дело смотрит твои данные, разглядывает лицо, читает детские стихи... Нет, спасибо.
Дверь женского туалета приоткрылась. Сначала на свет выползла моющая машина, потом ножка в изящной туфельке на высоком каблуке и наконец — неопределенного возраста блондинка в халате уборщицы. Воровато оглядываясь, она покатила поломойку к лифтам.
Я остолбенел. Это с каких пор технички носят туфли из крокодиловой кожи?
Бросив прощальный взгляд на терминал, я последовал за женщиной. Все равно придется ехать наверх, рано или поздно. Так лучше рано.
У лифтов почти никого не было. Я поискал взглядом блондинку, но она исчезла. Бродил с сумрачным видом черноволосый мужчина с рюкзаком, и чуть поодаль сотрудница центра что-то втолковывала мальчику лет десяти.
— Ну хорошо,—донеслось до меня. — Но только пять минут, Саша! Зайдем, посмотрим, и сразу назад. Обещаешь?
Саша энергично кивнул.
Двери лифта звякнули, открываясь. Я пропустил остальных вперед и замер на пороге. Ехать, не ехать? Ведь если честно, разве я могу что-то дать такому ребенку? Ему нужна семья...
— Молодой человек, вы заходите? — окликнула меня сотрудница центра. «Пичугина Светлана Витальевна» значилось под ее фото.
— Да, конечно... Простите.
Она мельком глянула на мой пропуск визитера и тут же заулыбалась.
— Тот самый Родион Соколов! А я смотрю, где-то я вашу фотографию видела... Мы с мужем в ту субботу были на вашей выставке. На следующей неделе ребят поведу. Саша, правда, уже не пойдет, разве что с родителями, — она счастливо рассмеялась. — Сегодня последнее собеседование. Документы уже готовы.
Черноволосый мужчина вздрогнул и дернулся, будто собираясь выйти. Светлана не обратила на него внимания.
Двери сошлись за моей спиной, и лифт начал подниматься.
— Замечательно, — я неловко улыбнулся. — Долго они... готовили документы?
— Ну что вы! Меньше месяца. Справки уже год как собирать не надо, проверили по базе — и привет. Главное, чтобы человек был хороший, — она профессионально цепко обежала меня глазами и снова улыбнулась, теперь уже дежурной улыбкой. — Вам нужна помощь?
— Если только с тем, чтобы найти зал, где будет консультация, — неуклюже отшутился я.
— А мы на крышу и едем, — кивнула она. — Там раньше был зимний сад, а теперь конференц-зал. Саша очень хочет посмотреть на город сверху: он никогда не был на небоскребе. В первый раз действительно дух захватывает.
Лифт остановился на сороковом этаже, и мы направились ко второму блоку. На указателе горела табличка: «Этажи 41-80».
— Подождите, пожалуйста, — окликнул нас черноволосый мужчина. Повернувшись к нам спиной, он доставал что-то из рюкзака.
Светлана обернулась.
-Да?
Ей в лицо смотрел пистолет.
— Кто побежит, стреляю сразу, — сухо произнес черноволосый. — Руки за голову.
За спиной у него с мелодичным перезвоном закрылись дверцы лифта.
В первую секунду меня хлестнул незнакомый жар: в грудь, в уши, в ошеломленные глаза. Ужас? Стыд? Я не успел понять: следом пришло глубокое облегчение, словно меня окатили прозрачной ключевой водой. «Паруса» дописаны, цифровые копии выложены в сеть. Все, что произойдет теперь, неважно.
Я медленно поднял руки за голову. Светлана с каменным лицом сплела пальцы за гладкой прической и оперлась на стену. Мальчишка (Саша, его зовут Саша!) упрямо скрестил руки на груди.
Черноволосый молча указал на коридор.
В лифте никто не произнес ни слова. Лишь на табло со щелканьем менялись числа. «60... 61... 62...»
— Вам это даром не пройдет, — вдруг сказал Саша. — На крыше стекло. Его разобьют и кинут гранату с газом, как в восьмом «Терминаторе». Или посадят вертолет и всех эвакуируют, как когда китайцы на Путина покушались!
— Саша, солнышко, помолчи, — тихо сказала Светлана.
— Стекло бронированное, односторонней прозрачности, — сверкнул зубами черноволосый. — Я долго готовился.
Двери с похоронным звоном раскрылись.
В углу холла стояла знакомая моющая машина. На ней лежал свернутый фиалковый халатик.
— В зал, — коротко сказал черноволосый.
— Как вас зовут? — спросил я. Пропуска на его груди не было.
— Виктор, — он усмехнулся. — А фамилия — Авдеев. Слышали?
Я нахмурился. Где-то, кажется, да...
— Вперед, — он махнул стволом пистолета, словно девушка — сложенным веером. — Лифты сейчас...
Над лифтами зажглась красная лампочка.
—.. .перестанут работать, — закончил Виктор. — Маленький подарок от моих друзей из солнечного Китая. Проходите.
Светлана с молчаливым достоинством, не опуская рук, двинулась вверх по ступеням. Саша с обожанием посмотрел на нее, хмуро — на террориста и побрел следом. Я замыкал шествие.
Наверное, настоящий мужчина развернулся бы, ударил Виктора в висок локтем, вышиб точным взмахом ноги пистолет и удерживал негодяя до приезда милиции. Наверное, я когда-то слишком серьезно воспринял совет не геройствовать. Наверное, у меня просто не хватило бы сил. Наверное.
Конференц-зал напоминал пустую школьную аудиторию, только без парт. Экран на стенде, узкий столик с ноутбуком, пластиковые стулья. В третьем ряду сидела давешняя блондинка, теперь уже в строгом брючном костюме. Увидев меня, она улыбнулась и приложила палец к губам. И побледнела.
— Всем встать, — отчетливо произнес Виктор. — И уберите затемнение. Я хочу видеть, что происходит вокруг.
Последние слова он адресовал парню-технику, что крутился у ноутбука. Парень разом спал с лица и набрал какую-то команду. Вокруг посветлело: потолок и стены медленно становились прозрачными.
Я обвел взглядом зал. Ф-фух, пусто...
Нет. От столиков, на которых были разложены проспекты, обернулась знакомая полная дама. Ее старшая дочь, Лена, мрачно смотрела в светлеющее стекло, младшая щебетала, прижимая к себе плюшевого слона. Отец девочек уныло листал яркий журнал.
— Артур, — дрожащим голосом пролепетала женщина. — Посмотри...
— Тань, ну что еще? — ее муж устало поднял голову.
И выронил журнал. На пол посыпались фирменные пакетики и пробники. Светлана поморщилась.
—Все стулья—к той стене. Если не хватит одного ряда, ставьте сверху, — Виктор посмотрел на нас. Мы не шевелились. — Я говорю по-китайски?
— По-русски, — механически ответил я.
— Но вы не понимаете, —довершил он. —Хорошо. Мальчик, подойди сюда, пожалуйста.
— Не смейте, — прошептала Светлана.
Саша шагнул раз, другой, словно против воли. Взгляд его не отрывался от руки с пистолетом.
— Хорошо... Видишь девочку с плюшевым слоном? Видишь ее? Приведи ее ко мне.
— Только попробуй!
Полная женщина рывком засунула дочь за спину.
— Мужики вы или кто? — выкрикнула она. — Одного полудурка со стволом прищучить не можете! Здесь дети, понимаете вы! Нет? Ну что
