Тео взлетели вверх, словно стрелы, а его взгляд прошелся по мне и дымчато-серому рюкзаку, который был моим единственным багажом. Все, что может понадобиться, я засунул туда. Не хотелось оставаться дома дольше необходимого.
– Это все? – спросил он.
– Да.
Брат равнодушно пожал плечами.
– Ладно. Тогда можно ехать.
Как и стоило ожидать, Тео припарковал свой «Мерседес EQ» впереди, практически в первом ряду. Мягкая кожа оказала целительное воздействие на мою окаменевшую спину. Кроме того, в салоне современного автомобиля царила тишина и стоял приятный аромат. Во время поездки мы почти не разговаривали, потому что в тесном пространстве слова казались лишними. Воздух был пропитан вопросами, но Тео сдерживался, как и обычно. Просто это было не в его стиле. Он бы скорее предпочел выпрыгнуть из мчащейся машины, чем заговорить со мной. В этом он был похож на мать и отца. Тео воплощал в себе то, что должен был воплощать я: стойкость и целеустремленность. Он был бы идеальным старшим сыном, потому что нес бы бремя семьи так, словно это он, а не наш дед еще восемьдесят пять лет назад собственными руками создал наше предприятие.
Я же, наоборот, был всем тем, чего всегда боялась моя семья: стихией, которая могла вызвать непредсказуемые последствия.
Родительский особняк находился примерно в часе езды от аэропорта, в окружении других роскошных усадеб, принадлежавших бывшим футболистам, многочисленным знаменитостям или выдающимся экономистам. Их было сложно заметить, потому что располагались они на острове Несоя. Мы владели собственным причалом с маленькой яхтой. Если погода была хорошей, с него можно было увидеть километры воды и фьорды Осло. Однако самыми красочными были закаты. Просто бесценными. Ни за какие деньги не купить. И лучшие места для наблюдения были зарезервированы для тех, кто здесь жил.
– Приехали, – деревянным голосом сказал Тео, припарковав машину в гигантском гараже. Рядом уже стояли пять люксовых автомобилей.
– Вижу, – ответил я, но не спешил вставать.
Вот так молча мы и сидели, пока не погас автоматический свет в гараже. Я понимал, что все в поместье знают о нашем прибытии. В конце концов нас уже должны были заметить на мониторах камер наблюдения, или же Хенрик сообщил им о нашем появлении. Он всегда был в курсе событий, возможно, получая информацию из видеозаписей прежде, чем о них узнавал я. Он был гончей деда и уже тридцать лет служил нашей семье. Но иногда я задавался вопросом, чем именно Хенрик занимается.
– Послушай… – начал я, желая все объяснить Тео прежде, чем разразится буря. Однако он поднял руку, прерывая меня.
– Не надо.
– Я хочу лишь…
– Брось, – снова прервал он меня. – Я могу представить, что ты хочешь сказать, но, если честно, не уверен, что хочу это слушать. Давай позже, при всех остальных. – Тео упрямо выпятил подбородок и в этот момент так напомнил нашего отца, что на секунду у меня перехватило дыхание.
Внезапно мое сердце забилось с неудержимой силой. Я никогда и не думал, что семья решит, что видеозапись может содержать всю правду. Воздух вокруг нас внезапно стал разряженным, словно мы взошли на вершину Глиттертинда[2].
– Скоро увидимся, – наконец прохладно произнес Тео и, встав, оставил меня в пустом пузыре так и не высказанных слов.
Я тяжело сглотнул. Сорок пять секунд.
Сорок пять секунд, которые в мгновение ока перевернут мою жизнь с ног на голову и все изменят.
Все.
2
Нора
Пусть даже я разбираюсь в цифрах и бухгалтерском учете так же хорошо, как дедушка в социальных сетях, мне с первого взгляда стало очевидно, что дела в нашем скромном семейном бизнесе идут не лучшим образом.
Тиканье старых часов на стене сводило меня с ума, и постепенно моя концентрация сходила на нет. В открытое окно внутрь проникал летний аромат полевых цветов, смешиваясь с неизменным и аппетитным запахом свежеиспеченного картофельного пирога potetkaker[3], который бабушка обычно готовила с лососем и шпинатом.
Со вздохом я постучала ручкой по лежащим передо мной документам и сдула светлый локон со лба. Моя голова уже гудела от обилия информации. Плечи охватило напряжение, а пятая точка чувствовала себя так, словно я решила побить мировой рекорд по сидению на месте. Я уже несколько часов пыталась пробраться через эту неразбериху из счетов, горой лежавших на заваленном бумагами столе вперемешку с покрытыми пылью папками и документами. Техническое обслуживание. Договоры с различными поставщиками услуг.
Треккинговые туры с инструктором не были чем-то необычным, но большую часть времени мы специализировались на местных жителях и предлагали им туры, проходившие вдали от норвежского туристического потока. Иногда походы длились семь, десять, а то и четырнадцать дней – с перерывами между ними. За организацию походов в горы в нашей фирме отвечали четыре человека: Оле, Сайлас, дедушка и я. Хотя, глядя на эти цифры, я вообще не понимала, как нам удастся свести концы с концами этим летом. Не говоря уже о том, чтобы тратить деньги на личные нужды, ведь Сайласу нужно было кормить семью из пяти человек.
C навязчивой мелодией из слишком большого количества правок в голове я просмотрела входящие сообщения, проверила загруженность нашего пансионата, который располагался на Хардангер-фьорде – королеве всех фьордов, и уже не в первый раз задалась вопросом, как привлечь побольше людей на наши туры, ведь средств на крупную рекламную кампанию катастрофически не хватало.
Взгляд упал на часы, ритмичное движение стрелок которых действовало мне на нервы. 11:55. Я непроизвольно улыбнулась. Для полноты этой идиллической картины, когда моя бабушка готовит на кухне, не хватало только фартука с норвежским флагом. Вздыхая и потягивая шею, я всерьез задумалась о том, не будет ли фартук действительно подходящим подарком на ее день рождения. Тогда мне было бы гораздо проще определиться с подарком и отказаться от идеи войлочной сумки, над которой я работала каждый вечер в течение двух недель, но так и не смогла добиться желаемого результата.
– Тук-тук.
Я удивленно обернулась на звонкий голос, насколько мне позволил скрипящий стул. В дверном проеме, опираясь на косяк, стояла моя лучшая подруга и соседка Ада. На ее щеках играл румянец, рыжие волосы были заплетены в тугую косу, которая спускалась до талии, а медовые глаза весело сверкали.
– Разве ты не хотела съездить в город? – спросила я вместо приветствия и, воспользовавшись неожиданной паузой, потянулась, разминая позвонки. Они щелкнули, словно шестеренки.
– Да, конечно, – ответила Ада и сморщила свой вздернутый носик, которому я завидовала еще в детстве. Мой собственный не шел
