— Ты дашь мне это письмо, Камала, — произнес Маркус Плейтон, — и я отправлю этому нахальному щенку ответ, который его быстро образумит!
Как будто зная, чего от нее ожидают, Камала взяла со стола письмо, вложила его в конверт, встала и положила на стол перед дядей.
— Извините, дядя Маркус, — еле слышно прошептала она.
— Сядь и выслушай то, что я тебе скажу, — приказал Маркус Плейтон.
Вернувшись на свое место, Камала посмотрела на тетушку Эллис, сидевшую на другом конце стола. Даже во время сцены, которую устроила ее дочь, она молча наблюдала за происходящим.
Выражение ее лица оставалось настолько непроницаемым, что Камала не смогла удержаться от мысленного вопроса: какие же чувства испытывает в эти минуты миссис Плейтон?
— Я думал о твоей судьбе, Софи, — сказал Маркус Плейтон, обращаясь к дочери. — У меня есть определенные виды на твое будущее. Думаю, ты с одобрением воспримешь то, что я тебе скажу.
— Мое будущее? — удивилась Софи.
— Именно его я и имел в виду, — ответил ей отец. — Тебе недавно исполнилось двадцать, и пришло время отдать тебя замуж.
— Замуж? — воскликнула Софи. — Но за кого? Ведь никто пока не предлагал мне ничего подобного! Да и какой мужчина предложит мне руку и сердце, когда Камала переманивает всех моих возможных женихов!
Последнюю фразу Софи произнесла с такой неприязнью, что казалось, будто она выплевывает слова. Камала молча склонила голову.
"Это не моя вина", — с отчаянием подумала она.
Разве можно было убедить дядю в том, что она старательно избегает встреч и разговоров с мужчинами, которые приходят к ним в дом, и никогда не пытается привлечь их внимание?
Она знала, как к этому относится Софи. Кузина жаждала общения с кавалерами, мечтая, чтобы за ней ухаживал хоть кто-то из них, любой, лишь бы она смогла повысить собственную значимость в своих же глазах.
Но кто станет смотреть на ничем не примечательную дочь Маркуса Плейтона, пусть даже богатого и влиятельного человека, когда рядом была ее привлекательная кузина?
Камала отнюдь не страдала высокомерием, ей некогда было думать о себе. Тем не менее она не могла не заметить, что ее внешность привлекает к себе внимание окружающих везде, где бы она ни находилась.
Впрочем, с раннего детства она привыкла к тому, что люди восхищаются ее красотой и вечно говорят ей об этом — так же, как когда-то делала ее мать.
С трудом верилось, что тетя Эллис, жена Маркуса Плейтона, — родная сестра ее матери. Быть может, сказывалась десятилетняя разница в возрасте, но сейчас нельзя было представить, что в юности Эллис отличалась красотой. Преждевременно поседевшая, с худым морщинистым лицом, тетя скорее была похожа на бесплотный призрак, который не имел никакого отношения к тому, что происходило в доме ее мужа.
"Мама была так не похожа на нее", — подумала Камала.
Она помнила, какой красавицей та была, помнила, что их дом, несмотря на тесноту и непритязательную обстановку, был наполнен радостью и солнечным светом. Как же счастливы они были вместе! Счастливы так, что три года, прожитые в доме дяди Маркуса Плейтона, представлялись ей сущим кошмаром. Воспоминания о прошлом, когда родители не чаяли в ней души, до сих пор были удивительно свежи в ее памяти. — Как я уже сказал, — продолжил Маркус Плейтон неприятным скрипучим голосом, — я имею виды на твой брак, Софи, и сегодня утром узнал о том, что мои планы скоро воплотятся в жизнь.
— Какие планы? Скажи мне, папа! Ах, твои слова звучат, словно сладкая музыка! Их так приятно слышать!
— Верно, приятно, — согласился Маркус Плейтон. — Я все устроил, Софи, и добился договоренности, что ты выйдешь замуж за маркиза Труро.
— Маркиза?!
На мгновение у Софи перехватило дыхание от восторга. Наконец, справившись с волнением, она сказала:
— Папа, как же тебе удалось найти столь знатного жениха? Ты уверен, что он готов сделать мне предложение?
— Он уже его сделал, — ответил ей отец. — Все это устроил его стряпчий, с которым у меня наилучшие дружеские отношения.
— Но он же не видел меня, — удивилась Софи. — А я не видела его!
— Вы скоро встретитесь, — пообещал Маркус Плейтон. — Маркиз приедет к нам и погостит какое-то время. Он сделает тебе предложение, которое я приму от твоего имени, после чего мы объявим о вашей помолвке.
Софи облегченно вздохнула.
— А как он выглядит? Он красив? Сколько ему лет?
— На все эти вопросы ты получишь ответы в должное время, — уклонился Маркус Плейтон. — Я думаю, что ты останешься довольна. Тебе, Софи, и твоей матери нужно приготовиться к встрече с маркизом, вам придется всячески развлекать и ублажать его. Я хочу, чтобы он понял, насколько выгодно ему связать себя брачным союзом с моей единственной дочерью. Софи на мгновение задумалась.
— Мне почему-то кажется, папа, ты намекаешь на то, что маркиз не слишком богат.
Мистер Плейтон улыбнулся:
— Временами, Софи, я замечаю в тебе проблески разума, который ты до известной степени унаследовала от меня. Да, верно, дочь моя, ты права! Маркиз, мягко говоря, не богат, а ты — наследница моих капиталов. Что может быть мудрее замысла соединить вас двоих брачным союзом?
— Неужели я стану маркизой? — воскликнула Софи, обращаясь с этим вопросом скорее к себе самой, чем к отцу.
Впрочем, довольное выражение быстро исчезло с ее лица, и она бросила недобрый взгляд на Камалу.
— Я не потерплю ее присутствия, когда маркиз приедет к нам! — заявила Софи. — Она попытается увести его у меня, как делала это со всеми мужчинами, которые появлялись в нашем доме. Отправь ее куда-нибудь, папа, отправь ее прочь!
— Я подумал также и о ней, — ответил Маркус Плейтон.
В его голосе прозвучало нечто такое, отчего Камале неожиданно стало страшно.
— Куда ты ее отправишь? — нетерпеливо спросила Софи.
— Камала очень скоро покинет наш дом, — ответил Маркус Плейтон. — Она тоже выйдет замуж.
Камала оторвала взгляд от стола и посмотрела на дядю. В ее широко открытых глазах читался ужас.
— Возможно, ты не ожидала такого известия, — обратился к племяннице Маркус Плейтон, — однако я считаю, что твое порочное влияние и упрямый нрав сумеет укротить только муж. Я уже выбрал для тебя будущего супруга.
— Вы выбрали для меня мужа? — повторила эхом Камала. Ее голос дрожал.
— Да, Камала, представь себе. Уверяю, я руководствуюсь наилучшими побуждениями, хотя ты так, возможно, и не считаешь. Более того, я считаю, что тебе крупно повезло.
Маркус Плейтон явно ожидал услышать ответ племянницы, однако Камала молчала. Она, словно лишившись дара речи, удивленно смотрела на дядю. На ее бледном лице все еще алел след от пощечины.
