, что грозные исполины не составили серьезной конкуренции ни сумчатым, ни грызунам, ни жвачным копытным, ни предкам слонов, китов или носорогов, ни разнообразным хищникам, ни приматам! Наши обезьяноподобные предки сосуществовали с динозаврами более 20 млн лет, и вполне вероятно, что их «наследственная память» в конце концов легла в основу красивой человеческой легенды о драконах…