Парашютисты с противотанковой пушкой PaK–36. Расчет одет в куртки с ≪осколочным≫ камуфляжным рисункам и прыжковые брюки, но обувь — обычные пехотные сапоги (544/588/20A).
II/FJR2 — капитан Пиетцонка, III/FJR2 — капитан Видеман); и 3–й парашютный полк полковника Хейдриха (I/FJR3 — капитан барон фон дер Хейдте, II/FJR3 — майор Дерпа, III/FJR3 — майор Хайльман);
в—третьих, 5–ю горнострелковую дивизию генерал—майора Рингеля в составе: 85–й горнострелковый полк (GebirgsjagerRegiment 85) полковника Кракау (командиры батальонов: I/GJR85 — майор д—р Трек, II/GJR85 — майор Эсх, III/GJR85 — майор Фетт); 100–й горнострелковый полк полковника Утца (I/GJR100 — майор Шранк, II/GJR100 — майор Фридман, III/GJR100 — майор Эхалль); 95–й горный артиллерийский полк (Gebirgs—Artillerie—Regiment) подполковника Виттмана (командиры дивизионов: I/GartR95 — майор фон Штернбах, II/GartR95 — майор Райтель). Кроме того, в состав дивизии входили 95–й горный мотоциклетный, пионерный, противотанковый и разведывательный батальоны под командованием соответственно майоров Нольте, Шатте, Биндермана и графа Кастель цу Кастель.
Помимо этих частей, силы XI авиационного корпуса включат легкий зенитный дивизион, а в составе 7–й авиационной дивизии имелись пионерный, артиллерийский, пулеметный и противотанковый батальоны.
Согласно планам захвата острова, все эти силы двумя волнами должны были обрушиться на четыре главных объекта, три из которых представляли собой аэродромы. Штурмовой полк Мейндля захватывал аэродром в Малемесе, а также, при поддержке 3–го парашютного полка Гейдриха — дороги, мосты и позиции ПВО в районе Кании, столицы острова. Этим завершалась первая фаза операции. В ходе второй волны десанта 2–й полк Штурма захватывал аэродром и город Ретимнон, в то время как 1–й полк Бройера выбрасывался в нескольких милях ближе к побережью и атаковал летное поле и город Ираклион. 5–я горнострелковая дивизия Рингеля перебрасывалась по воздуху для поддержки операции после захвата аэродромов.
Однако эти планы основывались на данных немецкой разведки, оказавшихся крайне неточными.
Начать с того, что абвер адмирала Канариса ошибочно заключил, будто более чем 50–тысячный контингент, эвакуированный из Греции, англичане переправили в Египет. Это было ошибкой — войска были оставлены на Крите. Во—вторых, британский гарнизон острова не только активно готовился к обороне, но и строил свои планы на том, что наиболее вероятный вариант нападения — воздушный десант. И наконец, в—третьих, абверу не было известно о том, что генерал—новозеландец Бернард Фрейберг, самый высокопоставленный британский военный чин союзных сил на Крите и очень активный военачальник, точно угадал основные места высадки немецких
десантников и хорошо их укрепил, подготовив даже «волчьи ямы» в зоне возможного приземления планеров и парашютистов.
И это еще не все. Немцы предполагали встретить на острове лишь деморализованные поражением на материковой части Греции британские и греческие войска — и это был серьезный просчет.
Из—за ошибки военной разведки, основная часть плана вторжения включала захват аэродромов в Малемесе и Ираклионе, высадку ограниченного контингента десантников в Ретимноне и операцию против штаба и основных сил генерала Фрейберга, которые предполагалось обнаружить в Кании.
105–мм безоткатное орудие LG–40 с расчетом егерей—парашютистов. Десантники одеты в серо—зеленые куртки. Обратите внимание, что обер—ефрейтор (справа) носит на рукаве куртки шевроны от служебной формы (546/668/7).
Парашютист ведет огонь из автоматической винтовки FG–42, установив ее на сошки. Поверх куртки для защиты от дождя он надел плащ—палатку: две таких плащ—палатки можно было состегнуть, превратив их в укрытие от дождя на несколько человек (738/289/16).
