Стараясь двигаться бесшумно, Нарбелия попятилась от освещающего комнату кольца в дальний темный угол. Наткнувшись на небольшой грубый табурет, она подняла его и выставила перед собой, в качестве оружия.
А, между тем, кто-то продолжал копать. Задрожала земляная куча, на которую девушка смотрела не отрываясь, покатились на утоптанный пол комья земли. «Еще пара секунд, и я тебя увижу! — подумала наследница, крепче сжав в руках свое ненадежное оружие, — пара секунд, и я узнаю — кто ты!»…
* * *
Непроглядная ночная тьма упала на Ликию, растеклась по окрестностям черными извилистыми ручьями, просочилась в дома, утопила в себе сады и парки, замутила воду городских каналов и прудов. Сгинули в ней дороги и мосты, мраморные фигурки нежных дриад умоляюще потянулись к небу, но, не в силах вырваться, утонули в безжалостном темном плену. Одни лишь уличные фонари, потускневшие, помутневшие, но не покоренные этим гнетущим мраком светили в ночи, оставляя надежду на то, что незримое утро уже пробивается из-за горизонта алым отблеском будущей зори.
Наполняя тишину замерзшего города дробным клацаньем копыт, по улице, между сонных домов шел огромный конь. Он двигался шагом, будто крался, боясь потревожить сон жителей Ликии, скрывающихся за темными окнами с озябшими розами на подоконниках. Две всадницы не торопили своего скакуна, понимая, что он пробежал без продыху много миль. Теперь цель их путешествия находилась совсем рядом. Они с замиранием сердца ждали желанной встречи…
На подъезде к Ликии Тама и Айша не узнали город. Теперь его полностью окружала стена. Грубая, наспех построенная из блестящих темных камней, она совершенно не гармонировала с прекрасными садами и невесомыми строениями культурной столицы Королевства. Не так давно, покидая Ликию втроем, вместе с Ташей, Тама и Айша застали начало грандиозной стройки.
Несмотря на стену, въезд по-прежнему остался свободным. Кованые ворота были распахнуты настежь и приглашали путниц к визиту. Холодная погода стала неприятным сюрпризом для девушки и гоблинши, успевших привыкнуть к сухому и горячему воздуху степи. Не в силах согреться Тама куталась в тонкий плащ, а Айша, делала вид, что не замечает непогоду.
Решив не ждать утра, они направились ко дворцу Лэйлы. Засыпанные снегом сады покорно склонили свои ветви, мирясь с дерзкой зимой. Каналы, пруды и лужи затянул тонкий хрустящий лед. Когда тяжелое копыто коня наступало на гладкие зеркала, украсившие мостовую, они трескались и со звоном разваливались на десятки мелких льдинок.
Розовый дворец Лэйлы на фоне всей этой первозданной белизны казался причудливой раковиной, забытой кем-то на снегу. Привратник, закутанный с ног до головы в теплый овечий плед, прокашлялся, а потом, узнав о цели визита странных гостей, поспешил доложить о прибывших принцессе Лэйле.
Когда ворота открылись, подруги спешились и, передав поводья привратнику, поспешили на встречу с хозяйкой Ликии. Несмотря на поздний час, та ждала их в тронном зале и выглядела как всегда торжественно и величественно. Белая мантия, отороченная мехом горностая, струилась по ступеням, ведущим к трону; гордую голову венчала диадема с подвесками из горного хрусталя, такого же прозрачного и холодного, как сковавший каналы Ликии лед. Прекрасная Лэйла узнала ночных гостей. Когда-то они уже посещали ее дворец, но тогда девушек было три.
— Подойдите, — мягко сказала она.
Тама, растерявшись, осталась на месте, а Айша решительно шагнула вперед.
— Мы ищем принцессу Ташу. До нас дошли слухи, что она жива, и находится здесь, в Ликии.
