жизни таких рот попросту не существовало. Поэтому, если менять устои, так на всю катушку — лучше идти за настоящим лидером, чем за дутым персонажем. Так и поступили. А ребята проголосовали за Илью единогласно. Просто они не забыли, кто в экстремальной ситуации взял руководство набором добровольцев на себя, кто отстоял кандидатуры Яшиной и Голиковой и повёл их всех в ту сумасшедшую атаку против «шоколадок» — вспомнили всё и отдали свои голоса ему. А он, ни минуты не сомневаясь, сразу предложил стать своим заместителем второму «седому» — Олегу. И генерал-майор окончательно осознал, что перед ним стоит не вчерашний мальчишка-повеса, а воин — командир, пользующийся авторитетом у подчинённых. Его сын вырос. Вырос окончательно и бесповоротно. А ещё Олег Петрович узнал, что Виктория Звягина и его сын встречаются, несмотря на его, Ермолаева-старшего, запрет.
— Прапорщик Ермолаев, останьтесь, — попросил отец сына после церемонии вручения погон и назначения в должности командира роты.
— Есть, — Илья остановился на полпути к своим однополчанам. Те понимающе кивнули ему и отошли в сторону.
— До меня дошли слухи, что ты встречаешься с Викой. Это правда?
— Так точно, товарищ генерал-майор.
— Хм, давай по семейному, без званий.
— Хорошо, пап. Давай. Что ты хочешь узнать?
— Как далеко дошли у вас отношения?
— Ты не с того начал.
— Не понял, поясни.
— Ты хочешь понять следствие, а нужно искать причину.
— Слушай, перестань корчить из себя профессора. Давай по существу вопроса.
— Давай вспомним историю своего государства.
— Это ты к чему сейчас?
— А к тому, папа, что в старые времена были такие молодые воины, новиками их звали. Вспомнил?
— Что-то где-то далеко-о-о, — генерал покрутил рукой перед собой.
— Это воины, в первый раз участвовавшие в сече.
— А, точно! Теперь припоминаю про них.
— И одним из прав, после такого боестолкновения, была возможность создать семью.
— Охренеть! Значит, у вас уже до этого дошло… — задумчиво проговорил отец.
— У нас ещё до ЭТОГО не дошло, но в остальном ты прав — пока ты в больнице лежал, я вас обоих навещал, потом собираюсь кунг, в котором Вика жила с дядей Колей Ефимовым, облагородить — мужские руки в доме всегда нужны. А спать вместе — много ума не надо, но мы можем и потерпеть, если ты об этом. Мне важно сейчас поддержать Вику — у неё снова никого не осталось. И я её не брошу и не отступлюсь, как бы кому не хотелось.
— Да, сынок… — внимательно посмотрел на него отец — Вырос ты, а я и не заметил.
— Не, пап, заметно и даже очень, — Илья погладил свою седую шевелюру.
Эта маленькая шутка окончательно расставила всё по своим местам. Ермолаев-старший вдруг осознал, что перед ним стоит не озабоченный парень, у которого юношеская влюблённость. Перед ним стоял глава новой семьи с чёткой жизненной позицией и взрослыми взглядами на жизнь.
— Хорошо, возражать не буду, но… ты всё-таки поаккуратнее там… Вика мне нужна как переводчик и пресс-атташе и её… Хм, ну, сам понимаешь…
— Пап, расслабься. С момента нашего переселения в Тополиновку я уже привык думать головой, а не другими частями тела. Нам сколько лет?
— Время покажет, сын.
* * *
Закат в тот день был хорош — не единого облачка на горизонте, и мягкий оранжевый свет светила ненавязчиво расслаблял Илью после трудового дня. С утра были организационные вопросы, которые они с Олегом обсуждали вместе с капитаном Синициным. И место дислокации, и объёмы хозяйственных работ — благоустройство анклава никто не отменял, потом был парко-хозяйственный день у кунга и неожиданная находка.
Где-то месяц назад одна из местных кошек принесла шестерых котят. Судя по окрасу, постаралась местная достопримечательность — кот Пасечниковых — Васька, наверняка всеми силами старавшийся пополнить после Чумы популяцию кошачьих в деревне. Пятерых разобрали, а один остался. То ли при родах у котёнка был повреждён левый глаз, то ли потом что-то случилось, но таким он и остался. Вдобавок и характер у него был такой же нестандартный — мелкий отпрыск Василия никого к себе не подпускал и шипел с последующим кусанием и царапанием всякого, кто решался взять его на руки. В тот вечер котёнок решил прогуляться и случайно набрёл на кунг, рядом с которым сидел молодой человек.
— Что, брат, гуляешь? — усмехнулся Илья, посматривая на котёнка. — Тоже скучно?
Малыш, естественно, не понял человеческую речь, но доброжелательный тон слов, исходящих от человека, он уловил и подошёл чуть поближе.
— Жаль у меня ничего поесть в доме нет. Ты ж, небось, голодный? — парень спустился с порожек и присел на корточки в метре от котёнка. Тот, не видя враждебных действий со стороны молодого человека, осмелел и подошёл к нему ещё ближе. — А пойдём на кухню? Я попрошу, чтобы тебе дали чего-нибудь поесть.
Котёнок с минуту стоял, оценивая перспективу дружбы с этим молодым человеком, от которого веяло спокойствием и уверенностью. И ещё… в нём не было злобы или хитрости, до этого сопровождавшей других людей, которых маленький представитель кошачьих всегда опасался. Он уже научился чувствовать эмоции людей и, даже смотря на мир одним глазом, безошибочно распознавал отношение к себе. И он рискнул подойти к этому человеку, после чего взобрался к нему на коленку и замурчал, чего не делал со времён, когда его вылизывала кошка-мама.
— Как же мне тебя назвать… — задумался Илья — …а давай ты у меня будешь Пиратом? А что, один глаз как у одного из грозных корсаров, и полосатый, как в тельняшке, и когти как ножи.
* * *
Мочалов давно уже забыл про покой и спокойный сон. По утрам Алёна замечала синие круги недосыпа под глазами супруга, печально качала головой, но тот отмахивался. Пятнадцатого сентября прибыла колонна переселенцев от лётчиков. Вторая посланная, но первая благополучно добравшаяся. Первую, в спешке отправленную с людьми из ближайшего населённого пункта, христолюбы зачистили, не пожалев даже детей, и под их видом попытались устроить в анклаве мятеж. Просчитались, заодно выяснив, что из себя представлял подполковник Белов — самопровозглашённый руководитель спецназовцев.
Сейчас же глава анклава, не покладая рук, занимался устройством новоприбывших, причём не только гражданских, но и самих лётчиков. Несмотря на свой приличный опыт в строительстве, Сергею катастрофически не хватало как профессиональных строителей или отделочников, так и
