Лечение бабушки требовало немалых затрат. Мне пришлось продать все золото и драгоценности, что были у мамы в шкатулке. Оставила себе один кулон и мамино любимое кольцо. Чтобы создать себе финансовую подушку безопасности, продала мамину одежду, сумки, аксессуары. Это заняло время, но теперь я была спокойна, что сухари нам с бабушкой грызть не придется. Я положила собранную сумму в банк на депозитный счет под хороший процент с возможностью снять любую сумму в любое время. Снова действовала по совету Сергея. Страшно представить, что бы я без него делала. Сердечно потом благодарила Евгению Федоровну, что не осталась в стороне. Без ее поддержки и помощи было бы сложно.
Сегодня я учусь на отлично. Преподаватели ставят меня в пример другим студентам. Я горжусь собой. Я упорно иду к цели занять место хирурга в одной из столичных клиник.
Сейчас я получаю повышенную стипендию, у бабушки пенсия. Денег порой не хватает. Коммунальные услуги, продукты питания, лекарства, а еще нужно одеваться, обуваться. Я экономлю на себе максимально. В чем не ограничиваюсь — качественная обувь и верхняя одежда. Я много хожу, болеть мне нельзя, поэтому я купила себе дорогие кожаные сапоги на осень и теплое пальто. Ради этих покупок я взяла подработку у других студентов — писала конспекты, рефераты, лабораторные, курсовые. Мне не стыдно. Если мне нужны будут деньги, я пойду работать официантом или уборщицей. Мне все равно. Но если можно заработать своим умом, то почему бы и нет?
Отвлекаюсь от прошлого, когда вижу свою остановку. Выхожу из троллейбуса, подхожу к пешеходному переходу. Движение напряженное, водители не хотят пропускать людей. Я стою, не двигаюсь. Не охота попасть под колеса.
— Эй, Барская, чего стоишь? — слышу крик Вовы. Поднимаю голову. Он стоит на парковке у университета рядом со своей машиной.
— Не хочу, чтобы ты меня потом собирал по всей дороге, — громко отвечаю я, перекрикивая рев двигателей.
— Ну да, я в этом не спец.
— И это мне говорит будущий травматолог, — качаю головой и улыбаюсь.
— Я еще не решил. Может, выйти к тебе на встречу? — предлагает он.
— Да стой уже, — смеюсь я. — Может, кто-то сжалится…
От сигнала автомобиля подпрыгиваю на месте. Поворачиваю голову. Перед пешеходным переходом остановился огромный внедорожник. За рулем сидит парень в белой футболке и черной кожаной куртке. Его глаза закрывают солнцезащитные очки. Он отрывает руку от руля и делает мах в сторону, чтобы я проходила. Я благодарно улыбаюсь ему, выхожу на дорогу, останавливаюсь перед джипом, поворачиваюсь к парню. Через очки не видно, но, кажется, он смотрит на меня. Снова улыбаюсь ему, делаю что-то типа реверанса. Вова ржет на всю улицу. Парень за рулем растягивает губы в улыбке. Как мало нужно, чтобы кому-то повысить настроение. Быстро перехожу дорогу.
— Ну ты, чудачка! — говорит Вова, улыбаясь. — Привет, малая.
— Привет! — отвечаю я. Друг протягивает мне стаканчик с кофе. — Оу, благодарю.
— Я тебя жду, вообще-то.
— Что тебе уже надо? — прямо спрашиваю я.
— Как ты догадалась?
— Кофе, мой любимый. Еще и встречаешь. Подозрительно все.
— Лаадно. У меня к тебе будет одно интересное предложение, только обещай подумать, а не сразу отказываться.
— Говори.
— Есть вариант очень прибыльной подработки, — обожаю Вову за то, что долго не мусолит, а сразу переходит к делу.
— В чем подвох? Не верю в легкие деньги.
— Мой знакомый держит клуб. В определенные дни там будут проходить подпольные бои. Им нужен свой медик.
— Вооова, — тяну я. Не ожидала именного такого предложения. — Ну ладно швы наложить, а если травмы серьезные? Перелом, допустим. Ты сам знаешь какие сложности могут быть.
— Именно это и требуется! — перебивает меня парень. — Наложить швы, обработать ушибы, сделать перевязку. На более сложные случаи есть отдельная клиника.
— Почему в этой клинике не наложить швы? — тут же интересуюсь я.
