Читаем без скачивания Соломина для утопающего (СИ) - Виктория Лихт

немного времени. Поесть, поспать нормально. Я же вот помню, что меня зовут Олег. А дальше какая-то пустота. Аж страшно.

Для полуголого, забывчивого психа он был поразительно логичен и рассудителен. Вдобавок парень виновато улыбнулся, обнажив белые ровные зубы, посмотрел светлым просящим взглядом. Хотелось сделать для него все, что угодно, лишь бы позволял любоваться собой и дальше. Глаза насмешливые, на потерянного щеночка совсем не похож. Где-то внизу живота зашевелилось что-то совершенно непозволительное, голодное. Свежий, молодой, сильный. Таким не отказывают, даже если они в одних холщевых штанах. Вернее, особенно, если они в одних штанах. Надо быстрее избавляться, этот в такую трясину может затянуть! Все-таки псих.

— Хорошо, поехали, — сказала она твердо, между тем отправляясь не домой, а в сторону сельской администрации Зелёновки.

Добраться до начальства, там пусть делают с ним, что хотят. В её положении непозволительны даже малейшие отклонения от плана. Надо выживать.

— А куда же ты собирался ехать в город, если ничего не помнишь? — спросила она, не замечая, что перешла с ним на новую ступень. Раньше ей трудно давался переход «на ты» с незнакомцами, сейчас это произошло само собой.

— Думал, на месте сориентируюсь или наступит просветление.

Они въехали в Зелёновку, милейшую деревеньку с разномастными строениями: домишками, совсем плохенькими, и крепкими кирпичными коттеджами, собаками, лениво лежащими у подворотен, стайками бегающих цыплят, вётлами, раскинувшимися вдоль дороги. Местных на улице не было, в такое время сельские жители без дела не шатаются, тут так не принято. За пять дней пребывания в сельской идиллии Алина успела узнать некоторые привычки зелёновцев.

Не доезжая до сельсовета, она резко затормозила. Там около кирпичного одноэтажного здания администрации стоял черный тонированный джип, поблескивая в солнечных лучах. Вряд ли этот «крокодил» принадлежал председателю колхоза, или, как там его, сельскому главе. Она опустила глаза и постаралась взять себя в руки, сердце стучало где-то в желудке. «Так, может и не заметили. Быстро домой, самое дорогое в охапку и бежать. Еще ничего не потеряно».

Алина резко развернулась и поехала назад. Её светлоокий пассажир осторожно спросил:

— Заблудилась?

— Нет, вспомнила, что там на пути огромная яма, поедем по другой дороге.

«Ты еще на мою голову, придется везти домой, там как-нибудь отобьюсь. Главное, быстро испариться».

Глава 2

Они подъехали к крошечной деревянной холупке на краю села. Дверь настежь, но проём прикрыт марлевой шторкой, защищающей от мух, к концам шторки привязаны два небольших камня, чтобы не раздувало. Открыла невысокую калитку и понеслась к входу, забыв о своем пассажире.

Навстречу, услышав подъехавшую машину, вышла рыженькая Светка, соседская девочка, помогающая по хозяйству. Олег без приглашения пошел вслед за Алиной, остановился за её спиной на дорожке из серых каменных плиток.

— Тетя Аля, у нас тут что произошло! По всему селу рыщут здоровенные мужики, парня какого-то им подавай! — выпалила девочка, вытаращив глаза на молодого человека.

У Алины тут же отлегло. Это не по её душу. Отсрочка от казни. Если не за ней, так значит?..

— И что ты натворил, забывчивый наш? — повернулась она к высокому парню, которого нагота, казалось, совсем не смущала.

Впрочем, с таким телом это было вполне естественно. Очень-очень хотелось его трогать. Просто, блин, трогать.

— Не помню, — чуть улыбнулся он, ни страха, даже ни тени беспокойства.

Может, правда, ничего не помнит?

— Свет, у тебя там от Санька никакой одежды не найдется? Хоть что-нибудь, а то у меня гость какой-то слишком от кутюр. И, пожалуйста, не говори о нем никому, — быстро сориентировалась Алина.

Света активно закивала и побежала искать одежду брата, который жил и работал в городе.

Олег присел на деревянную ступеньку крыльца:

— Ты все-таки решила меня усыновить? Спасибо.

— Не знаю, во что ты там ввязался, но попробуем как-то из этого выбраться.

«Сама такая», — не сказала она вслух.

— Мне кажется, ты неплохой человек, — добавила Алина.

«Плохой человек просто не может быть таким светлым и красивым, — подумала, стараясь не рассматривать его в упор, а очень хотелось. — Нет, бывают сногсшибательные и притягательные злыдни, но они красивы совсем по-другому. Этот хороший».

— Я очень хороший, — он словно пробрался в её мысли, подарил взгляд, в котором, кроме лучиков улыбки, было еще что-то еле уловимое, гипнотизирующее.

Из дома послышалось шлёпанье босых ног.

— Мааааам, ты вернулась?

Ванечка, белобрысое пятилетнее чудо, любовь всей жизни, выглянул из марлевой занавески:

— Ты ягод привезла?

— Да, конечно, малыш. Чуть позже, вот с дядей разберемся.

Мужчина улыбнулся, протянул руку:

— Привет, боец. Я — дядя Олег. Как тебя звать?

Мальчишка хлопнул ручонкой по большой ладони, словно всю жизнь так здоровался.

— Иван. Ты рубашку потерял?

— Ну да, твоя мама подобрала на улице, мне идти некуда.

Алина от возмущения даже не знала, что возразить.

— Жить на улице нельзя. У тебя должен быть свой дом, — выдал Ванечка.

— Да, Иван, должен быть. И, наверное, есть. Но я временно потерялся. Разрешишь пожить у вас?

Мальчишка закивал. Надо же, как с ребенком заигрывает!

Алина сжала губы, хотела возразить, но не успела, услышала шум двигателя подъезжающей машины. Испуганно глянула на Олега, он чуть покачал головой из стороны в сторону, взглянул одновременно умоляюще и насмешливо, и скрылся за марлевой занавеской.

Черный джип плавно притормозил у калитки. Из него вышел высокий плотный мужчина лет сорока.

— Хозяева дома? — крикнул он через забор, хотя прекрасно видел у крыльца Алину и Ванечку. — Можно зайти?

И открыл калитку, не дожидаясь ответа, и пошел к дому. На серой дорожке из простой плитки, среди подвязанных кустов помидоров этот человек в светлой рубашке-поло, выгодно обхватывающей рельефную мускулатуру, и светло-бежевых, идеально выглаженных брюках смотрелся, как космический корабль в огороде. Он пристальным взглядом вцепился в Алину, затем посмотрел на Ваню, по лицу пробежала тень разочарования.

— Красавица, не видела парня неместного? Высокий такой, смазливый, в глаза сразу бросается? Заплачу за любую информацию.

Он помахал зеленой тысячной купюрой.

— А если точно укажете, где он, то тогда вот.

Он достал красную пятитысячную.

Только что пришедшая Света с ворохом одежды в руках зачарованно посмотрела на деньги.

— Что, малая, кого-нибудь видела?

— У нас таких мужчин, как вы, отродясь не было, — вступилась за девочку Алина. — Вот она и зависла.

Качок посверлил Свету взглядом. Та бледнела, краснела, прижимая одежду к груди, но молчала. Мужчина посмотрела на Ванечку:

— А ты, пацан, тут чужих не видел?

Алинин мальчик никогда не страдал застенчивостью. Он насупил бровки и серьезно заявил:

— Видел.

Алина обомлела. В горле образовался ком, который никак не глотался.

— И