Читаем без скачивания Любовница жениха - Нэпьер Сьюзен

Он задыхался от ярости. Она взглянула на его разбитую губу. «Завтра губа вздуется и будет синяк», — не без тайной радости мелькнуло у Джейн, хотя она за свои двадцать шесть лет и мухи не обидела.

— Вряд ли вы сможете что-то сделать, — смело сказала она, еще разгоряченная случившимся, и попыталась вырваться из его железной хватки. — Разве что захотите стать посмешищем, добившись моего ареста за нападение!

— А вы думаете, сейчас надо мной не смеются? — прорычал он, еще сильнее впиваясь в ее руки.

— Кто же в этом виноват? — она сморщилась от боли и посмотрела на него с презрением. — Возможно, вы достаточно богаты, чтобы купить преданность, но уважение все равно надо заслужить. Ваша затея с разорением «Шервуд пропертиз» была отвратительной. Могу поспорить, что многие из этих лизоблюдов, которых вы привлекли на свою сторону подкупом или запугиванием, втайне порадовались, увидев, как вы схлопотали по физиономии. Они просто побоятся в этом признаться!

— Так ты сделала это, думая, что тебе нечего больше терять? — прошипел он. — Подумай получше, дорогая.

Он рывком притиснул ее к себе, нагнул голову и заглушил ее крик грубым поцелуем. Одной рукой он схватил ее за волосы, выдергивая шпильки, а другой сильно стиснул ягодицы, заставив Джейн выгнуться, и сжал коленями ее бедро. Она заметалась, охнула и ощутила во рту солоноватый вкус крови, так и не поняв, чья это кровь.

Он не изображал страсть — это было упражнение в мужском превосходстве, и поцелуй совсем не был притворным. Джейн бросало то в жар, то в холод, и она подумала, что сейчас упадет в обморок, потому что белый свет, совсем как тот, что ослепил ее в ресторане, вдруг начал пульсировать и кружиться вокруг ее головы.

Райан Блэр неожиданно отпустил ее, и Джейн, покачнувшись, увидела ухмыляющегося фотографа, который, пятясь, отступал, но успел на ходу щелкнуть вспышкой еще несколько раз. Она содрогнулась, представив, что он запечатлел на пленке.

— Зачем вы это сделали? — задыхаясь от негодования, спросила она, поправляя растерзанную прическу.

Злорадная ухмылка Райана сказала ей, что он знал о приближении фотографа, когда хватал ее. Его взгляд упал на роскошные молочно-белые груди, гневно вздымавшиеся в вырезе платья.

— Ну, чтобы показать добрым гражданам этого города, что тот удар не имеет ничего общего с моими делами, а вызван исключительно нашими личными отношениями.

— У нас с вами нет никаких личных отношений! — выпалила она и, отчаявшись поправить прическу, выдрала остальные шпильки и тряхнула головой, так что волна черных, как вороново крыло, волос рассыпалась по ее спине. Она знала, что теперь совсем не похожа на ту спокойную, бесстрашную женщину, которая всего несколько минут назад стояла перед ним в ресторане.

— Скажите это им. — Он кивнул в сторону стеклянной стены ресторана, к которой изнутри прилипло множество любопытных. — Завтра к утру весь город будет знать, что мы с вами устроили безобразную сцену на публике. Колонки светской хроники будут гадать, давно ли мы состоим в тайной связи. Возможно, начнут даже рассуждать о том, не было ли наше деловое соперничество просто прикрытием романа. Кое-кто может даже предположить, что истинная причина разорения «Шервуд пропертиз» заключается в том, что ее директор-распорядитель влюбилась и потеряла всякое чувство меры — классический пример того, что случается, если женщина позволяет гормонам управлять ее мозгом…

Конечно, все эти мужланы-шовинисты, населяющие вершины делового мира, с превеликим удовольствием будут смаковать эту интрижку у себя в кабинетах и комнатах отдыха, со злостью подумала Джейн. Ей, из-за молодости и из-за того, что она всего-навсего женщина, пришлось долго и упорно работать, чтобы добиться успеха в своем деле — в операциях с недвижимостью. За последние пять лет она стала серьезным конкурентом для многих мужчин, которые были старше и опытнее ее. Для них и им подобных не будет ничего приятнее, чем зачеркнуть ее прошлые достижения, рассказывая о ней пикантные истории в умывальных.

