Вопросы организации взаимодействия между партизанскими силами и регулярными войсками в важнейших битвах и операциях по освобождению советской территории нашли отражение в монографиях, вышедших в 1980-х гг.12
Следует особо отметить работы бывшего начальника Центрального штаба партизанского движения П.К. Пономаренко, в которых обстоятельно исследуются и освещаются многие вопросы организации и ведения вооруженной борьбы партизан. Например, о роли военнослужащих в партизанском движении, их вкладе во всенародную борьбу, развернувшуюся во вражеском тылу. Бывший начальник ЦШПД отмечает, что советские воины, по различным причинам оказавшиеся на оккупированной территории, «сыграли большую роль в развитии всенародной войны в тылу врага»13. Заслуживает особого внимания его последняя монография, где автор впервые упомянул о противоречиях по развертыванию партизанского движения между ним и руководством НКВД в лице Л.П. Берия14.
Различные аспекты партизанского движения освещались также в журналах «История СССР», «Вопросы истории», «Вопросы истории КПСС», «Военная мысль», «Новая и новейшая история», «Проблемы государства и права», особенно в «Военно-историческом журнале». В нем опубликовано более 70 статей по проблемам борьбы советских партизан. Их авторы, некоторые из них – бывшие организаторы и практики партизанского движения, исследовали роль военных советов фронтов и армий в руководстве боевыми действиями партизан, тактику партизанских действий, участие партизан в крупнейших битвах и операциях минувшей войны, контрпартизанские мероприятия противника и их провал. Особого внимания заслуживают статьи В.Н. Андрианова по проблемам тактики и оперативного искусства партизанских сил. Этому автору принадлежат также работы, посвященные разведывательной деятельности партизан, рейдам, материально-техническому обеспечению партизанских формирований, их взаимодействию с регулярными войсками и другим проблемам15.
В.В. Коровин, проанализировав деятельность отечественной контрразведки в тылу врага, отмечает, что чекисты «проникали во вражеские разведывательно-диверсионные группы и контрразведывательные школы, выявляли там агентов, подготавливаемых к заброске или заброшенных в части и соединения действующей Советской Армии и в советский тыл»16. Причем, по словам В.В. Коровина, эта работа началась активно проводиться уже в самом начале войны. Только в течение 1941 г. за линию фронта было заброшено свыше 800 оперативных групп, которые пустили под откос 93 вражеских эшелона, взорвали десятки складов и баз, уничтожили тысячи немецко-фашистских солдат и офицеров17.
Начиная с 1991 г., в связи с рассекречиванием огромного массива документов, хранящихся в РГАСПИ, ГАРФ, РГВА, региональных партийных архивах, работы исследователей стали основываться на новых, не вводившихся ранее в научный оборот документальных материалах, что дало возможность подойти к проблеме более критично, определить, например, роль и место органов госбезопасности СССР в развертывании партизанского движения, показать недостатки борьбы в тылу немецко-фашистских оккупантов.
Определенного внимания заслуживают одна из последних работ В.Н. Андрианова, в которой автор доказывает необходимость и неизбежность привлечения сотрудников органов государственной безопасности к развертыванию партизанской борьбы, обосновывает их роль в разведывательно-диверсионной, боевой и контрразведывательной деятельности в тылу гитлеровских оккупантов в годы Великой Отечественной войны18.
В 1991 г. вышла коллективная монография ветеранов Отдельной мотострелковой бригады особого назначения (ОМСБОН) НКВД СССР А.И. Зевелева, Ф.Л. Курлата, А.С. Казицкого19. Авторы впервые на основе богатого архивного материала и личных воспоминаний провели комплексное исследование деятельности бригады, заключавшейся в проведении партизанской, подпольной и разведывательной работы в тылу противника. Ценность этой работы заключается в том, что исследование, помимо архивных документов, базируется на их личных воспоминаниях о деятельности органов госбезопасности в тылу противника.
Сложные вопросы организации взаимодействия партизан и подпольщиков, а также преемственности в деле защиты Отечества советскими органами безопасности привлекли внимание и других исследователей20.
