и так далее, говорим «Римская империя» – и видим огромный Рим, говорим о Средневековье – и думаем о средневековых Киеве, Владимире, Москве, Париже, Лондоне. Но ведь основная масса людей обитала в деревнях, а там медицинское обслуживание и вовсе было недоступно.
В эпоху Римской империи появился врач, знаменитый не меньше Гиппократа, – великий Гален (II – начало III в.). Его считают отцом фармакологии, потому что он делал вытяжки из растительного сырья, обрабатывал травы, изготавливал так называемые галеновы препараты. Помимо этого, Гален внес огромный вклад в развитие медицины в целом: он собрал и классифицировал сведения по анатомии, физиологии и фармакологии, накопленные античной наукой, описал около 300 мышц человека, создал первую в истории физиологии теорию кровообращения, а также многое другое. До нас дошло около сотни его трудов по философии, медицине и фармакологии (из почти 400 написанных). Гален был личным врачом нескольких римских императоров, сменявших друг друга. Помимо императоров, он наверняка лечил кого-то еще, но круг его пациентов, очевидно, был узким.
Необходимо упомянуть и о светоче медицины арабского мира, средневековом персидском ученом и враче Ибн Сине, известном на Западе как Авиценна. Множество удивительных докторов с Востока писали трактаты, лечили больных, проводили операции. Но и их услугами пользовались лишь избранные.
Из китайских медиков мы знаем прежде всего знаменитого доктора Хуа То – одного из отцов обезболивания: он создал некий обезболивающий, одурманивающий напиток на основе какой-то травы (возможно, конопли или чего-то подобного) и применял его во время операций. В классическом китайском романе «Троецарствие» зафиксирована легенда о том, как злобный правитель одного из китайских царств по имени Цао Цао позвал Хуа То, потому что у него всё время страшно болела голова. Хуа То сказал, что может попробовать сделать операцию, но для этого требуется обезболить пациента, погрузив его в сон. Цао Цао решил, что тот хочет его убить, и бросил медика в тюрьму. В тюрьме Хуа То записал множество своих рецептов и – когда понял, что его казнят, – передал книгу с секретными записями тюремщику. Дома тюремщик отдал этот труд жене, а жена испугалась, что их заподозрят в связи с Хуа То, замыслившим убийство правителя, и задумала уничтожить записи. Когда тюремщик снова пришел домой, он увидел, что жена вырывает один за другим листы из этой бесценной книги и сжигает их. В итоге осталось всего несколько страниц. Секрет обезболивания был утерян, и потом его искали очень многие врачи.
В XIV веке жил и работал знаменитый средневековый доктор Ги де Шолиак, отец хирургии. Он лечил нескольких римских пап в тяжелое время – когда бушевала эпидемия чумы, «черная смерть». С дозволения церкви он вскрывал тела умерших от чумы, пытаясь разобраться с причинами бедствия. Одним из первых он придумал прижигать бубоны чумы, пытаясь таким образом победить заразу (причем, заболев, проводил эту болезненную процедуру сам себе). Папе римскому он велел принимать посетителей, закрывшись от них преградой из пламени – словно щитом. В памяти людей он остался как великий чумной доктор, хотя сделал для развития медицины и много всего другого.
Каждому из нас знакомы страшные изображения чумных докторов – в жуткой маске с носом, куда клали душистые травы (тогда всё еще верили, вслед за Гиппократом и Галеном, в то, что миазмы, вонь передают заразу, а душистые травы способны ее остановить). Во время эпидемии доктора ходили в этих странных масках, в перчатках и с длинными палками, которыми трогали пациентов, проверяя, живы ли они.
Тем не менее на медицинскую помощь могли рассчитывать немногие, и речь идет не только о Средних веках. Подавляющее большинство русских крестьян не имело возможности обратиться к доктору вплоть до второй половины XIX века, до того момента, пока не стали появляться земские больницы или хотя бы фельдшерские пункты. Вспомним «Записки юного врача» Михаила Булгакова: какие темные крестьяне приходили к земскому доктору, как тяжело ему было лечить их – без лекарств, без достаточной научной базы и опыта. Однако это все-таки уже был врач.
Не будем забывать и о том, что в течение многих веков человечество вело менее здоровый образ жизни, чем мы сегодня. Да, сейчас мы живем в больших городах с их промышленностью, загрязняющей окружающую среду, употребляем в пищу искусственные добавки, дурно влияющие на наше самочувствие. Однако людям до XIX века, например, не приходило в голову, что чистота – залог здоровья. Испачкав руки в земле, человек их, конечно, споласкивал. Тот, кто жил на берегу реки или моря, купался чаще остальных. Но мысль о микробах и их вредном воздействии никому в голову не приходила.
Древние римляне очень любили бани. Куда бы они ни приходили, они везде строили роскошные термы с бассейнами с горячей и холодной водой. Но бани выполняли, скорее, роль общественного и развлекательного места, помогающего социализации. Там работали цирюльники, там продавались книги, там давали еду. За общением в термах люди могли провести целый день.
В Средние века, особенно в позднем Средневековье, бани в Западной Европе постепенно сошли на нет. Во-первых, мужчины и женщины их посещали совместно, и в какой-то момент это стало считаться неприличным (главным образом после того, как в XVI веке по Европе распространился сифилис). Во-вторых, мытье в целом несло угрозу здоровью: в отсутствие центрального отопления можно было простудиться. Правда, при некоторых заболеваниях медики, наоборот, применяли гидротерапию.
В XVI веке венецианский посол с некоторым удивлением написал о великой английской королеве Елизавете, что она моется раз в месяц, даже если это не нужно. Естественно, в последующие времена это породило множество шуток, однако он имел в виду простую вещь: королева – настоящая чистюля, раз купается, даже когда не больна.
Всё это не означает, что люди ходили грязными – просто они имели другие представления о чистоте. Горожане регулярно омывали те части тела, которые видны, – то есть прежде всего лицо и руки. Остальное тело почти никогда не мыли. При этом в Средние века (опять же горожане) часто стирали белье, рубашки. До нас дошли сведения, касающиеся Англии: рубашки меняли каждый день, так как считалось, что ткань (скажем, льняная) впитывает грязь и пот и способна заменить мытье.
Например, Людовик XIV, который имел доступ к любым средствам гигиены, мылся, как говорят, всего несколько раз в жизни. Он, очевидно, ходил в купальню в Версале – но не ради мытья, полагаю, а для развлечения.
Конечно, такие представления о гигиене не способствовали здоровому образу жизни. Как и отсутствие в свободном доступе обезболивания. До второй половины XIX века народ
