в дискуссию с родными, которые обсуждали что лучше: покататься вечером на лыжах в парке или взять санки с ватрушками и пойти на горку, где собираются все желающие весело провести время. Когда они, наконец, пришли к общему решению, продавщица уже протягивала им несколько пакетов с продуктами. Папа расплатился, и они снова оказались на морозной улице.
— Дорогой, давай мне какой-нибудь пакет. Тяжело же?
Папа с хитрым прищуром посмотрел на жену и проговорил.
— Хочешь сказать, что я слабенький?
— Нет! — они все засмеялись. — Я просто хочу тебе помочь.
— Сынок, когда девушка тебе будет говорить, что хочет помочь, ни за что и никогда не соглашайся, — его глаза смеялись, когда он смотрел на сына, но старался изо всех сил скрыть улыбку.
— Почему? — спросил мальчик.
— На это я могу назвать очень много причин. Но как-нибудь потом, я тебе подробно все объясню. А пока, просто запомни эти слова.
Жена лишь укоризненно помотала головой, но улыбка не сходила с ее лица.
— Иногда папа говорит правильные вещи! — и звонко чмокнула его в губы.
— Иногда?! — папа притворно возмутился, благосклонно принимая поцелуй жены. — Согласись, дорогая, заведующий кафедрой в университете не может быть глупым человеком. — Потом он сделал паузу, о чем-то задумался, глядя в сторону, и прыснул со смеху.
— Что такое? — спросил сынишка, заинтересованный папиным настроением.
— Я немного поторопился с таким выводом. — Продолжая веселиться, ответил отец. — Есть у нас в совете один кадр. Профессор, так называемый. Так вот, у него однажды сломался штекер и вилка осталась в розетке. Понятия не имею, как у него это получилось. Не придумав ничего лучше, он взял пинцет и начал ковыряться в розетке, пытаясь его достать. Проковырялся он недолго, естественно.
— А что было? — снова спросил сын.
— Короткое замыкание. А у горе-профессора шоковое состояние, — засмеялся отец.
Мальчик понял, о чем говорит папа, потому что уже немного разбирался в премудростях электричества, благодаря нравоучениям отца.
Развлекая себя болтовней, они направлялись к автобусной остановке, чтобы, наконец, приехать домой и начать приготовления. Транспорт простоял еще минут десять, набирая народ. А вот ехали они минут сорок. Дороги почти замело снегом и на пути в пригород их не чистили. И ведь вечером они еще собирались пойти кататься на горку. Но если они так и будут медленно ехать, то на развлечение времени может не остаться. Снег месили колеса автобусов и машин, поэтому движение транспорта было затруднительным, но родители с сыном там не скучали. Мама знала кучу игр, с помощью которых можно было убить время, а главное не дать сынишке загрустить. Сначала они играли в слова, потом в города, в которой у мальчика, конечно же, не было шансов выиграть, потом она достала веревочку, и они начали по очереди передавать ее друг другу на пальцах, стараясь как следует ее запутать. Так и пролетел для них почти час.
Выйдя из автобуса, они ощутили всю прелесть его тепла. За городом было еще холоднее, так как местность была почти пустынной. Деревья, да редкие дома, и все это было уже полностью укутано снегом. За то время, что они пробыли в центре города, где снег только начинал кружиться над домами, здесь все уже замело, и ни одна снежинка не падала с неба. От остановки до самого дома десять минут ходьбы, но они почти пробежали этот отрезок пути, и когда они уже вышли на финишную прямую, мальчик увидел украшенные елки вдоль дороги, которая вела прямо к их входной двери.
— Мам, смотри!
— Вижу. Кто-то уже постарался украсить все вокруг.
На одной из елок — а эти елки были самыми высокими — на самой верхушке, был вместо красной звезды, огромный белый шар. Он искрился от света фонарей серебряными блестками. Это было так красиво и завораживающе, что мальчик не сразу заметил промелькнувшую перед ними тень. Отец резко остановился, и мама последовала его примеру. Она крепче сжала руку ребенка и начала озираться по сторонам. Послышался шелест веток елей, и они оба оглянулись на звук. Затем такая же тень мелькнула еще раз и еще. Отец заслонил собой жену с сыном, не понимая, что происходит. Ни одно животное, не может двигаться, с такой скоростью, не говоря уже о людях. Затем сбоку послышался страшный хруст древесины. И одна из елей начала медленно наклоняться вперед. Она коснулась проводов, но они не выдержали ее веса, оборвались, и ель плавно с тихим шелестом легла на высокие сугробы, расположенные вдоль дороги, окончательно перегораживая им путь к дому. Сзади них послышался еще один треск, и еще одно дерево рухнуло, отсоединяя их от всего мира своими толстыми стволами. Отец продолжал прикрывать семью собой, вертясь по кругу. И тогда, много-много теней начали мелькать то тут, то там. Или это была всего одна тень… Это было уже неважно, потому что страх одолевал все остальные чувства. Путал мысли и заглушал чувство самосохранения. Мама прижала сына к себе и положила ему на плечи руки. Даже через толстую куртку ощущалась дрожь пальцев смелой мамы, которая спрятала мальчика между собой и мужем. Она не знала, как еще защитить его от происходящего. Ведь она, как и отец не понимала, что это может быть. Тени скользили по снегу так быстро, что уследить за ними не было возможности. Мужчина крутился, огораживая семью, бросив все пакеты на снег, и судорожно пытался что-то придумать.
Мальчик, который не понимал, что происходит, не видел лиц своих родителей. Не видел испуганных глаз матери и хмурое, сосредоточенное лицо отца. Он следовал такту мамы, которая повторяла движения отца, будто в танце. И ощущал, как ее пальцы сжимают его худенькие плечики и все сильнее притягивают к себе. Папа закрыл собой весь горизонт и кроме его спины, он ничего не мог разглядеть. Но при следующем шаге, мальчик задел что-то ногой. Посмотрев вниз, увидел тот самый большой белый шар, который находился на верхушке ели, что сейчас лежит у их ног. Он наклонился, поднял шар.
— Мам, пап, смотрите, он еще больше, чем казался, заберем се…
Он остановился на полуслове, когда поднял глаза, чтобы увидеть реакцию родителей на его находку. Но ни папа, ни мама уже не могли обрадоваться этому красивому шару.
