позволил их «оценить», но они на диете и им ЖИРНОЕ противопоказано, — ответил брат и истерично захохотал.
— Как такого ЧЛЕНА пустили в жюри? — недоумевая, адресовал свой вопрос девушкам, «Маугли».
— Такие ЧЛЕНЫ как я, сами входят туда, куда захотят, без приглашения. А вот ты-то, зачем припёрся? — продолжая смеяться, спросил брат.
— Я хотел тебя поздравить с Днём рождения и подарить тебе голубя. Чтобы он постоянно летал над тобой и срал на твою предательскую голову, напоминая, какой ты говнюк.
— А-а-а-а, понятно. Ты до сих пор злишься на меня за то, что я сдал тебя полиции, и ты вынужден был бежать из страны? Ты пойми, брат… Кофейный бизнес, который я унаследовал от наших родителей, не приносил такой прибыли и удовольствия, как твои нелегальные плантации коки. Поэтому, я и решил объединить наши с тобой бизнесы в одну кока-кофейную корпорацию и совместно производить «кока-кофе».
— Ты мне ничего не говорил о своих планах, а просто подставил меня.
— Не злись. Ты бы всё равно не согласился, — скорчив виноватое выражение лица, предположил брат и уже серьёзным тоном добавил:
— Возвращайся-ка ты лучше обратно. И на вот тебе с собой гостинец от меня — наш фирменный настоящий колумбийский «Coca-Coffee». Он не только бодрит, но и живописно веселит. Как говорится: Раскрась Россию — колумбийскими красками! — посоветовал брату «кокакофейный барон» и, достав из-под ванны прозрачную, запечатанную кофейную банку, заполненную белым порошком, протянул её стоящей возле него очаровательной девушке. Та, перестав махать опахалом, взяла банку, и грациозно виляя бедрами, подошла к молодому человеку.
— Кофе? — презентабельно произнесла нежным голосом девушка и широко улыбнулась.
— Нет уж, спасибо. Меня за ваше кокаиновое кофе в Сибирь сошлют на всю жизнь.
— Что вы такое говорите? У нас чистый свежемолотый кофе, в который мы кроме сахара ничего больше не добавляем, — растерянно начала оправдываться девушка.
— Судя по цвету, вы туда один только сахар и кладёте.
— Сахар мы кладём по норме, — недовольно отчиталась девушка и, превратившись в официантку из аэропорта, убрала пустую кружку со столика и вернулась в бар.
— Простите меня, пожалуйста! Я задремал и во сне разговаривал с другой девушкой, — вслед уходящей официантке громко извинился молодой человек, потирая заспанные глаза.
— Тоже мне кофейный гурман нашёлся. Слаще бананов, наверное, ничего в своей жизни и не ел, а туда же, — обиженно буркнула официантка, протирая барную стойку тряпкой.
— Что, простите? Я не расслышал, — переспросил молодой человек, и тут же на весь аэропорт раздался громогласный женский голос:
— «ПОВТОРЯЮ. Совершил посадку частный VIP-рейс Гамбург-Екатеринбург с главарем банды «Белый кот» на борту. Встречающих и провожающих пассажиров с других рейсов, в целях их же собственной безопасности, рекомендуем «очистить» аэропорт или укрыться на некоторое время в комнате «матери и ребёнка».
«Маугли» с распростёртыми объятиями и счастливой улыбкой на лице бросился навстречу вышедшему из терминала прилёта главарю банды «Белый кот», по прозвищу «Бледный». Обняв друг друга, они начали по-свойски здороваться, как это было у них принято: хлопать друг друга по плечам, легонько постукивать кулачками, перекидывать друг друга через бедро, крутить поочерёдно сальто, кружиться, держась за руки.
— Ну, что? Куда едем? Домой? — спросил у «Бледного», «Маугли», садясь за руль Мерседеса.
— Нет. Поехали к «Антигриппину». Серенаду хочу петь, — романтично ответил «Бледный» и хитро улыбнулся.
