сомнение. Ну да, у человека не может быть такой скорости, и чтобы не спугнуть ведьму, инкуб впился в её пухлые губы жарким поцелуем, а сам понес на второй этаж, где у него была спальня, которая, собственно, и занимала весь второй этаж.
От поцелуя ведьма расслабилась, и инкуб четко ощутил запах её возбуждения, и первые эманации энергии, от которых ему опять чуть не снесло голову. Как он удержался на ногах, мужчина и сам не понял, видимо сработал инстинкт. Ведь на его руках — было настоящее сокровище, и уронить её, значит навредить. А своему сокровищу демон никогда не навредит. Нет, скоро, он запрет её в своем замке, из которого она уже никогда не вырвется. Если только, план его дяди сработает.
Эта мысль отрезвила демона, и мысленно дав себе пинка, он донес девушку до кровати, и медленно уложил её на черную шелковую простыню, не переставая целовать. С губ он перешел на её щеки, подбородок, шею, и ниже к ключицам. Эманации энергии усилились, ведьма оказалась очень чувствительной и полностью расслабилась под опытными ласками.
Она даже не заметила, что инкуб так и не разделся, но этот вопрос демон решил очень быстро, не отрываясь от белой бархатной кожи, без единого изъяна. Ведьма и в три тысячи лет, будет оставаться молодой и красивой. Как говорил его дядя, эти опасные существа бессмертны. Той ведьме было больше пяти тысяч лет, дядя по сравнению с ней, был младенцем, хотя среди демонов он считается уже в возрасте. Дервилю было интересно, сколько лет этой ведьме, наверняка тоже очень древняя. Дядя рассказывал, что только очень старые ведьмы обычно любят путешествовать по миру людей. Значит его дерзкой красавице наверняка уже за тысячу. Но понять это по её внешности невозможно. Даже по глазам — нереально. Дядя говорил, что ведьмы всегда чувствуют себя молодыми, и полны энергии. А еще очень ветрены, эгоистичны и жадны до красивых дорогущих безделушек.
Ничего, уж что-что, а красивых безделушек у демона была полна сокровищница. Хоть он и молод, но отец выделил ему неплохое содержание, и за те годы, что инкуб живет один, он смог выгодно вложить свои деньги и неплохо обогатиться. Он будет баловать свою собственность, за хорошее поведение драгоценностями, а за плохое — наказывать.
Ведьма так сильно возбудилась в его руках, особенно когда он задержался надолго возле нежных сосков, и мягких дынек, что стоило Дервилю дойти до её половых губ, и буквально пару раз лизнуть маленький бугорок, как девушка вскрикнула, сжала ноги и затряслась в оргазме.
Сила, хлынувшая в демона, снесла его с ног и он, как подкошенный повалился на кровать, чудом не упав прямо на ведьму, и не заметил, что она тоже отключилась после пережитого оргазма.
Инкуб очнулся первым и подняв голову, посмотрел на рядом лежащую ведьму. Девушка перевернулась на живот, и обхватив подушку двумя руками, сладко посапывала, чуть выгнув округлую попку. У Дервиля зачесались руки, так и хотелось раздвинуть пухлые половинки, найти упругую дырочку, попробовать её на вкус и на растяжку.
Дядя говорил, что ведьмы очень быстро восстанавливаются, и даже когда он играл со своей в особые игры, то она с легкостью переносила любые раны, а затем после секса и восстанавливала их себе.
Демон настолько увлекся своими фантазиями, представляя, что будет делать с дерзкой ведьмой, как наказывать, и как поощрять, что очнулся, только лишь когда за окном что-то сверкнуло.
«Неужели уже ночь?» — с ужасом понял демон, наконец-то посмотрев в окно. На улице лил дождь еще и молния сверкала. Но у него была отличная звукоизоляция — магическая, поэтому он почти ничего не слышал, а на свет и тьму вообще порой внимания не обращала, потому что глаза демона могли спокойно адаптироваться к темноте. И лишь взглянув на противоположный дом, в котором горел свет в окнах, до Дервиля дошло, что уже слишком темно.
А ведь они пришли к нему домой после обеда. Это сколько он провалялся в отключке? Демон взглянул на свои часы и мысленно присвистнул. Время было три часа ночи. Это что же получается он проспал почти двенадцать часов? Вот это да! Инкуб никогда за свои три сотни лет еще так не расслаблялся, но энергия ведьмы полностью снесла ему голову, что он чуть не лишился её. Раньше, чтобы ощутить такую сытость, ему требовалось не меньше пяти женщин за раз, и обычно он лакомился их энергией в течении нескольких часов, потому что сразу тянуть было опасно, можно было просто их всех убить. А с ведьмой достаточно было одного оргазма, и он ощущал себя, как никогда бодро.
А ведь она могла проснуться раньше и просто уйти. От этой мысли у Дервиля внутри что-то екнуло. Он передернулся от болезненного укола, и встав с постели, начал осторожно исследовать тело ведьмы.
Нужная вещь нашлась на безымянном пальчике брюнетки.
Глава 2
Это было тоненькое, на первый взгляд, даже не драгоценное колечко. Но Дервиль знал, что этому артефакту нет цены. Потому что их не продают, их делают ведьмы сами в единственном экземпляре. С помощью этого артефакта они устанавливают свою связь с собственным фамильяром. Так ведьмы обретают свою силу.
Дервиль очень осторожно приподнял руку девушки, и также осторожно снял с неё колечко. Оно скользнуло прямо ему в руки, от чего инкуб нахмурился. Неужели так просто? Может есть какой-то подвох? Древняя ведьма доверилась ему настолько, что даже не ощутила, как демон снял с неё смысл всей её жизни? Источник силы? Без которого ведьма превращается в обычную женщину?
Дервиль надел кольцо себе на мизинец, оно село, как влитое, хотя ему изначально показалось, что кольцо не налезет, и в этот момент воздух заискрился силой, а ведьма начала просыпаться.
Демон напрягся, и отошел на пару шагов от кровати, выставляя щит. Он понял, что сейчас ему не поздоровиться, в его голове проскользнула даже мысль, чтобы быстро уйти порталом, пока древняя его не пришибла сгоряча, но брюнетка вместо того, чтобы бросить в демона какое-нибудь смертельное проклятие, медленно приподнялась на локтях, оглянулась на демона и сонно заморгала, заставив что-то перевернуться в его душе, и появится чувству щемящей нежности, а затем перевела взгляд на мерцание в воздухе и округлила свой сладкий ротик.
— Маако? — выдохнула она, смотря на искры. — Что случилось?.. Что?
Она резко перевела взгляд на демона, а затем на его руку, точнее — на палец, где было её
