минут меня успел осмотреть врач, возможно, и анализы взяли на проверку, не зря сгиб локтя побаливает. Уверена, у Лирссман было время навести обо мне справки, но если он не знает до сих пор ничего обо мне, даже имени, то Остина разговорить так и не смогли. Сей факт служил бальзамом на сердце, но вместе с тем заставлял содрогаться в ужасе, боясь представлять, каким пыткам подвергают мужчину.
— Элеонора, — мягко произнесла имя, уверенно смотря в холодные глаза, помня наставления отца. — Элеонора Тимсон. Я жила под фамилией мамы.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать пять.
И вдруг мужчина скептически приподнял бровь, да ещё во взгляде промелькнуло удивление. Наверное думал, что вру. Хотя не было никакого смысла. Только Ришард может помочь мне избежать смерти и спасти Даррела, увиливать и врать опасно.
— Паспорт, — сухо потребовал, протянув руку.
Нахмурилась пуще прежнего, тяжело вздохнув. Сейчас Ришард не выглядел таким уж страшным, каким мне его описывали, но манеры явно отсутствовали. Ладно, хоть стакан воды дал.
И вновь, осознавая всю плачевность ситуации, нагнулась, чуть расшнуровывая завышенные сапоги и доставая паспорт, который так удачно припрятала. Лирссман чуть ли не вырвал документ из моих рук, пролистывая и изучая каждую страницу досконально. После неоднозначно хмыкнул, поднялся, подходя к своему столу и убирая мой паспорт в один из выдвижных ящиков.
— Верните мой паспорт! — потребовала, хотя со стороны выглядела жалко.
Этому мужчине ничего не стоит пустить мне пулю в лоб.
— Он пока побудет у меня. В целях твоей безопасности.
— Безопасности? — нелепо переспросила, невольно расслабляясь.
— О тебе в Мэйстоне до сих пор ничего не знают, но шерстят все нотариальные и юридические фирмы. Значит, доверенный человек твоего отца умеет держать язык за зубами. А сейчас я хочу услышать все пункты завещания со всеми условиями.
— Зачем? Я и так рассказала вам больше, чем должна была.
— Ты пришла за помощью, девочка. Я не занимаюсь благотворительностью и не спасаю наивных дам из беды. Либо рассказываешь всё без утайки, либо уходи.
Поджала губы, обхватывая себя за талию и радуясь, что на мне красовались мешковатые вещи, ставшие ещё больше за пару дней голода.
Но Ришард был прав, его не в чем было обвинять. Тот, кто держал власть всего города лишь в своих руках, не мог быть добродетелем.
— Всё, чем владел отец, перейдёт ко мне, как к единственной наследнице, — ровно начала, смиряясь с неизбежным. — По завещанию я не могу продать, отдать, избавиться от корпорации отца. Только в случае моей смерти судьбу бизнеса будут решать главные акционеры. У нас должен был быть месяц, чтобы я вступила в наследство и заявила о себе, тогда бы так просто от меня не могли избавиться. Но Остина похитили, этого мы не ожидали. А все документы есть только у него, и только он знает, где спрятаны копии.
Замолчала, ожидая вердикта, а меж тем Ришард продолжал изучать меня с каким-то пугающим спокойствием. Моя жизнь висела на волоске, а этот деспот изводил ещё больше. И тут…
Раньше бы я так не поступила, не стала бы умолять и чуть ли не слёзно выпрашивать помощи.
Бросилась к столу Лирссман, вновь упирая ладони в стол, чувствуя, как ноги дрожат от усталости.
— Я отдам вам всё. Корпорацию отца, его недвижимость, все счета в банках. Взамен лишь прошу не дать убить меня, — выпалила, как на духу.
Ришард чуть приподнял голову, чтобы смотреть точно в мои глаза, склонил голову на бок, но ответа долго не давал. Казалось, прошло не меньше часа, прежде чем, комнату вновь наполнил густой низкий голос.
— Ты сама сказала, что не можешь продать, отдать или избавиться от наследства.
И вот тут меня посетила самая, что не наесть, идиотская и сумасшедшая мысль. Но слова вырвались раньше, чем смогла всё тщательно обдумать.
— Мы заключим брак, — выпалила, отчего бровь Ришарда стремительно приподнялась вверх в немом вопросе. — Вы станете моим мужем, а следовательно, сможете управлять бизнесом и распоряжаться имуществом от моего лица. Я же останусь неприкосновенна, ведь никто не захочет переходить вам дорогу. Конечно, брак будет фиктивный, я не буду вмешиваться в вашу жизнь.
— И давно это придумала? — холодно спросил, откидываясь на спинку кресла.
— Только что, — честно ответила, опускаясь на рядом стоящий стул.
Не хотелось повторно свалиться в обморок, и вновь быть приведённой в чувства от какого-то лекарства.
По лицу Лирссман ничего нельзя было прочесть, даже не понятно, думал ли он о моих словах или просто пялился на меня, как на элемент декора его кабинета. Конечно, мои слова были безумны, впрочем, любая влюблённая в этого мужлана дура могла прийти с подобной просьбой, только вот я и правда была в отчаянии, а за моими плечами маячило не хилое такое приданное. Ришард мне практически в отцы годился, как сексуальный объект его не воспринимала, надеюсь, и он меня, после всего услышанного.
Вдруг дверь кабинета открылась, явив мужчину в обычном классическом чёрном костюме, белоснежной рубке и бабочкой на вороте.
— Отведи девушку в гостевую комнату и принеси еды, — холодно приказал Лирссман, а мужчина в костюме лишь склонил голову в знак почтения.
— Что это значит? — нервно спросила, оборачиваясь к бандиту.
— Отдохнёшь, приведёшь себя в порядок, тогда и поговорим. А я пока решу, что с тобой делать. Иди, — махнул рукой, устремляя всё внимание на монитор ноутбука.
Не сразу, но всё же встала, с сомнением рассматривая какого-то безликого мужчину в костюме. Если бы Ришард хотел от меня избавиться, он бы так и сказал, ведь не был тем, кто жалеет чувства других и завуалировано отдаёт приказы своей прислуге.
Сейчас мы находились в пятиэтажном доме, который служил местом работы Лирссман, каждый этаж нёс свою функцию. Например, на первом этаже находился клуб, на втором ресторан, на третьем и четвёртом без понятия, туда не заглядывала, а вот на пятом располагались личные владения властителя этого города. Но не думала, что здесь же находятся и несколько спален, и в одну из них меня привели.
Я успела только оглядеть пустую гардеробную и просторную комнату с большой кроватью и парой кресел, как дверь вновь распахнулась, впуская ароматы еды, от которых мой живот скрутило в тугой узел от голода. Вскоре меня оставили одну, мягко закрыв за собой дверь.
Первым делом поела, но особо не налегала на еду, а то организм с непривычки может плохо себя повести. После соблазнилась и тёплой ванной с пеной. Укутавшись в большой белоснежный халат, вновь зашла в спальню, с удивлением отмечая пару картонных
