разорвать невозможно, Вельт не верил. Он слыхал об одном способе, как избавиться от подобной супружеской кабалы. Для этого, правда, придется задержаться в дороге, но дело того стоит.
— Господин, не хочу вас расстраивать, но выглядит здесь все плохо, — голос слуги выдернул его из мыслей. — Мне кажется, дротики были ядовиты.
— Вот что мне в тебе нравится, Пен, так это твой оптимизм, — Вельт закусил губу от нового приступа боли. — Чтобы я делал без твоей поддержки?
— Я серьезно, господин, следы от них не похожи на обычные раны…
— Хочешь сказать, я умираю? — Вельт криво улыбнулся. — Ну что ж… Зато в расцвете лет и свободным.
Его вдруг бросило в жар, а потом так же резко в холод. На лбу выступила испарина, мышцы свело. Неужели конец действительно близок?
— Вам нужен лекарь, господин, — строго сказал Пен.
— И где мы его найдем в этой глуши? — Вельт выглянул в окно: дорога шла через лес.
— Недавно был указатель на Красный лог, это небольшой городок, но лекарь или даже целитель там точно должен быть. До него осталось около часа езды, господин.
— Надеюсь, я за это час не отойду в мир иной, — Вельт откинулся обратно на спинку сидения.
Все его тело уже охватила мелкая болезненная дрожь. Если так пойдет дальше, то он точно не дотянет до треклятого Красного лога, или как там его…
— Вы уж постарайтесь, господин, не отойти, — Пен как всегда говорил серьезным тоном, что у Вельта, вопреки боли, снова вызвало улыбку. — Иначе ваши батюшка и старший брат голову мне оторвут.
— Вот уж сейчас думать о батюшке и старшем брате, — пробормотал Вельт, закрывая глаза. — Но так уж и быть, ради тебя, Пен, не буду туда торопиться…
Он начал проваливаться в небытие, выныривал оттуда, лишь когда карета подскакивала на очередной выбоине, а после вновь погружался обратно.
— Подъезжаем к Красному логу, — сквозь дрему услышал Вельт слугу.
Затем почувствовал, что экипаж замедлил ход. Кажется, Пен выглянул в окно и спросил кого-то о лекаре.
Карета снова поехала быстрее.
— Вот, дом целительницы местной, — проговорил Пен. — Только что это? Куда это она уходит? — он опять высунулся в окно. — Шульт, нужно задержать ее!
— Да-да, задержите любым способом, — просипел Вельт, плохо понимая, что происходит. Знал только, что от этого зависит его жизнь.
Карета резко остановилась. Из открывшейся дверцы на Вельта пахнуло прохладным вечерним воздухом. Затем несколько секунд какой-то возни — и лошади вновь пустились вскачь.
— Да кто вы такие? Что вам от меня нужно? — раздались возмущенные женские крики почти над его ухом.
Вельт приоткрыл один глаз: целительница оказалась совсем молодой и даже симпатичной. При других обстоятельствах он бы непременно осыпал ее комплиментами, но сейчас лишь раздраженно поморщился и попросил:
— Девушка, можно кричать потише? Голова жуть как болит.
Она действительно вдруг замолчала, удивленно на него глянув.
— Премного благодарен, — кивнул Вельт — и окончательно потерял сознание.
***
— Да кто вы такие? Что вам от меня нужно? — я была возмущена до края. И напугана, что уж таить.
Усатый мужичок, что затащил меня сюда, смотрел серьезно и встревоженно, но крепко держал меня за локоть. В карете было тесно, душно, пахло потом и, настораживающе — кровью. Рядом со мной кто-то пошевелился, и послышался то ли стон, то хрип:
— Девушка, можно кричать потише? Голова жуть как болит.
Я скосила глаза и чуть отшатнулась, не понимая, то ли передо мной столь крупная мужеподобная дама, то ли мужчина, хм, в женском платье. В сгустившихся сумерках трудно было сделать однозначный вывод.
— Премного благодарен, — раздалось его (ее) бормотание, а следом — подозрительная тишина.
— Господин! Господин! — забеспокоился мой похититель. — Не умирайте, только не умирайте!
«Господин» — значит, все же «он». Мужчина в платье. О боги… Что здесь вообще происходит?
— Что с ним? — осторожно спросила я.
— Спасите его, помогите ему, умоляю! — мужичок снова схватил меня за руку.
— Он ранен? — я наконец смогла заметить темное пятно на кружевной ткани, так нелепо обтягивающей широкую грудь «господина».
Надеюсь, они не бандиты какие-то. Боги, боги, что за невезение? За что это на мою голову?
— О, и не только! Господина еще и отравили! Вы обязаны ему помочь! — бубнил мужичок.
— Вообще-то, не обязана, — я разозлилась.
— Но вы же целитель! — всплеснул он ладонями.
— И что? Вы похитили меня! — продолжая негодовать, я все же взяла руку «господина» и попыталась нащупать пульс на запястье. Слабый, но есть. Значит, живой, хвала небесам!
— У нас не было другого выхода, — заявил мужичок.
— Безобразие! Вы знаете, что я сейчас должна быть совсем в другом месте? — теперь я открыла свою сумку и стала искать в нем вытяжку угар-травы — ее запах мог поднять даже мертвого.
Откупорив пузырек, я подсунула его под нос умирающему. Тот сразу со свистом втянул в себя воздух и закашлял.
— Что это за мерзость? — просипел он сквозь кашель.
— Ну вот, я вернула вашего господина в сознание, — сообщила я мужичку, спрятала угар-траву и занялась поисками эликсира звездчатки. — Сейчас дам ему лекарство, восстанавливающее жизненные силы. Этого ему должно хватить на какое-то то время, чтобы вы смогли добраться до лекаря в ближайшем городе или поселке. А меня попрошу вернуть в Красный лог, желательно на северную окраину.
— Не получится, мы уже движемся на запад и до ближайшего поселка сотня миль, — сказал мужичок. — Так что придется лечить нашего господина вам. Он заплатит.
— Меня не волнуют деньги, — мой голос дрогнул в панике. — Мне нужно в столицу!
— Мы отвезем вас в столицу. Клянусь своей жизнью, — я ощутила слабое прикосновение к своему плечу со стороны «господина». — Просто вылечите меня, красавица… Не будьте такой бессердечной. Вы же давали клятву богу Линесу…
Я вспыхнула: бессердечной меня еще никто не называл! Да и совесть и впрямь кольнула: когда я оставляла нуждающегося в моей помощи больного? Вот только сейчас передо мной встала неразрешимая дилемма: помочь неизвестному «господину», который по сути меня похитил, или же сделать выбор в пользу своих интересов и жизненно важных планов.
— Мне
