Директор картины Боб, улыбаясь, обсуждал с режиссером последние детали. Актеры и обслуживающий персонал толпились вокруг съемочной площадки. Актеры не спешили переодеваться, да и остальные члены съемочной группы забыли о своих вечерних обязанностях. Все оставались на своих местах, и постепенно к ним присоединялись коллеги из других съемочных групп и несколько человек, спустившихся из режиссерской будки.
Появилась актриса в толстых носках до колена и махровом купальном халате. За ней следовал актер, игравший ее возлюбленного, одетый в спортивные шорты и тесную поношенную футболку.
Актриса, исполнявшая роль Саванны Грид, расхохоталась.
— Потрясающий прикид, Мэг! — воскликнула она.
Мэг передернула плечами с плутовской усмешкой:
— А ты как думала!
Она сдернула бейсбольную кепку с актера, изображавшего ее брата, и, водрузив ее на свои рыжеватые кудри, закричала:
— Ну, где же фотограф?
— Здесь, мисс Кармайкл!
Худощавый человек с фотоаппаратом вынырнул из какого-то угла и направил объектив на актрису, которая стремительно бросилась в объятия пожилого человека почтенного вида, игравшего в фильме ее отца. Одну ногу она подняла в воздух и слегка ею покачивала.
— Уж этот кадр точно станет сенсацией! — засмеялась высокая блондинка, прохаживавшаяся по съемочной площадке.
Грудной смех и привлекательная внешность вполне могли сделать ее «мыльной» звездой, пожелай она себе подобной карьеры. Еще подростком Ребекка Галлагер Фрезер страстно полюбила «мыльные оперы», но целью ее всегда было сочинение их, а не актерская игра. Это стало главным делом ее жизни, а талант и упорный труд позволили ей занять место главного сценариста «Обещания на завтра». Это произошло около полутора лет назад, и вот уже месяца четыре как этот «мыльный» сериал, занимавший едва ли не последнее место в рейтинге зрительских симпатий, превратился ее стараниями в один из наиболее популярных. Ребекка чрезвычайно гордилась достигнутым и мечтала в ближайшие годы стать автором собственного сериала.
И вдруг телекомпания предоставила ей возможность, пренебречь которой она не могла. Ей предложили создать фильм, чтобы заменить бездарные и беспомощные ток-шоу, мертвым грузом отягощающие дневное вещание. Она приняла предложение, и сегодня был последний официальный день ее работы на съемках сериала «Обещание на завтра». Съемочная группа устраивала в ее честь прощальную вечеринку, запечатлеть которую готовилась целая толпа фотографов из популярных изданий.
На площадку втащили огромный торт, украшенный приветственной надписью и несколько фривольными изображениями, сделанными из глазури. Собравшиеся дико захохотали.
— Я все-таки не думаю, что вам стоит фотографировать торт, ребята, — объявила Ребекка. — По крайней мере, не для журналов!
Присутствующих обносили шампанским, давая возможность каждому желающему произнести тост.
— Наконец-то! — вздохнула Элли Джеймс, когда остатки шампанского были разлиты в высокие бокалы. — Еще капля этой шипучки — и меня бы разорвало, честное слово!
Она была по-настоящему опечалена уходом Ребекки. Именно Ребекка создала образ Саванны Грид. Воплотив его, Элли получила «Дневную Эмми» — премию, присуждаемую участникам «мыльных опер», — и целые мешки писем от поклонников. Но помимо полюбившейся ей роли у нее был теперь внушительный доход и жених — бывший муж Ребекки, Бен Тайлер.
Ребекка принялась резать торт.
— Шоколадный? — спросила она с забавной гримаской. — И как это вы догадались?
Вопрос рассмешил всех присутствующих. О ее пристрастии к шоколаду было известно каждому, кто знал ее хоть немного. В ее кабинете всегда находился изрядный запас шоколада и кофе. Ребекка уверяла, что именно это поддерживает ее в тяжелые моменты, например когда к ней врываются возбужденные актеры и актрисы с заявлениями типа: «Почему я должен играть эту ахинею, черт побери?!» или «У меня для тебя новость, Ребекка, — я беременна. Ты можешь учесть это в сценарии?», а также: «От этого диалога меня просто с души воротит. Сделай что-нибудь!»
Она всей душой привязалась к своим товарищам, но стремление создать свой собственный сериал оказалось непреодолимым. Ей потребуется полгода, чтобы разработать идею и продумать все детали.
— Поздравляю тебя, Ребекка!
Она обернулась и увидела улыбающегося мужчину приятной наружности.
— Бен! — Она схватила его за обе руки и дружески чмокнула в щеку. — Как мило, что ты зашел!
— Ну разве я мог пропустить твое прощание с «производством»? — спросил он, поднимая широкие светлые брови.
Услышав свое любимое словечко, — Ребекка любила называть «производством» свою работу — она ухмыльнулась. Отступив на шаг, Ребекка внимательно взглянула на своего бывшего мужа. Бен выглядел довольным, преуспевающим адвокатом, каковым он и был на самом деле. Его славная ребяческая физиономия нередко вводила в заблуждение оппонентов, считавших его неопытным юнцом. И это нередко шло на пользу ему и его клиентам.
— Прекрасно выглядишь, — отметила она.
— Ты тоже, дорогая, — Бен обнял ее за талию, шелк блузки приятно холодил его руку. — Ну как, у тебя кто-нибудь появился?
— Как можно, Бен? После тебя? — Ребекка театрально закатила глаза.
Он улыбнулся.
— Не валяй дурака, Ребекка. — Сквозь очки в тонкой проволочной оправе на нее внимательно смотрели темно-карие глаза. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.
— Я знаю. — Ребекка обняла его.
— Так расскажи мне все. Что у тебя происходит? Ты встречаешься с кем-нибудь?
Ребекка тряхнула головой.
— Нет, — проговорила она.
— У меня есть один друг…
Ребекка сделала большие глаза и с притворным ужасом воскликнула:
— О Боже, Бен, пощади! Мой бывший муж меня сватает!
— А что в этом плохого? Ты сделала то же самое для меня, разве нет? — сказал Бен, пристально вглядываясь в ее лицо.
— Это совсем другое дело, — возразила она.
— Ладно. — Она пошел на попятную. — Ты ведь знаешь, ты по-прежнему мне небезразлична. И мое желание видеть тебя счастливой вполне естественно.
— Это очень мило с твоей стороны, Бен. Правда. Я благодарна тебе за заботу, но у меня все в порядке.
— Действительно, Бекка?
— Пожалуйста, — взмолилась она, — не надо придавать слишком большое значение моей личной жизни или ее отсутствию. У меня есть моя работа, и в данный момент мне этого достаточно.
— Надеюсь, ты не рассчитываешь, что я поверю. Это не пройдет. Не забывай, я все-таки был твоим мужем. — Он сжал ее руку и с ноткой сожаления произнес: — Мне жаль, что не я был тем человеком, которого ты ищешь, Ребекка. Честное слово.