— Сколько вопросов… — выдыхает Вова. — Но чему я удивляюсь? Это же Барская!
— Эй, я тут, вообще-то! — смеюсь я.
— Лиза. Везти бойца в клинику ради пары швов — лишние траты, которые никому не нужны. А так, у тебя будет отдельный кабинет со всем необходимым. Ты на месте обрабатываешь раны, накладываешь швы при необходимости, отпускаешь человека домой.
— Почему сам не займешься?
— Я буду участвовать в боях!
— Ты — дурак, что ли? Тебе руки беречь нужно.
— Лиза, я буду заведующим клиники. Мне руки понадобятся бумажки подписывать и бабки считать!
— Фу, таким быть! — говорю я, но улыбаюсь. Еще одна хорошая черта Вовы — честность. Я учусь по призванию, он — ради будущей должности, где без диплома никак. За него работу будут выполнять профессионалы. — Сколько будут платить?
— 20 тысяч за смену.
— Ого! Неплохо! Я согласна! — выпаливаю, пока мозг не включился и не начал подкидывать мне причины для отказа. Где я еще заработаю столько денег за один день? Тем более буду заниматься любимым делом, напрактикуюсь на бойцах! И жаловаться точно никто не будет.
— Нужно подписать документ о неразглашении. Сама понимаешь, что люди непростые это организовали, — говорит Вова тихо, вмиг становясь серьезным.
— Не проблема.
Мы заходим в университет. Я останавливаю Вову за руку. Он вопросительно смотрит на меня.
— Почему я, Горин?
— Тебе нужны деньги, но ты никогда не попросишь. Предложу сам — не возьмешь. Ты — хорошая девчонка, Лиза. Захотелось тебе помочь. Ты — лучшая среди нас. Так почему бы не заработать на этом?
— Подпольные бои, — тихо шепчу я. — Эх, главное, чтобы бабушка не узнала.
— Никто не узнает, если сама не расскажешь. Я — могила, ты знаешь.
Я только киваю. Мы идем на первую лекцию. Я пытаюсь переварить в голове, что согласилась на предложение Вовы без особых раздумий. Это же незаконно! Подпольные бои — незаконно. Моя работа там — незаконно. Если кто-то узнает, у меня возникнут проблемы. Но и отказаться от хорошего заработка я не могу. Бабушке нужно скоро ложиться в больницу, чтобы повторно пройти курс лечения. Я не могу допустить, чтобы ее приступ повторился. Я сломаюсь. если потеряю единственного близкого человека.
Глава 2. Лиза
На лекциях я моментально забываю о недавнем разговоре с Вовой. Полностью окунаюсь в новый материал. Записываю слова лектора практически дословно. Многие одногруппники смеются надо мной из-за этой привычки, а сами потом просят конспекты, потому что по ним легко готовиться к экзаменам.
Время пролетает незаметно. Староста просит всех собраться у главного входа в университет, где нас будет ждать Степан Аркадьевич. Бывший судебно-медицинский эксперт, а ныне — мой любимый преподаватель, нанял для нашей группы микроавтобус, чтобы мы с комфортом добрались до его прошлого места работы. Было бы неплохо, если бы нас этим же транспортом развезли домой, да только мечтать не вредно. Рядом со мной садится Вова. Я удивленно смотрю на друга. Думала, он поедет на своей машине.
— Тачку отогнали на СТО, — признается он. — Кто-то поцарапал бампер.
— Может, одна из обманутых тобой девушек? — делаю я предположение. Вова кривится.
— А машина при чем?
— Месть — она такая, — улыбаюсь я.
— Я, кстати, уже сказал своему другу, что ты согласна. Он предлагает сегодня подъехать в клуб. Уже в эту субботу первые бои. Матвей хочет убедиться, что в твоем будущем кабинете есть все необходимое.
— Весьма предусмотрительно. Думаю, это хорошая идея.
— Бабушка тебя не потеряет? — осторожно спрашивает Вова.
— Нет. Я предупредила, что могу задержаться. А вообще, у нее там намечался поход в новую кофейню с подругой.
— С подругой? Лизка, а у твоей бабушки, случайно, кавалер не завелся? Что-то она подозрительно часто стала ходить по кофейням да булочным.
Я смеюсь на весь микроавтобус.
— Какой кавалер, Горин? — выдавливаю я. — Ей 70 лет!
— Да какие там годы? Ты присмотрись! Подозрительно это все.
