Оружие.
– Где… где я? – неуверенно спросил голос внутри меня.
Я вздохнул.
– Когда ты успел проснуться? Ты не должен быть здесь, – сказал я Эм-Джею, который все еще находился внутри меня и упорно отказывался умирать, прямо как его сестра. Что такого особенного в их семейке, что они противятся законам природы?
– Я сплю? – спросило дитя так растерянно и испуганно, что мне стало его искренне жаль.
– Да, спишь. Это просто плохой сон, Эм-Джей. Со мной ты в безопасности, не волнуйся. Я позабочусь о тебе, – мягко ответил я, утаскивая его обратно в глубины подсознания. Он слабее сестры, а еще моложе и податливее. Последнее, что я мог сделать, – это хотя бы защитить его от зрелища. – Спи, малыш.
Я вновь почувствовал, как разум мальчишки погружается в защищающую бессознательность.
Если с малышом что-нибудь случится, Лиф лично свернет мне шею. Так что, раз уж я сбежал в теле ее брата, то должен хотя бы позаботиться о нем. Вздохнув, я решил встать, как вдруг на мое плечо легла рука.
– Останься, – промурлыкала мне на ухо брюнетка, и я почувствовал, как ее упругая грудь прижалась к моей спине.
– Думаю, еще один раунд, и ты не сможешь ходить, – пошутил я, поворачиваясь к ней. У девушки неправильный подбородок. Слишком острый. Он должен быть круглее и с небольшой выемкой. Наверное, я слишком пьян, чтобы разглядеть в ней хоть какое-то сходство с Лиф.
– Я могу продолжать столько, сколько ты пожелаешь, – промурлыкала она мне на ухо, вновь впиваясь в мою кожу острыми ногтями и прижимаясь к моим губам. Ее проворный язык провел влажную дорожку по месту, где у меня пульсировал фантомный пульс.
– Я бы не был так уверен.
Еще несколько раундов, и она бы стала такой пустой, что ее легко могли бы принять за демона. Меня поражало, насколько у некоторых людей низкий инстинкт самосохранения, и они даже не понимают, что могут вот-вот потерять свою душу. Ох уж эти людишки на одну ночь… Прямо как Лиф, к телу которой я в первый день нашей встречи так прижимался.
Вновь эта ностальгия. Мое сердце сжалось в очередной раз, и вовсе не от того, что девчонка покусывала мой сосок. Я приподнял бровь и посмотрел на нее сверху вниз. Брюнетка озорно улыбнулась и потянулась за поцелуем. Пульс невольно участился от одной мысли о том, что ее язык окажется на моих губах.
Я вздохнул и позволил ее языку проскользнуть в мой рот, танцевать вокруг него, пока она зарывалась пальцами в мои темные волосы. Брюнетка забралась ко мне на колени, занимая прежнее положение. Я уже почти согласился на еще один раунд, как вдруг громкий стук в дверь отвлек меня от всех похотливых мыслей.
– Лор? Открой, мать твою, дверь! Здесь воняет, как в борделе! Я надеюсь, что ты сожжешь все до единой простыни. Если я увижу хоть одно пятно на любой поверхности, я нассу в твой сраный кофе!
Я оторвался от губ брюнетки, однако возглас за дверью не помешал ей взять в рот мой твердый член. Сухожилия вылезли на моей шее, и я схватил ее за волосы.
– Лор! – прогремел тот же голос, и раздался настолько сильный стук в дверь, что та затряслась на металлических петлях. – Я знаю, что ты тут.
– Отвали, Каин, я тут немного занят. – Но стук в дверь лишь усилился.
Девушка занервничала и неловко произнесла:
– Может, стоит…
– Да забей на него, я так уже три тысячи лет делаю, – ответил я с ухмылкой.
– Что? – мягко спросила она, но я уже приподнял ее за талию и вошел в нее. Она такая нежная и мягкая, еще и влажная, как тающее масло в масленке. Она вздрагивала и цеплялась за мои плечи, а я слизывал струйки энергии на ее коже.
Стук становился слишком мощным, Каин, похоже, пытался пробить дыру в двери из толстого красного дерева.
– Лор, ты достал! У меня есть информация, которую ты так хотел получить!
– Что? – спросил я, резко остановившись, и брюнетка на мне вздрогнула.
– У меня есть информация, – раздраженно повторил Каин.
– Ну так чего же ты молчал? Заходи, – я взмахнул рукой, и на двери лязгнул замок.
Каин – заместитель князя первого синдиката демонов. То есть мой заместитель. По крайней мере, был им до того, как мне пришлось давать деру от сестры и синдиката и потерять все, что создал собственноручно в течение тысячелетий. После моего бегства Каину хватило ума спрятаться куда подальше, поэтому его, в принципе, можно назвать моим лучшим другом (если бы такие понятия, конечно, вообще были у демонов).
Он шагнул в спальню, сразу переключив внимание на неподвижные тела на полу. Брюнетка на мне хватала ртом воздух и пыталась вырваться, но я схватил ее за талию.
– Куда собралась? – прошептал я.
– Я… Он… Может, нам не стоит… – неловко бормотала она, глядя то на меня, то на Каина, который покачал головой, осматривая хоромы. По его взгляду можно было подумать, что сейчас он решал вызвать клининг… или вообще все здесь сжечь. Я-то вовсе не против ни первого, ни второго варианта.
– Да не обращай ты на него внимания. Нет ничего такого, что бы этот парень не видел или не делал, – весело успокоил я девушку, продолжая двигаться.
Брюнетка охнула, а Каин раздраженно поднял голову. Тело, в котором он находился, принадлежало корейцу лет тридцати: тонкие черты лица, темные волосы, прямой нос и полные губы свидетельствовали о некоторых косметических процедурах. Каин был тщеславен и, когда дело касалось его оболочки, тщательно подбирал подходящего для него кандидата. А если что-то ему не нравилось, то он легко подгонял это под свой образ.
– Черт, Лор, сколько же ты съел? – спросил мой бывший помощник, поморщив нос от запаха в воздухе.
– Я умирал от голода, – промурлыкал я брюнетке в грудь, целуя ее.
Я жил в Лиф, как паразит, питаясь лишь небольшими кусочками. Как бы она ни была упряма, в конце концов получала немного энергии, которую я не мог заставить себя забрать. Именно поэтому казалось, что последнее время я сидел на жесткой диете. Всегда считал, что диеты придумал особо извращенный демон-садист.
Каин цокнул, поглядывая на охающую на мне девушку. Ее взгляд метался туда-сюда между мной и Каином, словно она не могла решить, помалкивать ей или все же высказаться. Сдержанность ее продлилась несколько секунд, прежде чем она улыбнулась Каину и подмигнула.
– Не хочешь к нам присоединиться, красавчик? – спросила она, продолжая приподнимать свои бедра.
– Да, не хочешь? – я хихикнул, вызывая лишь