— Скотина, — прошипела она, — почему вы так поступаете со мной?

Он засмеялся.

— Вы сами знаете почему. Потому что пришло время платить…

— Неужели вам мало того, что вы мне уже сделали? Из-за вас я потеряла все. Сколько еще вы собираетесь преследовать меня?

Он приблизил свое лицо к ее лицу и сказал с неприкрытой злобой в голосе:

— Ну, вы пока еще не все потеряли, моя милая, это будет позже… Вы расстроили мой брак, а теперь я собираюсь так же основательно расстроить вашу жизнь. Так что можете распрощаться со всеми вашими надеждами и мечтами, Джейн Шервуд, потому что ваше будущее будет совсем не таким, как вы его себе представляли!

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джейн сидела в своей машине, опустив голову на руль. Перед тем как ехать домой, она хотела прийти в себя. Она подумала, что переключать скорости ей будет теперь чертовски трудно: острая боль в левой руке утихла и тупо пульсировала. Завтра кисть наверняка тоже распухнет и посинеет, как челюсть Райана Блэра. Но дело того стоило, с горечью подумала она.

Она расстроила его брак?

Но ведь он никогда не был женат!

Остановить свадебную церемонию — это не то же самое, что развести мужа с женой. Когда Джейн вмешалась, чтобы не дать Райану Блэру и Эве Брэндон произнести супружескую клятву, она искренне верила, что такое вмешательство в последнюю минуту — единственный способ спасти невесту и жениха от роковой ошибки.

Столь деятельный человек, как Райан Блэр, лишь самому себе обязанный успехом в жизни, не был бы счастлив с такой пассивной и застенчивой женщиной, как Эва, подруга Джейн, а та, с ее мягкой, чувствительной душой и тонкой натурой, была бы просто раздавлена его жаждой господства. Если бы Эва была безумно влюблена в своего будущего мужа, Джейн всем сердцем поддержала бы этот брак, несмотря на серьезные сомнения в их совместимости. Но ей было известно, что Эва не только не была влюблена, а, напротив, боялась мужчину, за которого собиралась выйти замуж, уступив нажиму своих властных родителей.

По словам Эвы, Райан утверждал, что любит ее, когда ворвался в ее жизнь и сделал предложение. Но когда, вскоре после помолвки, было объявлено о создании финансовой компании «Брэндон и Блэр» и он стал так занят, что они, будучи женихом и невестой, почти не виделись, то сомнения и опасения Эвы усилились.

Но Эва, как это бывало всегда, вместо того чтобы посмотреть на проблему прямо, шла по пути наименьшего сопротивления до самого последнего момента, и ее запоздалые возражения были безжалостно отметены как предсвадебные капризы невесты.

Впервые Джейн узнала о глубине отчаяния подруги в день перед свадьбой, когда Эва в слезах ворвалась к ней в офис.

Формально Джейн возглавила «Шервуд пропертиз» после того, как из-за инфаркта ее отец ушел в отставку. Но вся реальная власть по-прежнему находилась в руках Марка Шервуда, а он оставался таким же, как всегда, — жестким, требовательным, критически настроенным, вечно был недоволен ее работой, то и дело отменял ее решения, не позволяя ей забыть, кто здесь главный. Когда Джейн было всего двадцать два года и отец умер, перед ней встала сложная задача: как можно скорее доказать всем — конкурентам, клиентам и персоналу, — что она способна справляться с делами не хуже отца.

И она стала работать по двенадцать часов в расположенном в центре города офисе «Шервуд пропертиз», добиваясь день за днем, чтобы дела шли лучше, и ее усилия принесли плоды: фирма стала процветать. Но успех — это своего рода наркотик. Чем больше был достигнутый успех, тем выше она поднимала планку.

Деловая жизнь поглотила Джейн без остатка. Она похолодела, когда подумала, что Эва не только ее лучшая подруга, она и вообще ее единственная настоящая подруга на целом свете — остальные могли считаться лишь просто знакомыми или коллегами. Чувствуя себя виноватой из-за того, что позволила их дружбе остаться где-то на втором плане, Джейн уверенно заявила рыдающей Эве, что, конечно же, поможет ей избежать близкой свадьбы, не вызвав при этом разрыва с семьей.