Читаем без скачивания Соломина для утопающего (СИ) - Виктория Лихт

На первое Алина налила уху в небольшие, но глубокие, как пиалы, тарелки. «Это папа пескарей наловил», — похвалилась Света. Ванечка сидел на стуле, на который, чтобы он доставал до стола, положили обтянутую бордовым бархатом диванную подушку. Он уплетал картошку и запивал молоком из небольшой металлической кружки. В знак сосредоточенности над процессом, мальчишка болтал левой ногой. Тут же сидела Света, старалась есть аккуратно, круглыми, как блюдца, глазами поглядывая на красивого дяденьку в одежде её родного брата.

С приходом Олега здесь стало совсем тесно, словно он забрал все оставшееся пространство. Алина оценивающе глянула на парня, даже в такой одежде он был очень хорош. Маловатая белая футболка с надписью «GUESS» на груди выгодно обтянула торс, синие треники с широкими лампасами тоже пришлись почти впору, опять же из-за размера обтягивая бедра и накаченные ягодицы, а вот обшарпанные, но еще целые кроссовки пришлось нашмыгнуть, смяв пятки. Они явно были малы.

— Я принесу шлепки, у нас есть, и они большие, — вскочила было Света.

— Ешь, ешь, успеется, — притормозила ее Алина. — Дядя пока тоже поест.

Олег сел на предложенный стул и оказался зажат между столом и холодильником. Алина поставила перед ним тарелку с рыбным супом, в котором плавали яркие кусочки моркови, разваристое пшено, дала хлеб. Ей самой уже было некуда присесть, она встала в дверном проеме, ведущем в комнату. Алина спокойным жестом остановила Олега, вдруг увидевшего свою оплошность и порывающегося встать.

— Ваня уже почти доел, я сейчас сяду на его место.

Когда дети взяли большую миску с клубникой и убежали во двор, Алина присела рядом. Олег уже расправился с картошкой. Удивительно, ничего вкуснее он никогда не ел. Просто картошка, деревенское молоко… Теперь пил чай с мятой и закусывал простыми несладкими сушками.

— Завтра баба Настя обещала принести курицу, так что у нас будут и щи, и мясо на второе, — вроде как извиняясь, сказала Алина.

— Значит, завтра я тоже могу здесь остаться, — услышал Олег главное и поспешно добавил: — Чтобы попробовать курицу.

Алина слегка покраснела, прикрыла ресницами беззащитные карие глаза. Олег облокотился на стол, чуть приблизившись к ней:

— У вас все прекрасно. Не помню, как я жил раньше, но так мне жить очень нравится.

— Прямо так уж не помнишь, — подняла на него взгляд Алина, чуть отшатнувшись и пытаясь сохранить дистанцию.

Наконец она поняла, почему его глаза были такими нереальными — светло-серая радужка по краям переходила в темно-стальной свет. Эти темные ободки делали взгляд прозрачным и… кошачьим. Прибавить сюда темные ресницы, прямые темные брови, светлые густые волосы, гордую осанку. Порода светилась во всем. Аполлон просто горько рыдал в сторонке.

«Можно ли любоваться мужчиной? Странно это, ведь он должен быть чуть симпатичней обезьяны».

— Да, помню, — прекратил дурачиться Олег, — но не хочу туда возвращаться. Там со мной обошлись очень некрасиво. Дай мне выдержать паузу, пожалуйста. Кстати, как я очутился в поле, действительно не имею ни малейшего представления. Но знаю, у кого спросить. А как ты в поле оказалась?

— Ездила в фермерское хозяйство за клубникой. Там собираешь на хозяина пять картонных коробочек, шестую дают бесплатно.

— И сколько набрала?

— Двадцать четыре, из них четыре моих. Одну нам, одну Свете, одну бабе Насте. А еще одну, может, кому продам.

— Денег нет? — уже без улыбки спросил Олег.

Алина положила нежные, покрасневшие от солнца руки на стол, опустила глаза.

— Нет.

Олег почувствовал пронзительную грусть. И не из-за безденежья красивой девушки. Что-то большее, печальное и безысходное, давило её. Видимо из-за этого она и согласилась на такую глупую авантюру? Внутри шевельнулось что-то… сочувствие, сожаление? Захотелось ее обнять и обещать, что все будет хорошо. Что ж, Фрол, может быть ты и не такой плохой учитель.

Глава 4

Олег и Фрол Карташовы были не разлей вода. Иногда в детстве братья остервенело ругались, а разборки доходили до драк, но каждый знал, что роднее и важнее человека, чем брат, у него нет.

Их отец занимал руководящую должность в крупном вузе города, да еще и серьезно занимался наукой. Симпатичные аспирантки тоже не проходили мимо внимания Александра Карташова. Мама работала в этом же вузе заведующей канцелярией. Свободное от работы время она тратила на свою внешность. Справедливости ради нужно сказать, что данные упражнения не проходили даром, и в пятьдесят пять ей можно было дать сорок с небольшим. Худенькая, подтянутая, улыбчивая.

Мальчишки-погодки ни в чем не нуждались. Довольно неплохо учились в гимназии с языковым и математическим уклоном, гоняли в футбол, ходили на плаванье, благо, спорткомплекс находился в нескольких минутах от дома. Профессиональными спортсменами они не стали, но развитый плечевой пояс, широкая грудная клетка, узкие бедра стали бонусом за многочасовые тренировки в бассейне. А главное, что привил спорт: упорство в достижении цели.

Фрол первым выбрал юридическую стезю. За старшим братом подтянулся и Алик (так звали Олега родные). Затем они организовали успешную фирму «ПроТОК», которая представляла интересы крупных компаний. Набрали штат суперпрофессионалов. Через некоторое время братья могли себе позволить брать только самые сложные и интересные дела.

С девушками парни не заморачивались. Встречались, приятно проводили время, когда отношения становились обязывающими, дама сердца начинала намекать, что пора выходить на новый уровень — без сожаления расставались. Работа всегда была на первом месте, остальное — только если легко и в собственное удовольствие.

Так было всегда. Пока в жизни Олега не появилась черноволосая, синеглазая бестия по имени Алиса. Он встретил ее не на жарком пляже Адриатики, не в ночном клубе, обнимающую ногой пилон, а в сквере по дороге на работу. Иногда Олег любил дойти до офиса пешком, радуясь утренней прохладе. Тем более офис был не так далеко от его холостяцкой квартиры, которую он намеренно купил в этом районе.

Олег шел по осенней аллее, вдыхая сырой свежий воздух, вдруг увидел девушку. Мимо нее просто нельзя было пройти: жгучая брюнетка с пышной короткой стрижкой, в бордовом плащике длиной по колено, перехваченном широким поясом, изящных сапожках на тонюсеньких каблучках, стояла и плакала. В руках она держала дорогую зеленую сумку размера А4, с которой стекала грязная вода.

Конечно, он остановился и предложил свою помощь. Девушка с надеждой глянула на него сквозь слезы. Глаза у нее были синие, манящие, развратные.

— Уронила в лужу. А там документы. Даже открыть боюсь, — пожаловалась она.

— У меня здесь офис совсем рядом. Вымоем, высушим, отсканируем, перепечатаем. Предоставлю вам целый штат секретарей. Все будет как