— Она была здесь. Ее спасли из плена и привезли в Ликию. Я дала ей убежище, но, некоторое время назад ваша подруга исчезла из города.
— Пропала? — испуганно переспросила Тама, схватившись за сердце и открыв рот.
— Как пропала? — не поверила ушам Айша. — Что произошло?
— Она ушла. Сама. Даю вам слово, что ее не похитили и не пленили снова. Мои сыщики отыскали следы, которые таинственно исчезли, растворились в садах Ликии, — заверила гостей Лэйла, чуть отводя глаза в сторону.
В ее словах не было лжи, но кое-что хозяйка Ликии все же не досказала. Рядом с отпечатками ног Таши, ищейки отыскали следы существа, говорить о котором прекрасной Лэйле совершенно не хотелось. Кагира, грозное порождение мрака, волей судьбы возвратившееся с той стороны. Это он увел юную принцессу из Ликии, скрыв все следы и словно растворившись в тени густых садов и парков…
— Выходит, все зря? — всхлипнула Тама, — все наши надежды, ожидания…
— Не реви, — одернула подругу хмурая Айша, — она жива и свободна. Если ушла, значит, таким было ее решение. Значит, такова судьба.
Несмотря на показную твердость, в голосе гоблинши звучали трагические нотки, а расстроенная Тама давилась всхлипами. Лэйла чуть склонила голову, отчего хрустальные льдинки на диадеме огласили тишину зала мелодичным звоном.
— Я приношу вам свои извинения за то, что не смогла уберечь девушку, и прошу вас быть гостями Ликии, остановившись в моем доме. Здесь вы сможете дождаться известий о пропавшей подруге…
Так Тама и Айша остались в Ликии. В розовом дворце им выделили комнату с видом на сад, верного Таксу поставили в конюшню. В сердцах девушек все еще теплилась надежда на встречу с пропавшей подругой. Каждый день они ждали новостей, но новостей не было.
Спустя пару дней в Ликию прибыли из лаПлава. Байрус Локк лично возглавил отряд воинов, отправившись в Королевство из свободных земель. Его мало интересовала судьба отыскавшейся невесты, гораздо более молодого генерала волновало состояние дел при дворе Короля, и путешествие в Ликию было для него лишь поводом вырваться из-под опеки влиятельной матери. Генерала ждало разочарование — наследница лаПлава исчезла. Надо сказать, сильно его это не расстроило. По возвращению в провинцию, Байрус решил объявить о гибели Таши, а в ближайшее время намерился провести время в столице. Устав прозябать на окраинах, он мечтал оказаться поближе ко двору, чтобы из первых рук узнать о последних событиях Королевства и планах Короля. Молодой генерал больше не думал о своей неудачной свадьбе. Судьба пропавшей Таши не волновала его совершенно. Пропала и пропала. А если попробует вернуться домой — пожалеет. С чувством выполненного долга Байрус погнал коня на запад, даже не предполагая, что его несостоявшаяся невеста жива, и продолжает свой путь в компании слуги ночи и смерти, убийцы убийц, создания весьма странного, таинственного и непредсказуемого…
He is a midnight moverComing in the night —going with the light.He is a midnight moverHe can't go on in the sunlight…
(С) «Midnight mover», Accept
…Они шли садами Ликии. Учитель знал какие-то неведомые тропы, что петляли среди бесконечных цветников, павильонов и клумб. Шаги Кагиры были легки, будто он совсем не имел веса. Таша, напротив, еле передвигала ноги, тяжесть которых казалась слоновьей. Она брела позади, буравя взглядом огромную спину своего спутника. Ей очень хотелось пойти рядом с Учителем, но поравняться она не решалась, уж слишком внушительно и сурово тот выглядел. Массивную фигуру скрывал бесформенный тяжелый плащ, под которым что-то топорщилось и выпирало: то ли неровные отростки позвонков, то ли рукояти какого-то диковинного оружия, закинутого за плечи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
