class="p1">— Я не азартен, а здесь… это все равно, как в лотерею играть. Какие-то шансы есть, но точно предсказать результат не может никто. Найдите артефакт и свяжитесь со мной, посмотрим, что из всего этого выйдет.
Легко сказать, найдите.
Если бы я нашла артефакт, может быть, мне и не понадобилось бы с ним связываться. В любом случае, сначала я бы испробовала на нем свой топор. В смысле, на артефакте, не на магистре.
Магистр Серкебаев пока никаких поводов не давал.
— По правде говоря, меня куда больше беспокоит психическое состояние мистера Кларка, — сказал магистр Серкебаев. — Сейчас к этому никаких поводов нет, но в долгосрочной перспективе последствия от этого бесконечного цикла возрождений и смертей могут сказаться на его рассудке не лучшим образом.
Это уж точно, подумала я. Когда ты стабильно умираешь каждые четыре часа, а потом воскресаешь примерно на минуту, и так — день за днем, неделя за неделей, месяц за месяцем, год за годом, это кого угодно может свести с ума. Даже привыкшего восставать из могилы двухсотлетнего метачеловека.
Но найти Блокнот было даже сложнее, чем найти иголку в стоге сена. Потому что мы стояли в бескрайнем поле, где было до чертовой матери этих самых стогов, и мы понятия не имели, с какого следует начинать.
Ну, ты знаешь.
И тут у меня в глазах потемнело, в голове подурнело, а живот скрутило от резкого приступа боли. Я охнула и схватилась за спинку стула, чтобы удержаться на ногах. Магистр Серкебаев было бросился ко мне, но приступ быстро прошел, зато по ногам потекло что-то теплое.
Зашибись.
— Мисс Кэррингтон, у вас воды отошли, — спокойно констатировал магистр и открыл дверь в коридор. — Сюда!
И поток людей, состоящий из медиков самой дорогой частной клиники в Городе и агентов ТАКС, ворвался в палату Кларка, в которой я, кажется, начала рожать.
Глава 1
Жизнь обычного человека довольно предсказуема.
Через пару лет после рождения он идет в детский сад, потом школа, колледж, первая работа, четкие карьерные устремления и примерное понимание, где он должен быть через пять или десять лет. Если все складывается удачно, то человек медленно движется вверх по карьерной лестнице, и к тому моменту, как он выходит на пенсию, он может позволить себе… ну, достаточно обеспеченную жизнь, в которой он может заниматься тем, чем хочет.
Менеджер нижнего звена рассчитывает через несколько лет пробиться в среднее звено, где он застрянет надолго, но, если все опять же сложится, как надо, то в конце концов он перейдет в высшее руководство, может быть, не в той компании, где он начинал, но в какой-нибудь соседней, работающей в той же отрасли. Я имею в виду, если ты, например, химик или фармацевт, то твои шансы войти в руководство какого-нибудь условного «пфайзера» куда выше, чем шансы возглавить какой-нибудь условный «боинг». И ты в любом случае должна пройти через все ступени корпоративной лестницы, вырастая в должности неторопливо и неотвратимо.
Карьерный путь обычного человека похож на восходящую прямую линию, мой же собственный напоминает прыжки пьяного зайца по горящему минному полю. Хотя, строго говоря, я до сих пор работала в той же отрасли, в которой и начинала.
Мой новый кабинет отжали у кого-то из сотрудников среднего звена. А может быть, и не отжали, может быть, он стоял без хозяина по причинам, ставшими в последнее время естественными для этой организации.
Здесь не было рабочего стола размером с теннисный корт, огромной, занимающей всю стену интерактивной карты страны или большого количества мониторов, на которые выводилась бы актуальная информация. Мебель была отнюдь не викторианской эпохи, отсутствовали разные украшательства, вроде камина, окна или портрета текущего президента страны. И даже диван здесь был не кожаный.
Зато с внешней стороны двери висела табличка с указанием моей фамилии и должности.
Р. Кэррингтон. Директор ТАКС.
Директор, чтоб меня черти драли. Даже не временный заместитель или исполняющая обязанности, а директор. Кто бы мог подумать, что из вчерашней беглянки, за которой охотились лучшие агенты этой организации, я превращусь в ее главу?
Точно не я.
Но это было частью сделки, которую мы заключили с новым теневым министром финансов.
Гарри Борден, пришедший поддержать меня в первый рабочий день, расстегнул пуговицу идеально сшитого по фигуре пиджака, скрывающего наличие двух пистолетов в наплечных кобурах, и уселся на не кожаный диван с таким видом, как будто собирался просидеть на нем до вечера.
С тех пор, как он вернулся из Сингапура с новостью о том, что Тайлер Пирпонт и его сектанты больше не представляют для меня опасности, и ему даже не пришлось для этого никого убивать, он постоянно ошивался где-то поблизости, заявив, что раз уж не может найти моего отца, то будет присматривать за его дочерью. Мне было немного непонятно такое внимание, но я не возражала. Однажды он уже спас мне жизнь, и вообще, в его присутствии мне было спокойнее, чем обычно. А, черт побери, мне казалось, что я заслужила хотя бы немного спокойствия.
Я уселась в свое директорское кресло, побарабанила пальцами левой руки по своему директорскому столу и включила свой директорский ноутбук. Как говорил мой вечно молодой отец, главное в любой драке — это красиво в нее ворваться. А дальше уже по ситуации.
Впрочем, вряд ли когда-нибудь ему доводилось работать на руководящих должностях.
Конечно, он — бог мести из параллельной вселенной, но это другое. Он не общается со своей паствой напрямую и не управляет аппаратом храмовых жрецов, если таковой вообще существует в природе. Я чертовски мало знаю об этой стороне жизни моего отца. Впрочем, о любой другой стороне его жизни я знаю немногим больше. Меня растили и воспитывали другие люди, но это, я так понимаю, вовсе не его вина. Это мама постаралась.
Которую застрелил Гарри Борден, сейчас вольготно расположившийся на моем диване. Моя жизнь — чертовски сложная и запутанная штука.
Ну, ты знаешь.
— Не нервничай, — сказал Гарри. — Нервозность начальства передается подчиненным.
— Ты не особо помогаешь, — сказала я. — Между прочим, я понятия не имею, как руководить этими самыми подчиненными.
— О, тут нет ничего сложного, — беззаботно заявил он. — Делегируй обязанности, гаси конфликты и принимай важные решения исключительно во время игры в гольф.
— Ты когда-то руководил Ми-6?
— Нет, — сказал Гарри. — Но в одной из своих предыдущих жизней
