Еще одна личность, за которой мы следим с большим вниманием — сама Сетра Лавоуд, Чародейка Горы Дзур. Увидев, что настоящая наследница, Зарика, стала досточного взрослой, Сетра открыла достойной Зарике ее настоящее имя и предназначение, а потом послала ее, вместе с Виконтом Адриланки, своей старой подругой Тазендрой и некоторыми другими на Дороги Мертвых, где Зарика сумела убедить Лордов Суда отдать ей Орб. Она сумела вернуться из Залов Суда и, таким образом, Междуцарствие закончилось. Это, как должен понимать читатель, привело к Битве у Горы Дзур; заметим, что, помимо всего прочего, эта битва, была попыткой Каны взять Орб силой. Он сконцентрировал обе свои армии, примерно сто тысяч человек, у Горы Дзур, так как он знал, что Зарика направится именно туда. Попытка провалилась, главным образом благодаря Маролану, которому помогали Сетра Лавоуд и демонесса-некромантка, посланная Лордами Суда.
Мы должны добавить, что, после битвы, Маролан начал строить летающий замок, как это было принято в его семье — многие из его родственников до Междуцарствия жили в подобных сооружениях из-за легкости обороны такого места, или просто потому, что они были способны на это.
Когда армии Каны потерпели поражение и отступили, Зарика совершила триумфальный марш в Адриланку и начала строить Императорский Дворец, не зная о том, что Претендент начал осуществлять другие схемы, приготовленные на случай неудачи военной операции. В частности Грита, дочь старого врага наших друзей, предложила свои услуги Кане в обмен на помощь в своих планах мести против Кааврена, Айрича, Пэла и Тазендры. Она сумела в достаточной степени помочь Претенденту, например разыскав Иллисту, ссыльную Феникс, которая долго вынашивала свою ненависть к нашим друзьям, и которая, как и Грита, была счастлива помочь Кане в обмен на возможность отомстить.
Мы уже упомянули Пиро, Виконта Адриланки. Читателю важно понять, что он влюбился в леди Дзур Ибронку, единственную дочь Ее Светлости Принцессы Сеннии, Наследницы из Дома Дзур. Кааврен, со своей стороны, был вне себя от гнева узнав, что Пиро хочет жениться на девушке не из его Дома, и после резких слов, сказанных между ними, Пиро, Ибронка и их друзья, включая остатки некоторой банды разбойников, когда-то бывших их врагами, а потом солдатами Ее Величества, решили стать рабойниками с большой дороги в районе, находящемся в сотне миль на северо-запад от Горы Дзур.
С разрешения читателя мы чувствуем, как и обещали выше, что сейчас самое время рассказать кое-что новое: а именно, дать общую картину того, что происходило в Империи в этот решающий период, то есть в то, что обычно рассматривают как первый год Правления Императрицы Зарики.
Во первых, читатель должен понять, что такая большая и сильная структура, как та, которую совместными усилиями создали Хабил и Кана, не могла рассыпаться в результате одной-двух военных неудач. Сильно поврежденная, похожая на раненую ящерицу с перебитой передней ногой, она, получив тяжелый удар, втянула голову в себя, отступила, зашипела и выжила. За прошедшие несколько месяцев Кана немного отступил, так что он мог притендовать только на западную треть Империи, да и то не считая Пальцев, которые, впрочем, не имели сколько-нибудь большего значения, за исключением нескольких портов. Помимо этого некоторые земли за Большим Морем Аморфии объявили о своей лояльности к Претенденту, но на это можно было смотреть как на случайную удачу, вызванную застарелой ненавистью разнообразных графов этой области на предыдущего Императора-Феникса, который урезал их права.
В то время как географические границы областей, в которых поддерживали одного из противостоящих друг другу Императоров, были достаточно ясно очерчены, ситуация в различных слоях общества было намного менее ясной. Самая сильная поддержка для Зарики исходили от Лиорнов, Тиас и Ястребов, статистика, которая кажется совершенно необъяснимой, тем более что эти Дома должны были получить Орб сразу после Драконов. Тем не менее Лиорны всегда считали, что Орб священен, и Тиасы в таких делах чаще всего следовали за Лиорнами. Что касается Ястребов, то у многих из них были интересы в богатых железом областях на юго-востоке, и так как большинство месторождений находилось недалеко от Мелкого Моря — то есть в районе, который находился под управлением Зарики — они совсем не хотели ссориться с ней.
Дом Дракона, как может понять читатель, раскололся, главным образом согласно родственным связям тех, кто служил в различных армиях, а также из-за других интересов; но, по большей части, они поддерживали Кану, так как в конце концов сам Кана был Драконом. Большинство Дзуров также стояла за Претендента, потому что большая часть их поместий находилась недалеко от Большого Канала и зависела от него, а на всем своем протяжении Большой Канал проходил через область, которую Кана крепко держал в руках.
Мы должны отметить здесь, что на самом деле, как может быть заметил читатель, на лояльность и преданность Домов больше всего влияют практические требования коммерции, торговли и повседневной жизни, а не громко-звучащие рассуждения об идеях, как в это верят историки романтической школы. Однако, если верить этим историкам, чаще всего именно те личности, которые являются исключением из этого правила, оказывают наибольшее влияние на ход истории, и, в любом случае, наиболее приятны для изучения.
Но продолжим: Дополнительная поддержка для Зарики пришла от Йоричей, потому что большинство из них стремились жить в городах, и, как общее правило, ее поддерживали сильнее те, чей доход зависел от перевозки результатов труда их фабрик по морю, в то время Кана пользовался симпатией среди тех, кто зависел от перевозок внутри по суше или по рекам и каналам, вроде Атир (многие из которых имели торговые интересы на западе Пушты), а также Креот и Валлист. Что касается Дома Орка, то те, кто плавал по морю твердо поддержали Зарику, которая контролировала самые важные морские порты (не последним из которых была сама гордая Адриланка), но остальные — то есть, можно сказать, большинство — стояли за Кану по тем же самым причинам, что и Креоты и Валлисты: потому что он контролировал большую часть внутренних коммуникаций.
Во многих отношения транспортировка, как может видеть читатель, была ключевым вопросом; по меньшей мере так казалось Ее Величеству. Позже она никогда не стыдилась признаться, что изучила множество усовершенствований, введенных Претендентом, и многому научилась у него. Она немедленно восстановила и расширила его почту, которая включала в себя не только доставку писем, но и возможность использования почтовых лошадей каждым дворянином, особенно едущего по делам Империи. Это средство, увы, не обеспечило поддержку самых упрямых аристократов, зато очень быстро превратилось в самую общую систему для доставки писем, в результатете чего получилась свободная, недорогая и эффективная система, которой мы наслаждаемся до сегодняшнего дня.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