Интересные примеры агентурно-оперативной деятельности чекистов в партизанских формированиях можно почерпнуть из работы В.В. Коровина, где одна глава посвящена деятельности чекистских органов в тылу врага21. Исходя из анализа оперативной обстановки, автор дает характеристику разведывательной и контрразведывательной деятельности оперативно-чекистских групп, действовавших на оккупированной территории Белоруссии, Украины и западных областях РСФСР. Описывает ранее неизвестные факты боевой деятельности сотрудников органов госбезопасности, действовавших на территории, контролируемой противником.
Нельзя не отметить работы известного специалиста по диверсиям в тылу противника И.Г. Старинова22. Заслуга этого автора в том, что он впервые поднял проблему подготовки органов государственной безопасности СССР к партизанской борьбе накануне Великой Отечественной войны. Интересен его взгляд на операцию «Рельсовая война», который идет в разрез с мнением большинства известных специалистов по истории партизанского движения23. И.Г. Старинов считает неправильным решение руководства страны отдать приказ о взрыве только рельсов. По мнению исследователя, для большей эффективности нужно было прежде всего подрывать поезда.
Одним из первых объективно показал и обосновал роль органов государственной безопасности СССР в организации борьбы в гитлеровском тылу, особенно в первые месяцы войны, В.И. Боярский. В его работах проведен анализ партизанской борьбы в различных странах в XIX‒XX вв. Сделан вывод о том, что успех партизанской борьбы зависит от привлечения к ней профессионалов24.
В 2000-х гг. тема сопротивления на оккупированной советской территории в годы Великой Отечественной войны нашла свое отражение в ряде защищенных докторских и кандидатских диссертаций. Однако большинство из них посвящено проблеме одного или нескольких регионов. Авторы, раскрывая достаточно полно, часто до мелких подробностей исследуемую тему, в большинстве случаев не смогли в целом обобщить огромный материал по всей оккупированной советской территории25.
Таким образом, анализ историографии показывает, что историками получены позитивные результаты в изучении заявленной нами темы. Изучена в большей степени вооруженная борьба советских партизан, организационная деятельность партийных и советских органов. Менее изучена разведывательно-диверсионная, контрразведывательная и специальная деятельность советских спецслужб на оккупированной советской территории.
В некоторых работах кадровые сотрудники органов государственной безопасности СССР отождествляются с офицерами Красной армии, а в результате то, что сделали чекисты в тылу противника, приписывается совершенно иным людям. Так, в монографии В.А. Пережогина утверждается, что «…нередко разведку в интересах Красной Армии партизаны проводили с армейскими разведывательными группами… Именно таким образом действовала группа разведчиков во главе с Н.И. Кузнецовым, заброшенная летом 1942 года в район г. Ровно, где к тому времени обосновался партизанский отряд под командованием полковника Д.Н. Медведева»26. Представляется, что нужно более четко показывать ведомственную принадлежность партизанских разведчиков, так как ни Н.И. Кузнецов, ни Д.Н. Медведев к армейской разведке никогда никакого отношения не имели, а подчинялись непосредственно 4-му управлению НКВД, ведавшему зафронтовой деятельностью органов госбезопасности.
Более того, некоторые авторы пытаются обвинить чекистов, работавших в тылу врага, в различных преступлениях, искажают конкретные исторические события по изучаемой проблеме. Так, Б.В. Соколов утверждает, что просмотренные им документы вызывают «…гнев не против немцев и их пособников, а против чинов НКВД и советских партийных лидеров, не менее своих германских коллег повинных в преступлении против человечности»27. Б.В. Соколов восхищается и украинскими националистами, и генералом А.А. Власовым, и локотскими изменниками Каминским и Воскобойником, и откровенными бандитами братьями Болтуновыми. Создается впечатление, что автор делает попытку пересмотреть историографию данной проблемы, обелить предателей, выдать их низменные чувства за искренние убеждения, аргументировать измену как несогласие с существующим советским строем.
Другой автор, А. Гогун, заявляет, что органы государственной безопасности на оккупированной советской территории занимались терроризмом28. Он ставит под сомнение ценность разведывательной информации, получаемой от агентуры спецотрядов НКВД-НКГБ СССР. Сожалеет, что зафронтовую деятельность органов госбезопасности СССР «…можно рассматривать в основном на основании отрывочных данных, просочившихся в печать, и косвенных сведений из открытых архивных фондов»29.
