Гирланд начал шарить у себя в карманах, и в это время раздался звонок Гарри…
Повесив трубку, Марк огорченно сказал:
— Жаль, но мне нужно уйти… Это как раз и есть моя работа. Когда вернусь — не знаю. Может, ты останешься? Чувствуй себя как дома. Вот проигрыватель, там книги, в холодильнике найдешь еду… Мне было бы очень приятно знать, что ты здесь и что ты ждешь меня.
— Думаю, что мне лучше уйти, — сказала она, но тем не менее не тронулась с места. «Пожалуй, он красив», — подумала она.
— Останься!.. — настаивал он. — Я не задержусь долго. Очень хочется, чтобы ты осталась.
— Хорошо, я останусь, если тебе этого хочется.
Удовлетворенно кивнув, он пересек комнату, прошел в ванную и запер за собой дверь. Справа у потолка был шкаф. Он открыл его, пошарил внутри и нажал на хитро спрятанную пружину. Створки задней крышки шкафа раздвинулись, и Марк вытащил из тайника небольшой аммиачный пистолет в кобуре. Он надел кобуру, с удовольствием отмечая, что она совсем незаметна под пиджаком. Затем оглядел себя в маленьком зеркальце под умывальником.
Гирланд был высокий и смуглый с мужественным узким лицом, глубоко посаженными глазами, плотно сжатым ртом и мощным подбородком. Он выглядел немного старше своих тридцати пяти лет, в волосах уже появилась седина. Причесавшись, он положил расческу и вернулся в комнату.
Тесса стояла на коленях перед книжной полкой, изучая корешки книг. Она обернулась через плечо и улыбнулась.
— Тут у тебя Грэм Грин, Чандлер, Хемингуэй… Я тоже люблю этих авторов.
Он наклонился и поцеловал ее.
— У нас будет еще немало общего, — пообещал он и при этом его рука скользнула по ее спине к ягодицам. Она не отстранилась, но в глазах появились льдинки.
— Ты слишком много позволяешь себе… Не люблю, когда мужчина считает, что со мной можно позволить такие вольности.
Гирланд выпрямился.
— Не обижайся, малышка. Я веду очень напряженную жизнь… И часто рискую. Раньше я обхаживал женщин очень долго, но теперь предпочитаю действовать сразу. И знаешь, это чаще приносит успех.
Она промолчала, потом спросила:
— Куда же ты сейчас направляешься?
Он улыбнулся молодой задорной улыбкой.
— Нужно встретиться с одним человеком. Подожди меня. Если позвонят, не отвечай. Дверь держи запертой, в холодильнике отличные бифштексы, все это для тебя. Я постараюсь не задерживаться.
Он вышел из квартиры и стал спускаться по лестнице. Вскоре его шаги затихли. Тесса поднялась, открыла дверь и выглянула из квартиры. Далеко внизу она увидела удаляющуюся фигуру Гирланда.
Девушка быстро заперла дверь и начала тщательно, ничего не пропуская, обыскивать комнату.
Гирланд быстро дошел до места, где стоял его «Фиат-60». Машина доживала свои последние дни. Он посмотрел на вздувшиеся шины передних колес и понял, что больше пятидесяти километров они не протянут. Забравшись в машину, включил двигатель и выехал на проезжую часть. Когда он, наконец, добрался до метро «Орион», Росленд уже давно ждал его. Гирланд остановил машину, и Гарри с трудом втиснул свое грузное тело рядом с водителем.
— Опаздываешь, черт возьми! — пробурчал он недовольно. — Поехали… Что у тебя за машина, бог ты мой! Когда ты наконец избавишься от этой развалюхи?
— Меня она вполне устраивает, я ведь не миллионер… Ты сорвал мне такой приятный вечер!
У тебя на уме только женщины, — презрительно заметил Росленд. — Это мне не нравится, Марк. Серьезно, уж слишком их много!
Тебя что же, секс уже не трогает? Не разыгрывай монаха, — рассмеялся Гирланд.
По крайней мере я не даю курочкам командовать собой, это очень важно. А у тебя все наоборот…
Ладно, хватит об этом, — резко оборвал его Гирланд Что у тебя там?..
— Есть кое-какая работенка. Может, что-то серьезное, а может, пустышка.
— И сколько же? Сейчас я как раз на мели.
— А когда было иначе? — съязвил Росленд. — Деньги и женщины не уживаются вместе.
Гирланд промолчал. Он уже минуты три следил в зеркале за черным «ситроеном», который двигался за ними. Шофер в надвинутой на глаза шляпе старался скрыть свое лицо. Гирланд резко свернул в переулок и прибавил скорость. «Ситроен» следовал за ними.
Росленд хотел что-то сказать, но Гирланд перебил его:
— Похоже, за нами хвост, Гарри.
Росленд насторожился, обернулся и увидел «ситроен».
— Попробуем оторваться, — заметил Гирланд.
