– Христианская церковь? Отлично! – Не алчность, но опасение прозвучало в голосе Эгиля. Как большинство норвежцев, он не ждал ничего хорошего от оскорбления богов, даже чужих.
И вот, едва стихли зимние ветры, а произошло это быстро – Халдор не ошибся, – они отправились на запад, а затем на юг вдоль побережья Ирландии, грабя все селения, лежавшие на их пути. Сначала им мало что перепадало, но затем стали попадаться нетронутые чужеземцами деревни. А вскоре они вошли в устье большой реки и теперь приближались к острову Скаттери.
Звон колокола спугнул воспоминания. Они огибали северный мыс, приближаясь к закрытой гавани на востоке. В полумиле от них лежал островок Хог, а далеко за ним виднелось в тумане побережье Ирландии. Звук колокола становился громче с каждым ударом весел. Это был, видимо, большой колокол. За него можно много выручить в Норвегии. Над Скаттери возвышалась башня, вершина которой терялась в стремительно бегущих облаках.
Когда они вошли в гавань, Халдор стал оглядываться: где бы причалить? Морщинки окружали его светло-голубые глаза, смотревшие с широкого лица с высокими скулами и сломанным носом. Рыжеватые волосы и борода отливали золотом на солнце. Куртка без рукавов плотно обтягивала крепкий торс.
Остров Скаттери был невелик – полоска земли, вытянувшаяся на милю с севера на юг, шириной в полмили. Он глубоко сидел в воде. Деревья вдоль западного берега защищали дома от свирепых штормов. Невдалеке от селения возвышалась каменная крепость-часовня. Вокруг нее был разбит небольшой садик, а рядом высилась башня из серого камня высотой больше сотни футов с конической крышей. Окна, смотревшие на море, зияли черными провалами – как пустые глазницы черепа. Деревянная дверь была на высоте десяти футов от земли. Монахи взбирались к ней по лестнице, которую затем втаскивали за собой.
Теперь корабли двигались медленнее. И вот под днищем заскрипел песок. Первым на берегу оказался Ранульф. Он выкрикнул древний боевой клич, однако драться было не с кем. Гребцы бросили весла между скамейками и неторопливо вышли на берег. Халдор тоже не торопился. Он взял свой лук.
Ирландка Бриджит так и не поднялась с колен. Ее обуял ужас, настолько сильный, что она не могла даже плакать. Халдор услышал ее бормотание: «Восточное солнце пришло на святой остров… Восточное… Эли, Эли, ламах сабахтани…» Ерунда какая-то…
Он выскочил за борт. Вода доходила до пояса. Холодная и стремительная. Щита у него не было, так как он взял топор. Он стал помогать вытаскивать судно и увидел, что ирландка поднялась и протянула руки к башне. Это ему понравилось.
Подошли «Шарк» и «Регинлейф». Халдор просигналил, чтобы они причаливали. Здесь было вроде бы безопасно для больших кораблей.
– Идем! Идем! – кричал Ранульф.
– Спокойно! – одернул отец. – Никуда они не денутся.
Юноша изнывал от нетерпения, пока норвежцы выходили на берег, закрепляли корабли, выставляли стражу и собирали отряд, чтобы идти к башне.
По сигналу Халдора они двинулись и остановились на расстоянии полета стрелы от крепости. Несколько стрел вылетело из окон, но они упали недалеко от стен, и Халдор понял, что защитники крепости далеко не воины.
Он вышел вперед, уверенный, что ничем не рискует, и приблизился почти к самым стенам. Он смотрел вверх и видел облака, несущиеся над башней. Ему показалось, что эта громадина валится на него и земля уходит из-под мокрых заледеневших ног. Халдор переступил, судорожно нащупывая твердую почву под собой. Чайки метались над головой. Их хриплые крики разрезали шум ветра.
Халдор набрал воздуха и крикнул:
– Эй, вы! Будете говорить?
Немного погодя из окна башни высунулся человек. Хотя волосы вокруг тонзуры поседели, а зубов почти не было, голос его звучал твердо.
– Говорит Майкл, настоятель монастыря Святого Шона. Вы христиане?
– Нет, но я хорошо отношусь к ним. – Халдор не хотел оскорблять богов, а эта фраза ни к чему не обязывала. – Я торговал в Англии и Франции, Шотландии и Ирландии. Никто не сможет сказать ничего плохого о Халдоре Кетилсоне.
– Вы пришли не на торговых кораблях, а на узких судах со страшилищами на носах.
– О да. Это корабли викингов. Но я никогда не убиваю просто так. Сдайтесь, и все вы будете свободны. Я поклянусь чем пожелаешь. Клянусь честью перед своими товарищами.
Тощая фигура аббата напряглась:
– Неужели вы думаете, что в обмен на наши жизни мы отдадим на поругание дом нашего Бога, его святые сосуды и реликвии? Отдадим святилище грабителям? – Он плюнул. Будь порыв ветра посильнее, плевок попал бы в цель. – И это в тот день, когда родился Христос! У нас есть запасы воды и пищи, достаточно оружия, чтобы выдержать штурм. Бог поможет нам.
– Если вы не хотите сдаться, я ничего не обещаю вам, – предупредил Халдор.
– Чего стоит слово язычника? Нападайте, если хотите, убивайте нас, и мы умрем мучениками. Мы будем смотреть с небес, как вы корчитесь в адском пламени. – Аббат замолчал, стараясь подавить вспышку гнева, и охрипшим голосом выкрикнул: – Берегитесь, лохленнцы! Это святая земля. В старые времена Святой Шон изгнал отсюда чудовище более страшное, чем ваши жалкие лодки. Мы будем защищать это заповедное место. Шон не оставит нас. Берегитесь, лохленнцы!
Халдор уже слышал легенду о чудовище, когда рыскал в этих землях. Но мало ли подобных историй бродит по свету? Аббат просто хочет напугать его этой чепухой.
– Пока мы еще не начали штурм, вы можете уйти, – предупредил он и пошел прочь. Несмотря на уверенность, что монахи – плохие стрелки, он все же ощущал неприятный холодок между лопатками, пока не отошел достаточно далеко.
Он не хотел умирать. Правда, норвежцы любили потолковать о загробной жизни: пирах во дворцах богов, возрождении в новом теле и многом другом. Но Халдор принадлежал этому миру. Здесь были его друзья и родные, его дома и корабли, его жена и дочери, которые выйдут замуж и нарожают внуков, надежда его дома – Ранульф, далекие путешествия, нескончаемая смена времен года, волшебная игра неба и моря…
– Сожжем их, – предложил Эгиль. – Нарубим сучьев, положим их под стены, сунем факел и…
– И будем слушать, как они воют, – хрипло продолжил Ранульф.
Халдор хмуро взглянул на сына и ответил:
– Молодой должен быть скромен и молчалив, если ему нечего сказать. Тот волк получает больше мяса, который первым погонится за добычей.
Халдор увлекался стихосложением, и часто его изречения напоминали строки из саг. Юноша понурился и отошел.
Халдор возвысил голос, чтобы слышали все поблизости:
– Разве вы забыли? Нам нужна эта башня. Если мы сожжем ее, то где же будем отдыхать? А кроме того, там наверняка хранятся церковные сокровища.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
