друзей. Хотя просьбу это мало напоминало. Слишком резко звучал его голос.
Не желала оставаться с ним наедине. Опасалась, что сорвусь. Вцеплюсь в его шею и вырву кадык зубами.
Умоляюще взглянула на девушку. Она на секунду замешкалась, но её спутник решил всё за неё, увлекая за собой.
Дверь захлопнулась.
Шамиль снял с себя пиджак, накидывая на мои плечи. Меня знобило. Но я этого почти не замечала. Мне нравилось, что здесь холодно. Мороз остужал чувства.
– Тебя кто-то обидел? – ещё один вопрос. На этот раз заставивший мои губы изогнуться в подобии улыбки. Циничной.
Ты. Ты обидел. Сердце моё забрал и сжёг. А пепел засунул обратно в грудную клетку.
– Я домой хочу. К себе, – повторяю, но так, чтобы у него не возникло сомнений, какое место я называю домом.
– Зачем? – он всё же прикасается ко мне, проводит костяшками пальцев по холодной щеке.
Мне больно от этого жеста. Я готова разложиться на атомы прямо здесь. Закричать во всю силу лёгких, чтобы хоть как-то ослабить муки.
А он продолжает смотреть на меня так, что мне привиделось, будто я лежу в нагретом солнцем водоёме, вечером, после дневного зноя. Когда вода как парное молоко. Мне хотелось нежиться в этом взгляде. Превратиться в кошку и потереться мордочкой о ноги хозяина.
Нужно любым способом прогнать это выражение из глаз. Чтобы он больше никогда на меня так не смотрел.
– Всё кончено, Хозяин, – заставляю себя улыбнуться, склоняя голову, изучая красивого мужчину напротив. Чудовище. – Я наигралась и больше не хочу тебя видеть.
Возможно, секунду назад мне лишь почудились его ответные чувства. Вся эта теплота в его взгляде. Узкая створка, которую он приоткрыл, позволяя заглянуть в душу, только что резко захлопнулась.
– Кто тебе сказал, Маугли, что правила игры выбираешь ты? – интересуется ледяным тоном, поднимаясь и увлекая меня за собой.
Я слишком паршиво ещё себя чувствовала и едва устояла на ногах. Но, на мою беду, Шамиль и не думал меня отпускать. Притянул к груди в собственническом жесте с такой силой, что мне показалось, я сейчас сломаюсь. Свободной рукой провел по голове, надавливая пальцами на череп, и впился в мой рот.
Не успела среагировать. Оттолкнуть его, не позволить этому поцелую случиться. Но слишком поздно. Он завладел моими губами, проникая языком в рот. Яростно сминая, словно хотел причинить боль.
Мне стала совершенно непонятна реакция тела. Оглушающая странным желанием вопреки всем доводам разума. Именно она испугала меня сильнее, чем его напор.
Чтобы прекратить эту пытку, я на мгновение расслабилась в его руках. Позволяя поверить, будто я сдалась. Ощущая, как его руки исследуют моё тело, как широкая ладонь сжимает мой зад, притягивая к паху. И когда горячая волна обдала низ живота, я укусила его за нижнюю губу, пока на языке не появился металлический привкус.
Глава 2
Шамиль с шипением отпрянул, прикладывая пальцы к окровавленным губам, не веря в случившееся. Поднял на меня удивлённый взгляд, в котором плескалось бешенство. В тусклом свете даже привиделись языки пламени, плясавшие в его радужке.
– И что ты мне за это сделаешь? Ударишь? – Не понимаю, почему всё ещё здесь. Почему так веду себя. Почему не разворачиваюсь и не покидаю это место.
Почему не могу перестать смотреть на него.
Мне хочется, чтобы он причинил мне физическую боль. Чтобы я на своей шкуре испытала, насколько он плохой. И не тянулась к нему всеми фибрами души. И ради этого я готова была вытряхнуть из него всю его знаменитую выдержку.
– Порка тебе бы не помешала, Лиса, – с явным намерением исполнить сказанное произносит, сжимая мою руку чуть выше локтя и вытаскивая с террасы.
Мы тут же окунаемся в гущу вечеринки. Гости под градусом бесплатного алкоголя за время моего отсутствия успели перейти на новый уровень развлечений.
Если до этой секунды я мечтала сбежать отсюда. То теперь передумала. Бредовая мысль довести Шамиля до белого каления не отпускала. Стало жизненно важным увидеть его в истинном свете.
Выхватываю у проносящегося мимо официанта бокал шампанского с подноса. Под тяжёлым взглядом Шамиля залпом опрокидываю его в себя.
Нужно заглушить боль любым способом. Я не так часто пью, и алкоголь почти сразу ударяет по мозгам. Мир раздваивается в свете неонового освещения.
Становится жарко. Здесь совсем не так легко дышится, как на террасе.
– Отпусти меня, – дёргаю за руку, и его пальцы медленно отлепляются от моей кожи.
Скидываю с плеч пиджак, возвращая его владельцу, и направляюсь туда, откуда доносится музыка.
Отчего-то почти уверенная в том, что Шамиль меня остановит, я устремляюсь к барной стойке, заказывая ещё порцию алкоголя. Пока девушка-бармен смешивает для меня коктейль, оглядываюсь через плечо, ища глазами Хозяина. Не понимая, почему он ещё не устроил мне взбучку. Я видела, что ему до чёртиков хотелось поставить меня в угол на горох.
Меня словно обухом по голове ударяет, когда вместо ожидаемой картинки я вижу Шамиля, расслабленно беседующего с подкатившей к нему незнакомкой.
Если бы бешенство можно было измерять по десятибалльной шкале, то мой уровень потянул бы на сотку.
Он стоит весь из себя такой красивый. В своём ладно сидящем на нём пиджаке, который ещё должен хранить мой запах, засунув руки в карманы брюк. А прелестная девушка прямо на моих глазах разве что не вылезает из собственного платья, лишь символически прикрывающего стратегически важные части тела. И тычет ему в нос свои внушительных размеров сиськи.
Через проходящих мимо людей наши взгляды встречаются. Его – спокойный и холодный. И мой – пылающий и яростный.
Разговаривая с ней, он смотрит на меня. К горлу подкатывают слезы, потому что я не понимаю этой жестокой насмешки судьбы. Почему именно он?
Если бы Соломон с самого начала предупредил меня о том, что Шамиль виновен в смерти отца и брата, я бы не позволила ему так глубоко проникнуть в сердце.
Как жаль, что это не ночной клуб, здесь не затеряться в толпе. Но я всё же иду на танцпол, покачиваясь на высоких каблуках, надеясь не растянуться на полу.
Мимоходом замечаю ту заботливую девушку, что пыталась мне помочь. И её мужчину. Они оба наблюдали за моим поведением, что меня крайне удивляло.
Тоже мне реалити-шоу.
На её эльфийском личике улыбка. На его – ухмылка.
Из колонок заиграла мегапопулярная танцевальная новинка. И я не могла даже припомнить, когда в свои восемнадцать лет была на дискотеке. Между погонями за матерью и поиском убийцы отца.
Отпустила все