Он свернул направо у следующего перекрестка, проехал еще квартал и здесь вынужден был остановиться перед светофором. Черный «ситроен» приблизился и остановился метрах в десяти.
— Не оглядывайся, — сказал Гирланд, всматриваясь в зеркало. — Он здесь. Посмотрим, что он будет делать…
— Нет, нет, оставь его в покое. Нам нужно только поговорить. Он же не услышит нашего разговора.
Гирланд пожал плечами.
Ехали молча.
Через несколько минут свернули на Рю де Анжей. «Ситроен» не отпускал их. Вдруг перед их носом со стоянки сорвалась машина и устремилась вдоль набережной. Гирланд моментально припарковался на маленьком пятачке и выключил мотор.
— Теперь посмотрим, что он будет делать, — сказал он злорадно.
Водитель «ситроена» на полной скорости промчался мимо, даже не посмотрев в их сторону. В конце набережной он свернул налево и исчез в потоке транспорта.
— Слава богу, освободились! Только надолго ли? — Гирланд закурил. — Угораздило же тебя подцепить этот хвост!
Росленд был озабочен.
— За мной следил какой-то хлыщ с бородкой. В метро мне удалось оторваться от него, но, наверно, их было двое.
Гирланд недовольно поморщился.
— Ты что, не знаешь, что хвостов всегда бывает двое — один спереди, другой сзади?! Первый засек, что ты ожидаешь меня, и позвонил парню с «ситроеном». И когда я приехал, тот был уже тут как тут. Ну, да черт с ними! Что там у тебя за работа?
— Сегодня утром Дорну позвонила какая-то женщина, назвавшаяся мадам Фечер. Она намекнула, что располагает какой-то важной информацией… Дорн не знает, серьезно ли это. Нельзя также исключить вероятность ловушки… Существует и опасность того, что этим могут заинтересоваться и другие, если он не договорится. Короче, Дорн поручил это дело мне, а я тебе. Она будет в клубе «Алло, Париж» в одиннадцать часов вечера. Я хочу, чтобы ты встретился с ней и узнал, какой информацией она располагает и сколько хочет за нее.
— Ну и что дальше?..
— Это все. Ты проверишь, чего стоит ее информация. Ничего не обещай конкретно, просто прозондируй почву.
— Но почему бы тебе самому не заняться этим? Почему я? По-моему, это как раз для тебя — все так просто!
Росленд вынул сигарету, скомкал пустую пачку и, закурив, веско произнес:
— Ты же знаешь, я не должен вмешиваться в эти дела. Я обязан остаться в стороне. Это как раз то, что ценит во мне Дорн.
— Да? — спросил Гирланд серьезно. — А мне кажется, что ты сейчас нужен Дорну, как дырка от бублика. Это не пустяк, дорогой мой, а серьезное дело. Она уже к кому-то обращалась, и теперь следят за всеми, в том числе и за нами — благодаря твоей тупости. Ты навел их на меня. Все, что им нужно было узнать, это номер моей машины и где я живу. Ну и подгадил же ты мне, Гарри! Что случилось с твоими серыми клеточками?
Росленд недовольно дернулся.
— Я не люблю, когда со мной так разговаривают, — высокомерно произнес он.
— А мне плевать, любишь ты или нет! Ты слишком разжирел и разленился, а самоуверенности в тебе не поубавилось. Думаешь, это игрушки: дал приказ, махнул волшебной палочкой, взял денежки — а другие пусть расхлебывают грязь? Два года назад ты бы сообразил, что и впереди может быть хвост. Это не шутка, Гарри, можно влипнуть в очень грязное дело. Парни вроде нас с тобой, которые работают на людей типа Дорна, всегда должны быть начеку. А ты перестал чувствовать опасность, хотя по самые колени стоишь в дерьме!
— Если ты сейчас не заткнешься, то я!.. — вскипел Росленд, обливаясь потом. — У меня куча агентов, подобных тебе, и будь рад, что именно тебе оказано доверие! Мне надоели твои уколы!.. Ты знаешь, что я могу!.. — выкрикивал Росленд.
— Нет, Гарри, ты уже ничего не можешь. Я — последний из твоих подручных, никто больше не хочет делать за тебя грязную работу. И ты это отлично знаешь! Джексон ушел, Грей ушел, Фоше, Пьер — все покинули, тебя. Они вовремя почувствовали сигнал бедствия, а теперь и я это вижу. Я — последний из твоего поганого стада, на кого ты еще можешь положиться, так что не угрожай и не ерепенься.
Росленд, тяжело дыша, вытер потный лоб носовым платком и зло уставился на запыленное ветровое стекло автомобиля.
— И сколько же я за это получу? — наконец поинтересовался Гирланд. — Пока не будет задатка, я даже и говорить ни о чем не буду.
Росленд немного поколебался, потом полез в карман и вытащил две банкноты по сто франков.
