использовал в этих целях дурманящие напитки на основе наркотических веществ: опиума, белладонны и так далее. Много подобных примеров мы знаем из литературы. В «Шахнаме», знаменитой поэме великого персидского поэта Фирдоуси, волшебное существо – покровитель птиц Симург – предлагает опоить роженицу вином, смешанным с разными дурманящими травами, чтобы сделать ей кесарево сечение, так как могучий богатырь не может родиться иным способом.
В средневековой Англии напиток на основе белладонны или белены использовали одновременно и как обезболивающее средство, и как яд. Считается, что именно его Клавдий влил в ухо старшему Гамлету, когда тот спал в саду, и убил его. Однако в малых дозах это лекарство применяли при операциях.
Можно лишь посочувствовать и тем несчастным, у которых болели зубы. Конечно, до XVI века ели значительно меньше сахара, но кариес всё равно был, и боль могла истязать человека годами. К концу жизни большинство уже и вовсе оставалось без зубов. Иногда в литературе – неважно, в художественной или в исторических источниках, – отдельно отмечают как удивительный факт, что у старого человека сохранились все зубы. Та же королева Елизавета зубами похвастаться не могла: в молодости желтоватые, к концу жизни они у нее почернели, то есть сгнили. Как же ее, наверное, мучила зубная боль!
Правда, королеве Елизавете зуб аккуратно мог удалить придворный цирюльник. Цирюльники в городах вообще долгое время выполняли функции стоматологов и хирургов. В деревне же и того, вероятно, не имелось.
Люди веками жили в ужасающих условиях, и помогали им те, к кому сегодня мы вряд ли обратились бы за лечением. Как в древности приходили в храм Асклепия, так в Средние века просили о помощи тех, кто общался с высшими силами: например, больных и особенно стариков поддерживали в монастырях. Монахи и монахини (забота о больных вообще считалась женским делом) нередко устраивали приюты для бедных и больных, делали лечебные смеси, взвары, мази из трав и ухаживали за страждущими. Более обеспеченный человек мог обратиться к алхимику. Мы ассоциируем алхимиков прежде всего с поисками философского камня и созданием золота, а не с лечением. Но ведь философский камень главным образом предназначался для изготовления эликсира вечной жизни, а золото – это его побочный продукт. Алхимики в постоянном поиске эликсира бессмертия проводили разнообразные химические эксперименты и потому освоили много разных методов, которые потом станут использовать химики и аптекари: они будут производить возгонку, делать дистилляты – всё то, что позже перейдет в фармацевтику.
Согласно легендам, в первые века нашей эры некая женщина-алхимик Мария Пророчица проводила разнообразные алхимические исследования. В частности, считается, что она придумала паровую баню (по-французски, кстати, это называется bain-marie, то есть «баня Марии»). Она пропаривала разные смеси и якобы одна из первых применяла дистилляцию, перегонку, готовя эссенции. Так что жидкости, получаемые алхимиками, использовались в том числе и для лечения, а алхимик, служивший королю или какому-нибудь феодалу, был немного врачом и астрологом.
Больницы стали появляться еще в раннем Средневековье – в основном, по инициативе церкви или каких-то благочестивых людей. Неслучайно слово «госпиталь» перекликается со словом «хоспис», который в тот момент являлся местом, где оказывали помощь (в том числе медицинскую) слабым и престарелым. Мы знаем, например, что в начале VII века папа римский Григорий Великий приказал создать такой госпиталь, или странноприимный дом, в Иерусалиме – для приходивших паломников. Впоследствии по распоряжению Карла Великого его расширили и даже организовали при нем библиотеку – очевидно, состоящую из медицинских трактатов. Ясно, что у паломника, совершившего долгий путь из Европы на Ближний Восток, могло развиться множество заболеваний, он мог быть просто истощен и изможден – и потому попадал туда. Но в эпоху крестовых походов это учреждение сгорело. Позже один из халифов разрешил христианским монашеским орденам воссоздать его, и затем в XII веке на основе этого госпиталя возник великий рыцарский орден госпитальеров (орден Святого Иоанна), основной задачей которого являлась помощь паломникам, в частности медицинская, их охрана и сопровождение. Таких больниц для паломников в результате возникло довольно много, и размещались они прежде всего вдоль их основных маршрутов.
Возникали больницы и для бедняков. Одно из древнейших подобных заведений (действующее до сих пор) – это Отель-Дьё в Париже. Легенда гласит, что его как приют для нищих организовал в VII веке святой Ландри. Первые документы, связанные с Отель-Дьё, относятся к IX веку и производят большое впечатление. С тех пор больница много раз менялась, претерпевала разного рода реорганизации, однако во все времена в ней оказывали прекрасную медицинскую помощь. Что подразумевалось под «прекрасной медицинской помощью» в Средние века? Как и в большинстве таких учреждений, здесь больные лежали в кроватях по несколько человек, в периоды эпидемий могли уложить сразу шестерых: троих – в одну сторону головой, троих – в другую. Хочется думать, что эти кровати были шире привычных нам, но всё равно факт удивительный. Монахиням, которые ухаживали за больными в Отель-Дьё, приходилось отводить их в уборную на улицу (подкладное судно на тот момент еще не появилось), что было нелегко, ведь не все из них могли ходить. На каждую пару человек выдавался набор одежды из накидки и чего-то вроде тапочек, позволявший дойти до туалета, – привилегия богатой больницы, живущей на большие пожертвования.
С течением времени лечебницы разрастались, распространялись медицинские школы – вспомним знаменитую Салернскую врачебную школу, уходящую корнями в древние традиции христианской и мусульманской медицины. Но докторов всё равно не хватало. С XIII века медиков в Европе обязали получать лицензию, и это сразу осложнило жизнь многим женщинам. Ведь, как я уже упоминала, забота о больных считалась женским делом, а лицензии выдавались только мужчинам. И понятно, что существовало довольно много целительниц-женщин, которые не просто ухаживали и водили ослабленных в туалет, а действительно лечили.
Так, в XIV веке в Париже судили женщину по имени Жаклин Фелис – за то, что она имела нахальство лечить людей без лицензии. Она оправдывалась тем, что могла, в отличие от докторов-мужчин, прикасаться к скрытым частям женского тела. Однако ее всё равно затравили – и не только из-за отсутствия лицензии, но еще и потому, что она брала плату за свою помощь, то есть причисляла себя к врачам, а не к знахарям (которые официально вознаграждение не принимали). Ей присудили выплатить очень большой штраф и запретили лечить людей – под угрозой отлучения от церкви. Хотя она, вероятно, всё равно продолжила свою деятельность.
Кстати, тот факт, что она позволяла себе прикасаться к частям тела пациенток, является довольно неожиданным. Все замечательные лицензированные врачи исходили
