По большей части этим дежурным офицером был, конечно, сам Кааврен, и так получилось, что в этот день именно он вошел в комнату, поклонился и сказал, — Ваше Величество, один джентльмен желает видеть вас. Это Принц Тавель, из Дома Ястреба.
— А! — сказала Зарика, выглядывая из-за бумаг, которые она изучала, а эти бумаги, в свою очередь, были только началом казавшегося бесконечным списка вопросов, касающихся проекта Императорского Дворца, по которым надо было принять решение. Перед ней находились не только списки и диаграммы, но и несколько различным моделей будущего сооружения или его частей, одна из которых была пять футов в высоту и более чем пятнадцать футов в длину, и занимала большую часть помещения.
Эта деятельность занимала так много времени и сил у Ее Величества, что она чаше всего раздражалась при любой помехе. Как только она услышала, кто ждет за дверью, Орб, который крутился над ее головой с бледно-желтым цветом, говорящем о смятении, сначала приобрел слабый красный цвет раздражения, но потом, после недолгого размышления, сменился теплым оранжевым радостного оживления. — Немедленно пошлите его ко мне, — сказала она.
Кааврен поклонился и, так как он обучился этому делу очень давно, сделал то, что ему сказала Императрица.
— Я приветствую Ваше Величество, — сказал Тавель, сухой и жесткий джентльмен старше двух тысяч лет, чьи длинные белые волосы, аккуратно зачесанные назад, резко контрастировали с мрачным выражением его лица.
— И я вас, Ваше Светлость, — сказала Зарика. — Это уже неплохо. Вы приветствовали меня, как «Ваше Величество». Значит ли это, что у меня есть основание надеяться на то, что Дом Ястреба откликнулся на мой призыв?
Тавель поклонился. — Я использовал этот титул из-за моего собственного мнения, мадам, что Орб — это Империя.
— Вашего собственного мнения — или мнения вашего Дома?
— О, что касается моего Дома…
— Да?
— Они еще рассматривают этот вопрос.
— Рассматривают?
— Ваше Величество должно понять, что сейчас трудные времена, никто не хочет слишком торопиться.
— Тем не менее вы, Ваша Светлость, для себя вопрос решили.
— Да, я это сделал, и прошу Ваше Величество поверить мне, что использую все свое влияние внутри Дома ради вас.
— Очень рада это слышать. С моей стороны я буду рада использовать все мое влияние ради Вашей Светлости.
— О, если Ваше Величество имеет в виду…
— Да? — сказала Зарика, нахмурившись.
— Оно могло бы принести неизмеримую помощь в том случае, если бы мы могли действовать заодно.
— Я не поняла того, что Ваше Светлость имела честь сказать мне. Говорите попроще, прошу вас.
— Я только хотел сказать, что если Ваше Величество будет действовать в моих интересах, или, точнее, в интересах моего Дома, это может очень помочь мне убедить их.
Зарика внимательно поглядела на него. — То есть Дом Ястреба хочет заключить сделку с Империей?
— Их мнение — и поверьте мне, я говорю о них, а не о себе — что, пока Совет Принцев не признал этого, Империи нет.
— Понимаю. Тогда Дом Ястреба хочет заключить сделку с некоей Феникс, вокруг головы которой, совершенно случайно, вращается Орб.
— Ваше Величество замечательно описала ситуацию.
— Понимаю. И сколько стоит признание Империи Домом Ястреба?
— Если Ваше Величество разрешит мне, то прежде чем ответить на ваш вопрос, я хотел бы иметь честь задать свой.
— Разрешить вам что, Ваша Светлость?
— Объяснить ситуацию, как я вижу ее. Возможно, что есть какие-нибудь аспекты, которые я пропустил.
— Очень сомневаюсь в этом, — тихонько прошептала Зарика. Вслух она сказала, — Очень хорошо, Принц. Обрисуйте мне ситуацию с вашей точки зрения.
Тавель поклонился и сказал, — Хорошо, давайте посмотрим. Вы уже получили признание от Лиорнов, не так ли?
— Граф из Флауерпот Хилл и Окрестностей приехал в Адриланку в первые же дни моего пребывания здесь, и поклялся в верности от имени своего Дома.
— И, конечно, вас поддерживает Дом Феникса.
— Так как я единственная, кто остался от этого Дома, да, конечно, я полностью поддерживаю сама себя. И даже собираюсь делать это дальше.
— Но Ваше Величество еще не услышала речей от Драконов и Атир, которые, как я должен указать вам, являются двумя самыми могущественными Домами.
— И опять вы правы.
— Небходимо сказать, что и указания на преданность, которые вы получили из Дома Тиаса, также очень важны. Они имеют влияние на остальных.
— Только вчера я получила письмо от Графа Рёаанака, в котором он сообщил о решении своего Дома и лично поклялся в своей доброй воле. Странным образом вы, Ваша Светлость, хорошо информированы.
Тавель поклонился и сказал, — Раз так, не разрешит ли Ваше Величество поделиться с вами некоторым наблюдением?
— Конечно, Принц. Так и сделайте, пожалуйста, особенно если это приведет нас к той точке политического обзора, с которой вы сможете действовать в мою пользу.
Тавель слегка прочистил горло и сказал, — Мой Дом находится на распутье, что весьма необычно для нас. У нас больше влияния, чем у Джарегов и Текл, но меньше, чем у Драконов и Атир. Мы проконсультировались — неофициально, должен я добавить — с некоторыми Иссолами и Йоричами, а также с предствителями отдельных торговых Домов.
— Очень хорошо, продолжайте.
— Для того, чтобы я сумел убедить мой Дом принять Ваше Величество как Императрицу, вы должны, ну…
— Да, если вы хотите убедить их, что я должна попытаться сделать?
— Я уверен, что мы приведем с собой Дома Иорича, Креоты и скорее всего Орки, потому что они всегда идут вслед за нами.
— Это я понимаю.
— И как только это случится, я не могу себе представить, что Джареги и Теклы не пойдут вслед.
— Мне кажется, что вы, Ваша Светлость, планируете мои дальнейшие действия.
— Ни в коем случае, Ваше Величество. Я просто пытаюсь объяснить…
— Не имеет значения, Принц. Продолжайте.
— Да, Ваше Величество. Я только хочу заметить, что если мои переговоры с моим собственным Домом будут успешными, это может привести, само по себе, к тому, что весь Совет Принцев поддержит Ваше Величество.
Зарика какое-то время молчала, и Орб, слегка замедлившийся в ответ на этот разговор, покрылся темно-зеленой тенью, пока она размышляла, а потом слабо запульсировал, когда Зарика спросила его о некоторых подробнастях истории самого Тавеля и его семьи. Будьте уверены, Ястреблорд был далеко не дурак, и, как и все Ястребы, хорошо знал о некоторых свойствах Орба. Но насколько честен он был, если бы не знал, что его видели насквозь и любая ложь, если бы он ее сказал, была бы немедленно замечена?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
