Он решил навестить Ави. Когда он произнес ее имя в трансмиттер и ждал, пока он выудит из электронных полей в Центре ее теперешнее место жительства, ему пришло в голову, что он за всю свою жизнь только дважды видел Станцию перерождения с внешней стороны. Место было огромным, невыразительная громада зданий возвышалась к небесам над почти пустой европейской крепостью — такой же впечатляющий вид, как у кратера Тихо или колец Сатурна. Но когда трансмиттер переносит вас из одной кабины в другую внутри зданий, у вас редко бывает возможность посмотреть на их внешний вид.
На мгновение он позабавился мыслью о том, как бы переместиться в близлежащий дом, чтобы посмотреть на Станцию. Но — увы, в ближайшее тысячелетие у него на это не было времени. Станция будет существовать всегда, так же как и он.
Включилось поле трансмиттера. Со скоростью света Хэрол пролетел вокруг планеты в апартаменты Ави.
* * *
Случай был достаточно официальный, чтобы Рамакан облачился в свои лучшие одежды, красный плащ поверх туники и множество ювелирных украшений, предписанных для торжественных случаев. Потом он сел перед своим трансмиттером и стал ждать.
Кабина стояла как раз внутри веранды с колоннами. Со своего места Рамакан мог видеть через открытые двери крутые склоны и пики Кавказа, теперь зеленые с возвращением лета и, за исключением тех, которые покрыты вечными снегами под ясным небом. Он жил здесь многие века, в отличие от других непоседливых землян. Но он любил это место. Он жил среди широких просторов, в которых царило спокойствие, оно никогда не менялось. Сегодня большинство людей стремится к разнообразию, в лихорадочной погоне за новым и непознанным, старые умы в молодых телах пытаются восстановить утерянную свежесть. Рамакан был — его называли, во всяком случае — нудным. Скорее — постоянным или не любящим перемен — что больше соответствовало истине. И это делало его идеально подходящим для его работы. То, что оставалось от правительственных функций на Земле, было возложено на него.
Фелджи опаздывал. Рамакана это не беспокоило, он и сам никогда никуда не торопился. Но когда представитель созвездия Псов наконец прибыл, способ его появления вызвал изумленное ругательство, сорвавшееся с уст землянина.
Он появился не через трансмиттер. Он приехал в лодке с корабля — в тонкой металлической акуле, плывущей по небу. Рамакан заметил плоские орудийные жерла и зловещие дула ружей, высовывающиеся из-за них. Анахронизм — Земля не видела войн вот уже несколько веков, больше чем на его памяти. Но…
Фелджи вышел из вакуумного тамбура. За ним следовала группа вооруженной охраны, которая поставила свои блистеры на пол и замерла в полной готовности. Капитан с созвездия Псов пошел в одиночестве по направлению к дому.
Рамакан встречался с ним и раньше, но теперь он наблюдал за ним более внимательно. Как и большинство представителей воздушного флота, Фелджи несколько превосходил размерами земные стандарты, а жестокое выражение его лица и суровая поза были почти шокирующими. Его суровые, облегающие тело одежды немного отличались от тех, которые носили его подчиненные, всего лишь знаками отличия. Черты лица его были отталкивающими, кожа — темная из-за защитной пигментации, необходимой под ужасным светом Прокиона, но в глазах его было нечто, чего Рамакан никогда не замечал раньше.
Жители созвездия Псов были достаточно похожи на людей. Но Рамакан подумал, не было ли доли правды в тех слухах, которые разнеслись по Земле со времени их прибытия, о том, что мутация и отбор в течение их долгой жизни на планете изменили колонистов во что-то такое, чем они не смогли бы стать при других условиях.
Конечно, их социальная организация и общественная психология казались отличными от тех, что были на Земле.
Фелджи подошел к короткому эскалатору на веранде и сдержанно поклонился. Психографы обучили его современному языку землян, но в его голосе все еще сохранилось эхо хрипловатого колониального выговора, и построение фраз у него было странным.
— Мои приветствия тебе, командир.
Рамакан отвесил ответный поклон, но для землянина это был слегка насильственный жест.
— Добро пожаловать, гене… генерал Фелджи. — И затем неофициально: — Пожалуйста, проходите.
— Благодарю. — Мужчина вошел в дом.
— А ваши товарищи?..
— Мои люди останутся снаружи. — Фелджи сел без приглашения, серьезное нарушение этикета, но, в конце концов, нравы его родины были другими.
— Как пожелаете.
Рамакан заказал напитки с помощью комнатного доставочного устройства.
— Нет, — сказал Фелджи.
— Прошу прощения?
— Мы на Прокионе не пьем. Я думал, что вам это известно.
— Извините меня. Я совершенно забыл об этом. — С сожалением Рамакан отправил вино и бокалы назад в банк вещей и сел сам.
Фелджи сидел как вылепленный из камня, пресекая все попытки сиденья принять форму, которая была бы ему удобна. Постепенно Рамакан понял, что за эмоции, которые тлели и потрескивали, как дрова в огне, скрывались за этим темным истомленным выражением лица — гнев.
— Я полагаю, что вы находите свое пребывание на Земле приятным, — сказал он в наступившей тишине.
— Давайте не будем произносить ничего не значащих слов, — резко бросил Фелджи. — Я здесь по делам.
— Как пожелаете. — Рамакан попытался расслабиться, но не смог: его нервы и мускулы были неожиданно напряжены.
— Насколько я могу догадываться, — сказал Фелджи, — Вы являетесь главой правительства Земли.
— Полагаю, что так говорить было бы неправильно. У меня звание координатора. Но сегодня координировать особенно нечего. Наша социальная система практически сама руководит собой.
— Пока она у вас есть. Но на самом деле вы совершенно дезорганизованы. Каждый индивидуум предоставлен самому себе.
— Естественно. Когда у каждого есть устройство доставки, с помощью которого можно удовлетворить все обычные потребности, возникают экономические связи и, следовательно, в большей степени социальная независимость. Конечно, у нас имеются общественные службы: Станция перерождения, Энергетическая Станция, Центральный Трансмиттер и несколько других. Но их немного.
— Я никак не могу понять, почему у вас нет взрыва преступной деятельности.
Последние слова, несомненно, были из жаргона жителей созвездия Псов, и Рамакан поднял брови в замешательстве.
— Антисоциального поведения, — объяснил Фелджи негодующе. — Воровство, убийства, разорения.
— Но какая же необходимость в воровстве? — спросил Рамакан в изумлении. — Ведь степень независимости, которая существует в настоящее время, совершенно уничтожила все социальные трения. Психозы были стерты из нейтральных компонентов записей при перерождении задолго до этого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
