силы?
Я улыбаюсь. На лице всё та же маска из прошлой жизни. Улыбка вежливая, как на корпоративных фото. Никто бы и не догадался, что внутри всё разламывается на части.
Господи, это кошмар. С трудом осознаю, что происходит. Мы все делаем вид. Каждый идеальный актёр в пьесе, где не существует прошлого. Где не было боли, предательства. Где я не держала тест в руках, не бежала, не рвала связи.
Лариса Ивановна говорит что-то про маршрут проекта. Про количество семей, которым они уже помогли. Голос доносится до меня будто сквозь воду. Расплывчатый и монотонный. Я не слышу. Я не могу слышать. Потому что передо мной стоит Макс. Он бросает на меня взгляд, короткий, скользящий, будто по стене. Пустой. Отстранённый. Ни намёка на признание. Ни одной искры воспоминаний. Будто я для него пустое место. И именно это разрывает меня изнутри. Он всё помнит. Чувствую это каждой клеткой. Это в том, как он чуть прищурил глаза, когда услышал моё имя. В том, как его пальцы чуть подрагивали, прежде чем он пожал мою руку. Он помнит. Но делает вид, что не знает меня вовсе.
А я чувствую, как земля уходит из-под ног. Упираюсь рукой в стол, чтобы просто не свалиться. Максим говорит с Ларисой Ивановной, кивает на цифры в презентации, комментирует проект. Даша демонстративно отворачивается от меня и вставляет короткие реплики в разговор. А я продолжаю стоять. С прижатым к груди блокнотом, как щитом от их мира, в который мне больше нет доступа. И дышу. Медленно. Всё внутри меня кричит, срываясь в беззвучный крик. Но снаружи только вежливая тишина. Только еле заметный вздох и мраморная маска на лице. Я не позволю себе дрогнуть. Не здесь. Не перед ним.
Когда разговор заканчивается, Макс встаёт. Спокойно, медленно. Пожимает руку Ларисе Ивановне.
— Благодарю за приём. Всё очень достойно организовано, — кивает он.
Поворачивается ко мне. На секунду его взгляд встречается с моим. В глазах ничего. Просто серый лёд. И этого хватает, чтобы меня обдало морозом от головы до пят.
— Было приятно познакомиться, — говорит он.
Прямо в лицо. Без единой трещины в голосе. Я едва киваю. Не в силах сказать ни слова. Даша выходит следом. Даже не глядя в мою сторону.
Пять лет прошло после нашего развода, я ничего о нем не слышала. И мне казалось, что никогда больше не услышу, и не увижу. Мне казалось, я сделала все возможное, чтобы этого никогда не произошло. И вот он снова здесь. В шаге. В одном здании. С моей бывшей подругой. И с моим молчанием, которое скоро разорвётся в крик.
Глава 3
Алиса
Выхожу из кабинета, но не делаю и двух шагов, как воздух становится тяжёлым, будто его откачали. Сердце колотится где-то в горле. Ступни словно налиты свинцом. Останавливаюсь, прижимаюсь спиной к стене. Она холодная, гладкая. Закрываю глаза и делаю глубокий вдох, зря. Перед глазами снова всплывает его взгляд. Спокойный. Холодный. Отстранённый.
Зачем он здесь? Почему он так спокойно отреагировал? Он знает? Он наверное знает всё, следил за мной? Но… почему тогда не появлялся все это время? Господи, «покровитель уже несколько лет». Как? Это же совсем в другом конце страны. Черт! Если он следил за мной, то он точно знает о Тёме!
Меня начинает трясти. Если я сейчас шагну, то просто упаду. Как в лихорадке, когда тело больше не подчиняется. Но мысль о том,ей что Макс заберёт у меня сына, просто сводит сума! Хотя он не может думать, что это его сын, я же Дашке тогда сказала, что избавилась от ребенка, по ее же наставлению! Вот же дура, как я вообще могла верить ей. Своей лучшей подруге, а она просто пробивала себе дорогу к Ветру!
— Алиса! — слышу голос Вари. Близкий, реальный.
Открываю глаза, поворачиваю голову. Варя уже рядом. Маленькая, рыжая, кудрявая, в белом халате. Хмурится. Смотрит внимательно.
— Ты бледная, как мел. Ты что, с привидением встретилась? — пытается пошутить, но тут же смягчается. — Пойдём. Идти можешь?
— Да, — шепчу одними губами. Я не узнаю свой голос. Он будто чужой.
Она подхватывает меня под локоть. Удивительно крепкая. Тянет в сторону своего медкабинета.
— Дыши, не вздумай падать. У меня и так давление один раз сегодня подскочило, теперь хватит.
Послушно иду, словно на автопилоте. Она открывает дверь, усаживает меня на кушетку. Приносит стакан воды. Протягивает.
— Вот. Медленно. Глоток. Потом ещё.
Беру воду. Руки трясутся. Сама себя не узнаю. Варя садится рядом, молчит. Просто сидит. Её локоть касается моего, и это единственное, что сейчас даёт опору
— Он… — начинаю я, но замолкаю. Всё застревает в горле. — Ветер…
Варя внимательно смотрит мне в глаза и шепчет:
— Потом расскажешь. Сначала дыши. Ты в безопасности. Здесь — ты в безопасности. Слышишь?
Я качаю головой, но поверить снова в слова, которые мы все привыкли говорить нашим подопечным, не могу. Встаю с кушетки и подхожу к окну. Безопасность? Смешно. Какой к чёрту покой, если в одном здании со мной — Максим Ветров. Ветер — мой личный ад в дорогом пиджаке. Вытираю слезы, которые предательски скатились, сжимаю челюсть. Не плакать. Не дрожать. Не показывать, что мне страшно. Он не увидит, как меня зацепило. Никогда.
— Безопасность! — Оборачиваюсь к Варе. — Как появился, так и исчезнет. Или исчезну я. Главное, чтобы не с грохотом и не с очередным надгробием.
— Ты думаешь… он за тобой пришёл? — осторожно спрашивает она.
— Не знаю, Варь. Я если честно до сих пор в шоке, что у меня получилось с ним развестись. Он не хотел давать развод. Я тогда узнала совершенно другую сторону Ветра. Ту которую знали все окружающие, а я очень долго не хотела ее видеть. Брат помог мне с хорошим адвокатом. И потом, позаботился, чтобы меня не нашли, другая жизнь, другая фамилия, другая придуманная история. Ветрова никогда не должно было быть снова в моей жизни. Жаль только Никита о своей жизни не позаботился…Случайность это или нет, понятия не имею. Но если бы Макс знал, где я, он бы не играл в благотворительность. Он бы мстил, за то что я все его планы испортила, и его репутацию хорошего семьянина. Его семья точно бы нашла способ отомстить мне.
— Семья? Но ты же говорила, у него
