Девушка под ним облизнула губы, глядя на меня, и рассмеялась. Убирая пряди густых волос с потных щек, она не выказывала никаких угрызений совести из-за сложившейся ситуации. Вместо этого, она прижалась задницей к Майклу, как будто просила большего.
— Нет, — выдавила я из себя. — Нет, спасибо.
А затем я, как последняя трусиха, развернулась и покинула комнату. Я бежала по ступенькам быстрее, чем позволяли каблуки моих туфель, и на последних трех ступеньках споткнулась и упала. Нога подвернулась, и слезы, наконец-то, брызнули из глаз. Я не знаю, что было больнее, безразличное предательство Майкла или боль в щиколотке. Это не имело уже никакого значения. Я медленно встала и, прихрамывая как раненое животное, вышла из дома.
Девять лет.
Именно столько времени своей жизни я отдала Майклу. Мои лучшие годы были проведены в попытках стать той, кем он хотел, чтобы я была. И, тем не менее, я была недостаточна хороша. Честно, я уже и не знаю теперь кто я такая. Я так много времени притворялась той женщиной, которую он хотел видеть, что девушка, которой я когда-то была, исчезла. Пытаясь сделать Майкла счастливым, я вела войну, и вот ее последствия.
Я была так молода, когда встретила его, так наивна и уверена, что Майкл будет любить меня всегда. В день нашей свадьбы он обещал моему отцу, что будет заботиться обо мне и сделает меня счастливой на всю оставшуюся жизнь. Обещание, которое он никогда не собирался выполнять.
А теперь моего отца больше нет, и я совершенно одна на всем белом свете. У меня остался только Майкл, и я почти потеряла его. Неважно, что должна сделать, но я заставлю его захотеть меня снова. Любой ценой.
2
Саманта
Две недели я тщательно изучала эту тему, и теперь сижу в приемной лучшего в Майами пластического хирурга, рассматривая фото «до» и «после». Доктору удаются воистину волшебные превращения, надеюсь, и я смогу измениться в лучшую сторону.
Приемная пуста. В комнате слышно только журчание искусственного водоема с морскими рыбками. Мой взгляд задержался на тропическом коралловом рифе и экзотической рыбке, которая лениво перемещалась в воде. Вот бы быть рыбкой и беспечно скользить по жизни.
Дверь открылась, отвлекая мое внимание от аквариума. Вошла стройная брюнетка и встала за стойку. Она стояла спиной ко мне — на ней была надета стильная блузка и облегающие брюки, подчеркивающие ее шикарную фигуру.
Именно из-за таких вот девушек я и пришла сюда. Она была идеальна, и я хотела стать такой же совершенной. Я мечтала о стройных бедрах, изящных ножках, о плоском животе и упругой груди. Пробежав пальцами по лицу, я подумала о том, что мой нос мог бы быть значительно меньше, и насколько ярче будут мои глаза после подтяжки лица. Я хотела всего этого.
— Миссис Олдридж, доктор сейчас примет вас, — сказала медсестра, прерывая мои фантазии.
Я взяла свой дорогой клатч, встала и на трясущихся ногах последовала за медсестрой вглубь помещения. Она была моего возраста. Рыжеватый конский хвост подпрыгивал в такт ее шагам, и время от времени можно было увидеть крошечные бриллиантовые сережки у нее в ушах. Под ее симпатичной просторной формой медсестры бирюзового цвета с легкостью угадывались очертания невысокой хрупкой фигурки.
Она открыла дверь и придержала ее, пропуская меня вперед. Смотровая была похожа на любую другую комнату в клинике. Стены нежно-зеленого цвета и запахи стерильной атмосферы, щекочущие нос. На стенах развешаны плакаты с изображениями женских и мужских тел. На цветных картинках красным изображены мышцы, а белым — кости. Пошаговые примеры того, как легко могут быть сделаны изменения, вызвали толпу мурашек на моей коже.
Когда мы зашли в смотровую, медсестра вручила мне белый бумажный халат.
— Разденьтесь до трусиков.
Когда я забирала халат, мои дрожащие пальцы скользнули по ее. Она с сочувствием посмотрела на меня своим лучшим «не волнуйтесь» взглядом и успокаивающе похлопала по руке.
— Не волнуйтесь, дорогая. Доктор Блейк лучший. Он творит чудеса для своих пациентов. Что бы это ни было, я уверена, он обязательно исправит это, — она ободряюще улыбнулась, повернулась и вышла из комнаты, оставив меня одну.
Я так сильно нервничала и чувствовала себя такой виноватой, что меня могло сейчас вывернуть наизнанку. Я сказала не совсем правду о причинах встречи с пластическим хирургом, поскольку изучала информацию о нем последние две недели и знала его правила.
Только реконструктивная пластика.
Я вздрогнула, когда подумала об ужасных историях и образах, которые мне никогда не удастся выбросить из головы. Одна за другой картины ужасных результатов пластических операций промелькнули перед глазами. Я отказываюсь позволить какому-то новоиспеченному докторишке, только окончившему колледж, использовать меня, как свой первый опыт создания Франкенштейна.
Не могу похвастаться кучей друзей, близких или просто знакомых, но я знакома с несколькими женщинами в загородном клубе, который мы с Майклом посещаем. Они с гордостью рассказывали о своих пластических операциях, будто просто нацепили на себя пару вещиц от Маноло Бланика (Примеч. Маноло Бланик — испанский дизайнер обуви и основатель одноименной компании). Я видела этих женщин до операции и после нее, и прекрасно понимала, что выглядели они гораздо лучше после.
Для такой стеснительной девушки, как я, понадобилось собрать все свое мужество, чтобы начать разговор с Молли Дуглас, и выразить свой восторг по поводу красивого розового блеска для губ и того, как сказочно он смотрится на ее губах. Большего одобрения и не потребовалось, она подробно рассказала мне о пластическом хирурге, который сделал «небольшую» поправочку ее губам.
Доктор Маркус Стейн — пластический хирург, к которому обращается почти каждая домохозяйка Майами, когда ей необходимо сделать небольшую подтяжку. Я внимательно слушала ее объяснения о полученном опыте в этой области и когда к разговору присоединилась другая женщина, а затем еще одна, я поняла, как же мне не хватало общения с другими людьми.
Через полчаса к нам присоединились еще две женщины, и я посчитала счастливой случайностью и возблагодарила судьбу, когда одна из них представилась как единственная и неповторимая миссис Стейн. Другие женщины нахваливали работу ее мужа и хихикали, как школьницы, когда спрашивали, каково это — ощущать на себе такие руки каждую ночь.
Разговор продолжался и когда все выпили немалое количество «Мимозы» (Примеч. «Мимо́за» — алкогольный коктейль, представляющий собой смесь шампанского и свежего апельсинового сока), разговор коснулся доктора Романа Блейка, партнера доктора Стейна. Не уверена, повлиял ли алкоголь на то, что рассказала миссис Стейн, но она очень охотно отметила, что, хотя ее муж и мастер своего дела, тот самый доктор Блейк еще лучше.
