историю отеля «Герцогиня», но спохватилась, что ноутбука в сумке нет. Я его убрала в передний карман чемодана, рассчитывая запихнуть вещи на багажную полку. Отлично. Теперь ноутбук попал в багажное отделение, то есть шансы, что он долетит до Нью-Йорка в целости и сохранности, сводятся к нулю. И вообще неизвестно, найду я его по прилете или нет… И чем прикажете заняться в полете? С утра совещание с юристами «Герцогини», а я абсолютно не готова! Черт, теперь еще не спать полночи, чтобы ознакомиться с материалами, когда я наконец окажусь в гостинице…
Прелестно.
Лучше не бывает, мать вашу.
Чем, как обычно, сходить с ума, я решила предаться долгожданному отдыху, раз ночной сон мне не светит. Закрыв глаза, я попыталась расслабиться, когда самолет пошел на взлет, но мысли о сидящем рядом мужчине не давали покоя.
Господи, как я его презираю!
Вся моя семья ненавидит Локвудов.
С самого детства, сколько я себя помню, мы были как Хэтфилды и Маккои[1] – кровная вражда между нами тянулась со времен наших дедов, притом что вращались мы в основном в одних социальных кругах. Вестон и я ходили в одну частную школу, часто видели друг друга на благотворительных вечерах и всяких тусовках и даже имели общих друзей. Особняки наших родителей в Верхнем Вест-Сайде располагались почти по соседству, но мы, в поддержание традиции, держались друг от друга подальше.
Кроме одного раза.
Одной огромной, ужасной ошибки в виде, гм, ночи.
Потом я сделала вид, что ничего не было.
И мне почти удалось убедить себя в этом.
Вот только изредка, когда свистел какой-нибудь озверевший рак на горе, та ночь всплывала в памяти. Это бывало нечасто, но уж когда всплывала…
Впрочем, ладно. Я медленно задышала, очищая мысли и прогоняя воспоминания.
Сейчас об этом следовало думать меньше всего.
Но как, черт побери, он вообще оказался в этом самолете?
Насколько я знала, Вестон жил в Вегасе и управлял сетью локвудовских отелей на юго-западе страны (только не подумайте, что я наводила о нем справки!), поэтому вероятность терпеть его присутствие до самого Нью-Йорка стремилась к нулю. Я не была на Восточном побережье уже шесть лет, однако нате вам – сидим рядышком и летим одним рейсом…
Черт побери!
Мои глаза широко распахнулись.
Только не это. Хоть бы я ошиблась!
Я повернулась к Вестону:
– Стоп, а зачем это ты намылился в Нью-Йорк?
– Угадай, – ухмыльнулся он.
Боясь поверить своей догадке, я ухватилась за последнюю надежду:
– Семью проведать?
Он покачал головой, сохраняя высокомерную улыбочку.
– Город посмотреть?
– Не-а.
Закрыв глаза, я привалилась к спинке кресла.
– Твоя семейка назначила тебя временным управляющим в «Герцогиню».
Вестон дождался, пока я открою глаза, и нанес решающий удар:
– Сдается мне, наше тесное общение продлится дольше, чем эти несколько часов.
Глава 2
София
– Не сюда, Фифи.
Я вышла из лифта на четвертом этаже – и едва не наткнулась на ходячее совершенство.
– Локвуд, иди к черту!
Он вошел в лифт, откуда я только что вышла, и придержал двери.
– Ну, пробегись, если хочется. В четыреста двадцатой никого нет.
Я обернулась.
– Почему?
– Совещание перенесли в офис адвокатши «Герцогини», в Утюге[2].
Я фыркнула.
– Не морочь мне голову! Мне никто об этом не сказал. Почему совещание перенесли туда?
– Понятия не имею. Доберемся – узнаем. – Вестон отпустил кнопку и отступил в кабинку. – Я поехал. Начало в девять, а трафик сейчас просто адский.
Я оглянулась на комнату для совещаний. Оживления у двери решительно не наблюдалось. Вздохнув, я зашла обратно в лифт. Вестон стоял у дальней стенки, но едва дверцы закрылись, сделал шаг вперед.
– Ты чего?
– Ничего.
– Ну и отступи обратно, не стой так близко.
Вестон фыркнул и не двинулся с места. Меня бесило, что я невольно отметила, как хорошо он пахнет – дразнящим ароматом дуба, чистотой, кожей дорогого ремня. Чертовы дверцы не открывались целую вечность. Едва они разъехались, я стрелой вылетела из лифта и пустилась через вестибюль к выходу, не оглядываясь.
Через сорок минут, попытавшись доехать на такси, но не продвинувшись больше чем на полквартала за десять минут, поэтому добравшись на метро с двумя пересадками (в жуткой духоте и одуряющем аромате свежей мочи), я вбежала в лобби Утюга.
– Не подскажете, на каком этаже «Бартон и Филдс»? – спросила я на ресепшене.
– На пятом. – Клерк показал на длинную очередь: – Сегодня у нас работает только один лифт.
Я уже опаздывала и не могла ждать, поэтому только и спросила:
– Лестница где?
Преодолев на каблуках высотой четыре дюйма пять очень длинных пролетов, я подошла к двойным стеклянным дверям юридической фирмы, обслуживающей отель «Герцогиня». Секретарша кому-то помогала, передо мной ожидали очереди два человека, поэтому я успела проверить мобильный. Я очень надеялась, что начало совещания отложили, раз встречу перенесли, не уведомив меня. С другой стороны, как бы они мне сообщили? Да и Вестон, наверное, только что сюда добрался. Когда наконец подошла моя очередь, я сказала секретарше:
– Здравствуйте, я София Стерлинг, у меня совещание с Элизабет Бартон.
Секретарша покачала головой.
– Миз Бартон сейчас в другом районе города. На какое время у вас встреча?
– Наше совещание действительно было назначено в отеле «Герцогиня», но его перенесли сюда.
Брови секретарши сошлись на переносице.
– Я видела, как миз Бартон уходила, как раз когда я утром пришла на работу, но позвольте мне уточнить. Может, она вернулась, пока я уходила пить кофе… – Она нажала несколько кнопок на клавиатуре и послушала через гарнитуру, прежде чем сняла ее и сказала: – Не отвечает. Одну минуточку, я посмотрю в кабинете и в переговорной…
Через несколько минут секретарша вернулась из недр коридора вместе с женщиной в деловом костюме.
– Здравствуйте, я Серена, помощница миз Бартон. Ваша встреча сегодня в отеле «Герцогиня», комната четыреста двадцать.
– Нет-нет, я только что оттуда. Совещание перенесли сюда.
Серена покачала головой.
– Простите, но вам кто-то дал неверную информацию. Я только что звонила Элизабет на мобильный, совещание началось почти час назад.
Волна жара поднялась во мне от пальцев ног до корней волос. Черт, я убью этого сукина сына!
* * *
– Простите, задержалась, – объявила я, входя.
Женщина, сидевшая во главе длинного стола – должно быть, Элизабет Бартон, главный юрисконсульт отеля, – взглянула на наручные часы. Ее лицо было суровым.
– Может быть, кто-нибудь из тех, кто пришел вовремя, любезно введет вас в курс дела по всему, что вы пропустили. – Она встала. – Давайте прервемся на десять минут, а когда мы вновь вернемся к обсуждению, я
