На первых порах немецкие парашютные части испытали серию неудач. Отчасти причиной этого были интриги в среде высших иерархов нацистской партии, отчасти — элементарное невезение. Но вскоре, после появления в их рядах уцелевших (и набравшихся боевого опыта) добровольцев из воевавшего в Испании легиона «Кондор», дело понемногу пошло на лад. Кардинальные же изменения последовали, когда командование десантниками было поручено генерал—майору Курту Штуденту.[9] Если Гудериана называют отцом немецких танковых войск, то Курту Штуденту должен быть присвоен такой же титул в отношении парашютно—десантных войск.
Этот обер—лейтенант носит нарукавные знаки различия, которые парашютисты стали использовать по примеру своих коллег из летного состава люфтваффе. Подробное описание — см. в комментариях к цветным иллюстрациям (555/839/27).
Официальное рождение германских воздушно—десантных войск состоялось 29 января 1936 г., когда соответствующий приказ по распоряжению Геринга был подписан статс—секретарем Имперского министерства авиации Эрхардом Мильхом. Согласно этому документу, объявлялся набор добровольцев для участия в парашютных тренировках в Штендале. Суровые методы обучения соответствовали «десяти заповедям», которые дал егерям—парашютистам сам Гитлер: «Вы — избранные бойцы вермахта. Вы должны стремиться к сражению и уметь переносить все тяготы. Война должна стать вашей потребностью». В этих наставлениях говорится еще о многом, но нам хотелось бы привести ещё одно высказывание, в соответствии с которым немецкие парашютные войска действовали в ходе войны: «Против открытого врага сражайтесь рыцарственно, но жестоко подавляйте партизанские выступления».
Второй воздушно—десантный батальон, также сформированный в 1936 г., был армейской частью под командованием майора Рихарда Гейдриха.[10] Он имел организацию по образцу батальона поддержки, располагая станковыми пулеметами и минометами. Батальон прекрасно показал себя во время маневров вермахта, проводившихся осенью 1937 г. в Мекленбурге. Его выступление дало мощный импульс к созданию немецких воздушно—десантных войск. И вновь из—за разногласий между армией и ВВС относительно принадлежности парашютистов, вопрос был решен в пользу люфтваффе: егеря—парашютисты перешли в ведомство Геринга. В тот период в люфтваффе считали, что парашютисты должны действовать малыми группами в качестве диверсантов за линией фронта противника: их задача — разрушать коммуникации и подрывать боевой дух врага. Армия, напротив, полагала, что десантников следует использовать массированно, как обычную пехоту. В конце концов сторонники обеих точек зрения смогли на практике проверить свои воззрения и убедиться, что парашютисты могут с успехом решать и те, и другие задачи.
Часовой—парашютист у железной дороги в России. Он одет в прыжковую куртку люфтваффе «второго образца» — по—прежнему зеленого цвета, но с полами, состегнутыми на манер штанин. Обратите внимание на детали кармана для выкидного ножа на правой штанине (541/432/15).
Следующий этап в развитии парашютных сил люфтваффе начался в июле 1938 г., когда на базе батальона Бройера из полка «Герман Геринг» было решено сформировать новую 7–ю авиационную дивизию (7. Flieger—Division) под командованием Курта Штудента, которому успешно помогали в этом майоры Герхард Бассенге и Генрих Треттнер.[11] Штудент (он родился 12 мая г.) великолепно соответствовал своей новой должности. Он начинал службу в пехоте, а затем был пилотом—истребителем и командовал эскадрильей в Первую мировую войну; позже, еще до прихода Гитлера к власти, Штудент был одним из штабных офицеров, непосредственно вовлеченных в строительство новых германских воздушных сил. В отличие от многих из своих сослуживцев Штудент абсолютно верил главарям нацистов и с удовольствием служил под их началом. Кроме того, Штуденту, генералу люфтваффе, удалосьустановить хорошие отношения с армейским начальством: он разделял взгляды вермахта относительно того, что парашютистов не следует применять в качестве диверсантов, действующих малыми группами.
Хотя оккупация Судетской области осенью 1938 г. не потребовала применения крупных военных сил, новая «дивизия» Штудента использовала этот шанс, чтобы пройти тренировку в походных условиях. Геринг был полон энтузиазма, ему удалось сломить сопротивление армейского начальства, и 2–й парашютный батальон Гейдриха вошел в состав люфтваффе. В то же время (в январе 1939 г.) были изданы инструкции относительно создания второго полка, и амбиции Гейдриха были удовлетворены: он был назначен командиром новой части. Оба полка приняли участие в Норвежской кампании весной следующего года. Штатная организация полков полностью соответствовала пехотной: трехбатальонный состав (в 1940 г. во 2–м полку реально имелось только два батальона), в каждом батальоне по четыре роты. Кроме того, создавалась саперная рота, и было положено начало созданию подразделений поддержки — противотанковой, легкой полевой и противовоздушной артиллерии, разведывательных, инженерных, медицинских, связных и других частей.