Малемес, окруженный террасами оливковых деревьев, расположен на северо—западной оконечности острова. Сегодня это известный туристический центр, но 20 мая 1941 г. и англичане, и немцы видели в нем лишь опаленную солнцем пыльную провинцию. Хотя посадочная полоса аэродрома имела в длину лишь 600 метров, захват ее был жизненно важен для хода всей операции. А прелюдией к штурму аэродрома должно было стать уничтожение хорошо замаскированной и вкопанной в землю британской батареи ПВО. После налета пикирующих бомбардировщиков, примерно в 7.00 авангард авиапосадочного штурмового полка (рота в составе 90 человек под командованием лейтенанта Генца) под сильным огнем обороняющихся успешно посадил свои планеры DFS–230. Несмотря на серьезные потери, десантники смогли захватить позиции зенитчиков южнее взлетногополя. Вслед за авангардом должны были высадиться остальные силы I/LLStR майора Коха. Согласно приказу командира батальона, солдаты должны были сконцентрироваться сразу же после высадки и начать атаку непосредственно на аэродром. 3–я рота батальона приземлилась в соответствии с планом, но 4–я и штабная роты сбились с курса и совершили посадку в самом центре британских позиций. В первые же минуты боя майор Кох был ранен, а вместе с ним — и половина его солдат. В такой ситуации провести запланированную атаку было невозможно. Тем не менее, 3–я рота, высадившаяся на западном краю аэродрома, смогла окопаться в пересохшем русле реки. На протяжении всего утра к парашютистам 3–й роты прибывали уцелевшие десантники, и совместными усилиями они смогли овладеть укреплениями противника к западу и югу от взлетного поля.
3–й батальон штурмового полка был выброшен с парашютами северо—восточнее аэродрома. Каки 1–й батальон, он был прижат к земле сильным ружейно—пулеметным и артиллерийским огнем с господствовавшей над местностью «высоты 107». Парашютисты были рассеяны при выброске и какое—то время после этого не могли собраться в группы. Штаб полка и 4–й батальон успешно приземлились поблизости от большого моста западнее аэродрома. При этом, однако, генерал—майор Мейндль был серьезно ранен, и командование полком принял майор Штенцлер, командир 2–го батальона (согласно плану, этот батальон оставался в резерве полка). К концу первого дня боев штурмовой полк, таким образом, достиг аэродрома, но не смог установить над ним контроль. При этом в любую минуту можно было ожидать контратаки противника; измотанных боем парашютистов ожидала бессонная ночь.
3–й парашютный полк полковника Гейдриха высадился западнее штурмового полка с задачей захватить Галаты, Канию и залив Суда.
Авангард полка составлял 3–й батальон майора Хайльмана; его парашютисты неудачно приземлились прямо в центр расположения удивленных, но тут же открывших огонь новозеландцев. Только одна рота (9–я) совершила высадку на запланированном участке, остальных отнесло дальше в горы. Часть парашютистов опустилась в водохранилище, из которого солдаты уже не смогли выбраться, а остальные — прямо в расположение новозеландского военного лагеря, где и были пленены. После целого дня боев и неудачной попытки захвата высоты над Галатами, сильно потрепанной 9–й роте пришлось отступить.
1–й батальон 3–го парашютного полка был выброшен возле крепости Агия, важного опорного пункта, позволявшего контролировать дорогу Аликианон—Кания. Парашютисты приземлились в назначенном районе, но тут же угодили под плотный пулеметный огонь: рядом находилась загородная вилла короля Греции Георга II, который, к несчастью для себя, бежал с материковой части страны именно в Аликианон! При поддержке 2–го батальона, 1–й батальон захватил крепость и развернул в ней штаб полка, но продвинуться на Канию парашютистам не удаюсь. К вечеру к двум батальонам полка присоединился и третий.
Интересная фотография группы парашютистов, сделанная в 1944 г. У егерей слева и в центре на груди видны специальные матерчатые противогазные сумки. Справа хорошо видны детали приклада FG–42. Двое егерей носят полевые кепи, которые пришли на смену пилоткам(582/2105/16).
В период высадки первой волны десанта почти все шло не так, как ожидалось. Ни одна из первоочередных целей не была полностью взята под контроль, несколько батальонов и рот потеряли своих командиров убитыми. Сам командующий дивизией генерал—лейтенант Зюссман лежал мертвый в разбившемся планере, а генерал—майор Мейндль был серьезно ранен. Немецкое командование в Греции об этом не знало, но у второй волны десанта возникли собственные сложности. Времени на перезаправку и возврат транспортных самолетов было отведено слишком мало; на страшной жаре самолеты приходилось заправлять вручную из канистр. К тому же посадка вернувшихся от Крита машин осложнялась клубами пыли над взлетным полем аэродрома. В результате самолеты второй волны вынуждены были взлетать малыми группами вместо того, чтобы обеспечить массовую переброску подкреплений.