— Кому петь? «Антигриппину»? — усмехнувшись в ответ, предположил «Маугли».
— Нет. Его жене, — мечтательно произнёс «Бледный» и представил, как с цветами в руках, высунувшись из люка танка, под мелодичную и «щипающую» за душу рок-балладу, как в конце фильма «Красотка», он едет к жене «Антигриппина» на танке, не слыша и не обращая внимания на бегущих рядом, размахивающих жезлами и свистящих в свои свистки, гаишников.
— Босс, а нафига она тебе нужна? — вернул размечтавшегося «Бледного» из «танка» обратно в автомобиль, «Маугли». — У тебя под Алапаевском целый гарем есть. В Голливуде — актерское агентство. В Париже — модельное. Ты победительницу конкурса «Мисс Вселенная», в том году, в Кунгурскую пещеру на экскурсию возил, а с самой красивой телеведущей Южной Америки собирался в космос лететь, чтобы организовать между лунатиками и марсианами телемост. А в этом году ты хотел на щелбан поспорить с Арнольдом Шварценеггером на то, что ты с Натали Портман станцуешь «Лебединое озеро» на сцене «Театра оперы и балета», где она выступит в роли королевы-лебедя, а ты в роли Принца Зигфрида.
— Кстати, а ты знаешь, что говорит Арни вместо «до свидания»? — спросил «Бледный», после окончательного возвращения из грёз.
— Что? — с любопытством поинтересовался, «Маугли».
— АСТАЛАВИСТА, БЭБИ! — подражая голосу Арни, артистично произнёс «Бледный».
— Похоже! — радостно воскликнул «Маугли» и засмеялся.
— А знаешь, как он по-немецки называет хлеб с маслом?
— Как?
— Так же как и другие австрийцы и немцы: БУТЕР-БРОД.
— Да иди, ты! По-немецки, так же как и по-русски?
— Ага.
— А девки у них такие же красивые, как и в России? — хитро подмигнув, продолжил любопытничать «Маугли».
— Не знаю. Я с ними особо-то и не общался. Но судя по их фильмам, у них только одно на уме — ТРАХАТЬСЯ со всеми подряд. А вот жена «Антигриппина» не такая. Влюбился я в неё с первого взгляда. Бац, и прямо в сердце. Даже «контрольного» взгляда не понадобилось.
— Босс, а почему бы тебе, как герою Аль Пачино в фильме «Лицо со шрамом», просто взять и не пристрелить его, а жену себе забрать?
— Не хочу, просто. Хочу — по любви.
— И как ты собираешься её влюбить в себя?
— Найду её Амура, который поразил меня прямо в сердце, и «перезакажу» ему её, — романтично ответил «Бледный» и представил, как маленький беленький кудрявенький ангельского вида мальчик или девочка звонит в дверь с надписью «ШТАБ-КВАРТИРА БАНДЫ «ЧЕРНАЯ БЛОШКА». Как после этого дверь открывает жена «Антигриппина» Аня и спрашивает:
— Кто это к нам пришёл?
— Твоя любовь, — отвечает Амур и, достав беленький пистолетик с глушителем и крылышками на дуле, стреляет ей прямо в сердце.
— Кто «заказал»? — вздрогнув от неожиданности и, схватившись с левой стороны за взволнованную грудь третьего размера, спрашивает Аня.
— «Бледный», — спокойно отвечает Амур и, улыбнувшись, растворяется в воздухе.
— «Б Л Е Д Н Ы Й»… — блаженно шепчет Аня и, закрыв глаза, ещё сильнее прижимает руку к прыгающему в её груди сердцу, чтобы оно не выскочило наружу.
Подъехав к дому «Антигриппина» и подойдя к двери с надписью «ШТАБ-КВАРТИРА БАНДЫ «ЧЕРНАЯ БЛОШКА», «Бледный», представив себя в роли Амура, привёл в «боевую» готовность свой взгляд и позвонил в дверь.
Из распахнутой двери на «Бледного» хлынула волна тёплого воздуха, пропитанного нежным
ароматом любимых