ОПЕРАЦИИ ГЕРМАНСКИХ ПАРАШЮТНО—ДЕСАНТНЫХ ВОЙСК
Фотография позволяет хорошо рассмотреть детали покроя прыжковой куртки, сшитой из материи камуфляжной окраски. Эти солдаты выстроились для парада где—то в Средиземноморье. Их каски выкрашены в песочный цвет, поверх которого нанесены серые или зеленыепятна. Парашютист на переднем плане носит знак Испанского креста с мечами, что означает его службу в легионе «Кондор» (580/1995/29).
Парашютисты не были включены ни в одну из группировок вермахта или люфтваффе, обеспечивавших захват Польши. Известно, однако, что солдаты 7–й авиационной дивизии с целью тренировки были задействованы в разведывательном рейде за Вислу, в ходе которого понесли серьезные потери под Волей Гуловской. Генерал Штудент сообщил Гитлеру, что парашютисты разочарованы тем, что не приняли участия в Польской кампании. На это последовал ответ: «Они, без сомнения, вступят в бои на Западе!»
Норвегия и Дания, 1940 г.В первых операциях парашютистов в Дании и Норвегии был задействован 1–й батальон 1 — г о парашютного полка (I/FJR1) под командованием майора Эриха Вальтера. Четырем ротам батальона были поставлены различные задачи. Штабной и 2–й ротам поручалось захватить аэропорт Форнебю в Осло и удерживать его до высадки частей 163–й пехотной дивизии, которая должна была десантироваться посадочным способом. 3–я рота под командованием лейтенанта барона фон Брандиса должна была точно так же захватить и удерживать аэродром Сола в Ставангере. В этовремя один из взводов 4–й роты капитана Вальтера Герике захватывал два летных поля в Аальборге, а остальные силы роты — дамбу, связывавшую острова Фальстер и Зееланд. 1–я рота лейтенанта Герберта Шмидта оставалась в резерве, но позже была выброшена для подкрепления войск генерала Дитля в районе Нарвика.
Майора Вальтера постигла неудача: Форнебю был скрыт туманом, и парашютистам пришлось повернуть назад. Однако транспортные самолеты Ju.52 второй волны, на борту которых находились солдаты 163–й дивизии, нашли просвет в облаках и смогли совершить посадку. Десантники понесли серьезные потери, но аэродром был захвачен. Лейтенант фон Брандис был удачливее: его солдаты благополучно приземлились на краю летного поля Солы и быстро подавили разрозненные очаги сопротивления охраны, так что вторая волна десанта могла высадиться без помех. У капитана Герике тоже все шло хорошо: датские солдаты, охранявшие дамбу, были настолько ошеломлены появлением вражеских парашютистов, что даже не оказали сопротивления и сдались. Отдельный взвод, выброшенный для захвата двух аэродромов в Аальборге, также обошелся без кровопролития. Рота лейтенанта Шмидта в утренних сумерках была выброшена в заснеженную долину Гудбрансдаль примерно в 140 км от Осло. Егеря роты понесли потери от огня норвежских солдат еще при выброске, но затем целых четыре дня оборонялись, пока отсутствие боеприпасов не вынудило их сдаться. Сам Шмидт был тяжело ранен в бедро и живот, но не сдал командования на протяжении всей операции: позже он был награжден Рыцарским крестом.
Несмотря на потери, операции апреля 1940 г. в Скандинавии показали обоснованность применения парашютистов против неподготовленного противника, когда нападающим способствует фактор внезапности. Но лишь несколько месяцев спустя парашютисты заработали серьезную репутацию.
Запад, 1940 г.Скорее всего, это постановочный снимок, сделанный на Крите уже после окончания боев в мае 1941 г. Здесь можно хорошо рассмотреть выкрашенные в песочный цвет каски и серо—зеленые прыжковые куртки. Фельдфебель (слева) выпустил воротник летной блузы поверх куртки, чтобы показать свой унтер—офицерский ранг, но нарукавных знаков различия у него нет. Такое сочетание встречалось редко (569/1579/15).
