class="p1">Кстати… Я быстро понял, что ни черный монстр с тонированными окнами, ни какая-либо незаметная машина так и не появились.
Не колеблясь ни секунды, я подошел к женщине.
– Могу я вам чем-то помочь? Может, вам нужно вызвать такси?
Она удивленно подняла голову и вздрогнула, заметив мой рост. Я отступил немного назад, потому что знал, каким пугающим могу показаться. Ее темные глаза сначала смотрели на меня неуверенно, но, кажется, моя открытая улыбка все-таки успокоила ее страхи. Женщина достала записку с адресом из кармана куртки, смущенно глянула на нее и пожала плечами.
– Вам нужно туда? – спросил я на норвежском, а когда она не ответила, перешел на английский. Она отрывисто закивала, и, быстро найдя для женщины такси, я с облегчением на лице наблюдал, как она уезжает. Довольный, я засунул руки в карманы.
Почему мне так просто заботиться о спасении других, но при этом сам я готов сделать все возможное, чтобы оказаться в еще более глубокой пропасти?
– Александер.
Услышав свое имя, я машинально замер. Мои мышцы напряглись, а плечи заныли еще сильнее, чем после трехчасового перелета. Как правило, я выбирал себе место возле аварийного выхода, если летел не бизнес-классом, потому что так ощущал больше свободы. Но в этот раз я покупал билет спонтанно, и все хорошие места уже были заняты.
Я медленно обернулся и, к своему удивлению, оказался лицом к лицу со своим младшим братом Теодором. Он был одет в темно-серый худи, черные шорты и подходящие белоснежные сникерсы, а его спортивные носки были натянуты до лодыжек. Однако сейчас он был одет намного проще, чем обычно, что меня и удивило. Как правило, он носил рубашку. Судя по всему, Теодор также сходил в парикмахерскую, потому что его блондинистые волосы, похожие на шерсть бездомной собаки с осветленными прядями, были коротко подстрижены с одной стороны, а сверху уложены в небрежную, но привлекательную прическу в стиле «спальни».
– Здравствуй, – сказал он, окинув меня пристальным взглядом. Уголки его губ чуть опустились вниз.
Хотя я мог бы и догадаться, что встретить меня приедет именно он, его появление все равно выбило из колеи. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Он казался таким же удивленным, как и я. Будто ожидал увидеть кого-то другого, и, вероятно, так оно и было. Потому что я понимал, что увидел Тео на моем лице: усталость, темные круги под глазами, слишком длинную щетину, которая делала меня старше своих двадцати трех лет, и резкие черты, из-за которых мои скулы казались почти заостренными.
Наверное, я никогда не смог бы привыкнуть к тому, как быстро вырос мой младший брат. Он уже почти догнал меня по росту. Стал не таким крупным, но все равно мускулистым. Словно его тело за пару месяцев вытянулось вверх, и времени на то, чтобы приспособиться к новой фигуре, не было. Его руки висели по бокам худощавого торса словно два каната, но все в нем казалось более отточенным. Более зрелым. Более взрослым.
Неужели я и правда не видел его шесть месяцев?
– Что, больше не играешь в хоккей на льду? – спросил я.
– Решил сделать паузу после травмы мышцы.
Губы сами по себе растянулись в искренней улыбке. Я приобнял его за плечи, которые все еще казались немного костлявыми.
– Тебе не помешает добавить в рацион больше шпината. Или же просто займись силовыми тренировками.
Лишь на мгновение он замер от моего прикосновения, но я все равно это заметил.
Словно удар ножом в сердце. Маленькое, крошечное ранение, которое все же может оказаться смертельным. Я заметил, что брат отстранился, словно больше ни секунды не мог выносить физический контакт со мной. Во рту остался неприятный привкус.
– А тебе стоит подумать о курсах по этикету, – ответил Тео после секундной заминки, которая мне показалась вечностью.
Мысли спутались, а желудок болезненно сжался. Неужели он считал, что я… Нет. Я постарался отогнать эти мысли как можно дальше. Не может быть. Только не мой брат.
– Ты ведешь себя как дедушка, – попытался пошутить я. Ощущение было такое, словно это мое первое стендап-выступление. Однако моя шутка не возымела никакого эффекта, а сердце слишком сильно заколотилось в груди.
Тео недовольно скривился, как делал всегда, когда я застигал его врасплох. В остальное время он напоминал классическую статую – гладкую и красивую, по крайней мере, если верить социальной сети SnapChat и результатам поисковых запросов в интернете.
– Просто скажи, ты мой сопровождающий? – внезапно сменил я тему, стараясь не показывать, насколько меня задела его реакция. – Ты умеешь водить?
Взгляд Тео стал убийственным, как это бывало всегда, когда я не воспринимал его всерьез. И тут я заметил, что у него уже появилась щетина, которая резко контрастировала с его светло-голубыми глазами, превращая их цвет в жидкую карамель. Когда, черт побери, мой младший братик так вырос?
– Ты отлично знаешь, что я уже много лет назад получил права, – он раздраженно закатил глаза. – Ты еще хуже мамы. «О, воробушек, ты вырос слишком быстро. Еще вчера ты бегал по дому в подгузнике».
При упоминании нашей матери внутри что-то сжалось, однако я натянул на лицо невозмутимую улыбку.
– А чего ты ожидал? Ты же у нас чертов птенчик семьи. Им не хочется знать, когда у тебя на яйцах вырастут волосы. – Грубость моих слов была намеренной, продуманный ход конем. Мне это не особенно нравилось, но помогало избежать прямого контакта с окружающими, которые общались не со мной, а с тем, кем я себя изображал.
– Итак, – продолжил я, осматривая площадь, где позади ожидающих такси выстроились электромобили. – Почему именно ты меня забираешь?
– А кого же ты ожидал увидеть?
– Комитет, – я шутливо поднял брови и широко развел руками. – Ну, ты знаешь, по полной программе. Может, Хенрика или деда. Ему я бы особенно порадовался, как и отцу.
– Комитет заседает дома. Элли считает, что лучше не сразу отдавать тебя на растерзание волкам, – ответил он полным сарказма голосом, от которого мне стало не по себе.
Естественно, моя сестра смастерила бы зонтик даже для мухи, чтобы защитить ее от непогоды. В данный момент мухой был я, а моя семья – непогодой. Или, уж лучше сказать, проклятым ураганом.
– Она хотела забрать тебя сама, но не смогла. Поэтому здесь я, – произнес Тео с таким видом, словно ему пришлось чистить унитаз зубной щеткой. Его враждебность была просто убийственной.
– Почему ты вообще вернулся домой?
– Каникулы после семестра, – ответил я, словно это все объясняло.
– Отлично, тогда чего мы еще ждем?
Брови
