думали многие, не имели права на зарождение.
Но у нашего Господа было своё мнение на этот счёт.
И никто не был властен над его решениями.
Поэтому обеим сторонам стоило набраться терпения и смириться с тем, что в конце концов Ндрангета и Каморра станут едины, иначе одному из синдикатов придётся лишиться части себя.
И это точно будем не мы.
Братья Нери могли даже не мечтать об этом. Арабелла вгрызётся в их глотки, если Дэниел снова окажется на грани жизни и смерти на их территории, а позже я разберусь с тем, что от них останется.
– Думаешь?
Я знаю.
Как бы сейчас Талии того ни хотелось, её место было рядом с нами. И не только ей нужно было смириться с этим.
– Может, пора снять его? – Я поморщился, когда запах гнили проник в легкие, после того как я принюхался. – Он мёртв уже несколько дней.
Кожа Стефано приобрела зеленовато-серый оттенок из-за начальной стадии разложения. Открытые участки его тела выглядели влажными и блестящими, отражая ферменты и жидкости, выделяющиеся во время этого процесса. Ноги отекли до такой степени, что стали напоминать баллоны, наполненные водой. И вскоре мягкие ткани в области живота начнут распадаться, теряя свою первоначальную форму и целостность.
– Два дня, – поправил Дэниел. – А душа покидает тело на третий, разве ты забыл? У меня ещё есть время. Пусть повисит, подумает.
Он жаждал возмездия.
Даже для того, чего, вероятно, не существовало.
– Хорошо, – безнадёжно выдохнул я. – Что потом?
– Я увижусь с ней.
– Как? Ты направляешься в Стоктон, – напомнил ему на случай, если он забыл. – Не в Сакраменто, где они, скорее всего, держат её.
– Я найду способ.
Мне следовало поехать с ним. Я был куда менее ответственен, но Дэниел, казалось, лишился рассудка, расставшись с Талией. Всё было в порядке, когда они делали это, будучи вместе, а не по отдельности. Сходить с ума в одиночку противопоказано.
Особенно таким, как они.
– А если она не захочет говорить с тобой?
– Она точно не захочет говорить со мной. – На его уставшем лице едва показалась слабая улыбка при воспоминании о том, какой она была.
Дьяволица!
Он поднялся с пола, подошёл к столу и взял пачку с его поверхности. Чёрные татуировки на его теле стали казаться ярче из-за бледной кожи, которая почти не видела солнца, потому что он не выходил на улицу, а если и делал это, то только ночью, словно она и луна на небе делали его ближе к Талии.
Когда-то ему было сложно принять мою зацикленность на Ангеле, теперь же Дэниел понимал, каково это – знать, что она существует, но не рядом с тобой.
Ещё и злится. В его случае.
– Мы можем попробовать достать номер её нового телефона, чтобы тебе не пришлось ехать, – предложил ему. – А детей перевезу я. Никто из Главы Ндрангеты не точит на меня зуб.
Его поездка – безумие.
Кристиан Нери жил идеей убить его. Правда, до того, как женился и у него появились дела поважнее. А теперь он получит моего старшего брата в свои руки, полные желания покончить с ним, и у него будет причина сделать это быстро, чтобы мы не успели предложить что-то взамен, поэтому Кристиан только ненадолго отвлечется от своей жены.
Кстати, я же так и не узнал, что Неро пообещал Винченцо за освобождение Дэниела из плена. Мы не лишились наших территорий, не потеряли деньги и не передали им никого другого из состава Каморры.
Абсолютно никаких изменений.
В чём заключалась договорённость?
Дэниел покачал головой, держа новую сигарету между зубами и щёлкая зажигалкой, чтобы закурить её.
– Это мой единственный шанс поговорить с ней, – напомнил он. – Я не могу его упустить.
– А они могут не отпустить тебя, – предостерёг его. – Когда мы договаривались, никому ещё не было известно, что ты влюбил в себя пропавшую Наследницу.
– И что я не дал ей умереть.
Верно, но…
Это может плохо кончиться.
Всё-таки мы забыли рассказать ему о кое-чём, что произошло в тот самый день, когда Талия Нери решила пересечь границу.
– Она нужна им, – выхватив из его руки сигарету, сделав затяжку и вернув её обратно, на выдохе произнёс я.
– Кому?
Облако дыма рассеялось перед нами.
– Своим братьям.
Дэниел заметно напрягся. Возможно, он успел подумать о том, что они хотели использовать её, но быстро избавился от этой мысли.
– С чего ты взял?
– Я же видел Кристиана в тот день, когда она разбилась, – напомнил ему. – Он хотел прыгнуть вместе с водолазами, которые искали её. Не знаю, как вёл себя Себастьян. Тебе лучше спросить у Арабеллы. Но предполагаю, что он был готов сделать то же самое и даже хуже.
Старшие были самыми отчаянными. Я знал это по Неро. Из раза в раз он едва сдерживал себя от опережения плана по убийству наших отцов, когда кто-то из них доводил нас до предсмертного состояния.
Дэниел нахмурился, посмотрев на меня.
– Почему вы сразу мне не сказали?
– Потому что ты не веришь в это даже сейчас, – объяснил я.
Я и сам до сих пор не особо верил, несмотря на то, что частично был свидетелем произошедшего.
Сколько мы слышали о том, что Нери отказывались признавать существование своей младшей сестры?
Это не было обычным слухом.
Это было правдой.
– Это нужно увидеть. Их необходимость в ней.
Я был уверен, что Дэниелу не понравится то, что он услышит, потому что это станет значить, что вернуть девушку обратно в Неваду окажется ещё сложнее.
Однако брат вёл себя противоположно моему представлению.
Сказанное мной… успокоило его?
– Это ничего не меняет. Я всё равно поеду. К тому же тебя не жалуют на территории Ндрангеты не меньше моего.
– Почему это?
– Потому что ты сказал, что жена их Босса в твоём вкусе, Деметрио.
Мне не нравилась ни одна женщина, не похожая на Ангела. А Аврора Де Сантис, к радости её мужа, не была подобной, иначе я бы не посмотрел на то, что у неё был Доминик.
Я бы не заставлял её быть со мной, но сделал бы всё возможное, чтобы она поняла, что я лучше него, ведь она – для меня, я – для неё, а он третий лишний в нашем идеальном союзе.
– Это была просто шутка.
Я даже не осознавал, почему ляпнул это в присутствии Доминика. Знал же, как он к ней относится. Просто… словно что-то потянуло меня. И я не имел в виду внешнюю составляющую этой девушки. Я толком и
