за это – нам не хватит энергетических ресурсов, чтобы полностью нивелировать этот сгусток.
– В США и Китае сейчас тоже взялись за изучение этой проблемы. Мы не будем одни ею заниматься.
– То есть у нас будет совместный трехсторонний проект? – удивленно поднял бровь Сергей Сергеевич, следивший за политическими закулисными играми.
– Нет, проект будет двухсторонний. Мы и Китай. Мы на одном континенте и нам пока нечего делить.
– А NASA? – уточнил профессор.
– Они, как всегда, решили идти своей дорогой. Я разговаривал с Правительством Китая о том, чтобы предоставить наши общие разработки Америке и обсудить их варианты. Но американцы считают, что смогут решить сразу две проблемы – снять гигантский избыток энергии с Йеллоустонской кальдеры, и использовать её для уничтожения космического гостя.
– Но это же бомба замедленного действия! – ахнула молодая женщина лет тридцати-тридцати пяти, с надписью на бейджике «биолог, Татьяна Смирнова», которая сидела перед нами в микроавтобусе, – Смогут ли они управлять такой мощью? И что будет с тектоническими плитами, если снять накопившееся напряжение с кальдеры? Не проснутся ли другие вулканы на нашей планете? Может быть, это вообще приведет к полному изменению климата!
– Меня больше волнует другой вопрос, – встрял Семён, – где мы сами будем брать столько энергии, чтобы нейтрализовать Плазмоид?
– Ваша задача сейчас определить вопросы, над которыми в ближайший год будут работать все институты страны. Вам предоставляются максимальные полномочия по реализации и контролю этого проекта. Но пока он будет строго засекречен, и первые три-четыре месяца никто о нём не должен будет знать. Вы будете жить при лабораториях «Заслона», пользоваться неограниченным доступом к соответствующей информации, генерировать идеи и, как говорится – квантовые компьютеры и искусственный интеллект вам в помощь. Потом, когда будут найдены теоретические ответы на все вопросы, мы сообщим об этом во всеуслышание и подключим промышленность к решению практических задач. Мы должны работать, как одна команда.
– Давайте устроим мозговой штурм и определим масштаб проблемы, которая нас ожидает уже через год – смягчился Президент, – я хочу услышать Ваши предположения: что нас ждёт и, в идеале, как мы сможем восстановить нашу страну после сражения с Плазмоидом. Я могу предположить, что мы справимся с глобальной проблемой совместными усилиями. Но нам нужно продумать и то, как жить дальше: перезапускать экономику, промышленность и логистику.
Сначала все притихли, переваривая услышанное.
– Если мы никак не отразим эту угрозу, то Плазмоид просто выжжет всё живое на планете. Ну, хорошо, простейшие останутся, а все, кто имеет даже минимальные зачатки нервной системы, столкнутся с сильнейшим воздействием. Навряд ли кто-то выживет, даже в бункерах, – заметила Татьяна.
– Часть населения можно эвакуировать на космических шаттлах, чтобы переждали на космической станции, – заметила Маргарита, которая везде появлялась с профессором. Это была очень красивая девушка лет двадцати пяти с феноменальной памятью. Умом она блистала редко, зато факты выдавала просто, как компьютер.
– Ой, много ли там эвакуируются? Что же им потом на пустую планету возвращаться?
– Не о том вы спорите, дорогуши, – по-отечески остановил женщин профессор, – нам надо придумать как нейтрализовать сгусток ещё на подходе к планете.
– Судя по данным на экране, это всё-таки не шаровая молния космических масштабов и у нас есть шанс противостоять этому Плазмоиду. Я считаю, что надо воспользоваться естественной защитой Земли – её магнитными полями и озоновым слоем. И разбивать уже остатки! – предложил Семён, – я знаю, что есть разработки такой установки, которая преобразует электрическую энергию в силовое поле, нагревая и уплотняя воздух. Если их доработать и равномерно распределить по планете, а затем разом включить, то получится что-то вроде купола, который частично отразит, а частично поглотит оставшуюся энергию.
– Не получится, – покачал головой профессор, – для купола нужна постоянная подача огромного количества энергии. Да и не факт, что наши коллеги из других стран смогут понести сопоставимые затраты. Что толку от нашего купола, если энергия будет его «обтекать»? Лучше использовать импульсы, как выстрелы. На большом расстоянии они будут раскрываться наподобие «зонтиков», об которые и будет разбиваться эта инопланетная энергия. Хотя, лично я бы от купола не отказался: звучит надежнее.
– Но ведь уже за несколько часов до самого Плазмоида, на Землю обрушится что-то вроде ударной волны, – начал я, – Механизмы этого явления следующие: высокоскоростным потокам рекуррентного и вспышечного генеза предшествуют интенсивные низкочастотные колебания плазменных параметров. Причина их возникновения – неустойчивость в космической плазме на границе скачков скорости, плотности и температур. Происходит отражение их космическими потоками и космическими лучами. Эти колебания опережают сам поток до 16 часов [1]. Они нарушат магнитный слой планеты. Возможно, даже сместят магнитные полюса. Наша техника просто выйдет из строя. Все электронные приборы. Птицы, животные и насекомые потеряют ориентацию в пространстве. Люди почувствуют значительное ухудшение самочувствия. При этом все, а не только метеозависимые. А города окажутся ловушкой без света, водоснабжения, тепла и газа. С таким магнитным возмущением северное сияние мы будем наблюдать ещё несколько недель, если не месяцев. Значит, и электронику снова ввести в работу получится далеко не сразу.
На меня смотрели несколько пар глаз, практически не мигая. Каждый представлял этот апокалипсис и думал, как его предотвратить. Я смущенно оглядел коллег. Видимо, только мне приходила в голову такая ситуация, когда мама страдала от страшных головных болей во время вспышек на солнце. А тут всё значительно сложнее.
– И что Вы предлагаете? – спросил меня министр энергетики, сидящий по правую руку от Президента.
– В идеале, если выберем импульсный вариант, нам нужно ударить энергетическими установками пару-тройку раз, сначала как можно дальше от Земли, а потом уже в слоях атмосферы. Так мы справимся и с впереди идущей волной, и с самим сгустком, и нагрузка на возможности планеты станет поменьше. Ещё лучше, если над нами будет постоянное поле, поглощающее это излучение, чтобы его воздействие не превышало солнечную активность. Но где взять столько энергии и как её сохранить хотя бы на месяц?
– Нам нужна энергия солнца! Прямо из космоса! Можно отправить на орбиту несколько станций с новейшими солнечными батареями, – встрял Семён, – а сохранить её можно в промышленных аккумуляторах на Земле. В таких масштабах их, конечно, ещё не произвели, но ведь это решаемо.
– А как Вы, мой юный друг, собираетесь хранить огромные аккумуляторы на станции? Или будем транспортировать полученную энергию сразу на Землю? – спросил профессор.
– Как-как?! С помощью «Энергетического луча»! – буркнул молодой гений.
– А ведь это идея! – поддержал мужчина с бейджиком «программист, Никита Иванов», который сидел справа от меня, и единственный, кто сидел молча, – помнится, в 2022 году инженеры уже озвучивали
