кольцо. Она подняла свою руку, посмотрела на неё, затем опять на искры и тихо произнесла:
— Ты уверен? — в её голосе прорезались истеричные нотки, и она резко села, и посмотрела на демона с животным ужасом, протянула руку и прошептала: — Верни.
Инкуб с удивлением какое-то время смотрела на ведьму, которая сейчас меньше всего напоминала опасное древнее существо. Перед ним сидела молоденькая напуганная девчонка, ставшая жертвой жестокого чудовища.
Мотнув головой, демон вспомнил, что дядя говорил: насколько они коварны, и как легко пользуются иллюзиями. Та ведьма с которой прожил его родственник, часто дурила ему голову, изображая из себя вот такого невинного ангелочка. А сама в этот момент могла с легкостью открутить кому-нибудь голову.
Так что Дервиль не повелся на невинный образ брюнетки, и задавив в себе неуместные чувства, жестко усмехнулся:
— Нет, теперь ты принадлежишь мне, я твой хозяин.
Воздух заискрился сильнее, и инкуб приготовился к схватке, но искры исчезли, а ведьма тихо спросила:
— Ты инкуб?
На что Дервиль ответил:
— Да!
Реакция ведьмы его ошеломила, потому что она упала в обморок.
Дервиль опутал свой палец защитной магией, чтобы ведьма, так же, как и он не смогла снять кольцо, пока он будет спать. И подойдя к кровати наклонился. Девушка была в глубоком обмороке. Демон четко ощущал это по её состоянию. И тут до него дошло, что план дяди сработал.
— Почти сработал, — пробормотал изумленный Дервиль, ведь её надо было еще доставить в замок.
Он все еще никак не мог поверить до конца, что так легко смог заполучить себе ведьму, и поэтому почти минуту стоял словно оглушенный и не двигался, все ожидая, что вот сейчас она ударит и исчезнет из его жизни. Но затем наконец-то отмер, и подхватив на руки свое сокровище, открыл портал и шагнул прямо в свою комнату в замке.
* * *
Янария была в бешенстве. Она даже и представить себе не могла, что Мирака с ней так поступит. В своей паранойи её сестра дошла до ручки. Янария терпела гиперопеку сестры с самого детства, она заменила ей и мать, и отца. Мирака была старше её почти на две тысячи лет, и Янария потеряв в нежном возрасте родителей, и сама иногда называла её матерью. Но со временем, повзрослев, ведьма опять стала называть сестру по имени. Потому что, чем старше она становилась, тем невыносимее в своей любви была сестра.
Их родители погибли в мире людей во время цунами. Это был несчастный случай. Проблема в том, что их мать обладала стихией огня, и в воде она становилась беспомощной. Лиар и Ким, так звали родителей Янарии отдыхали на острове. И почему она вовремя не смогла открыть портал и уйти в их мир, так никто и не узнал. Тела ведьмы и её мужа нашли много позже. Мирака лично поднимала их со дна океана и проводила последние ритуалы. Янария присутствовала, но была слишком маленькой, и плохо запомнила те события, да и не сильно поняла, что в её жизни что-то изменилась. Даже по родителям не особо скучала, потому что рядом была сестра.
Как она уже позже узнала — смерть родителей была беспрецедентным случаем в их мире.
И из-за этого у сестры Янарии появилась фобия. Она боялась мира людей, считая его слишком опасным. И поэтому сейчас, когда все её однокурсницы уже сходили туда со своими родственниками и потеряли девственность в объятиях смертного, испытав первые оргазмы, Янария не только до сих пор (и это в её пятьдесят), оставалась девственницей, но и не разу так и не побывала в мире людей.
Все подруги уже подсмеивались над ней. И вот теперь, когда последняя, самая слабая ведьма с их курса — Агиана, и то уже побывала на Земле и лишилась девственности, Мирака наотрез отказалась пускать туда Янарию. Больше того она официально, как опекун, запретила ей туда наведываться.
Когда Янария об этом узнала они очень серьезно поссорились. Ведьма в жизни так не злилась на сестру, наоборот уважала, как наставницу и любила, как мать, но в тот момент она впервые в жизни наговорила ей гадостей.
И теперь, когда сестра ушла из дома, хлопнув дверью, Янария поняла, что впервые в жизни готова пойти на нарушение закона — пойти против воли опекуна. И возможно поссориться с Миракой еще сильнее.
Ведьма пробралась в её кабинет, и открыв сейф, нашла портальный артефакт. Янария была еще слишком молода, чтобы уметь открывать порталы самостоятельно. Так бы и без артефакта обошлась.
Набрав нужные координаты, она активировала портал и шагнула в него.
Ведьма оказалась на улице в каком-то глухом переулке. Само собой, даже если бы она появилась на оживленном перекрестке, её, благодаря отводу глаз все равно бы никто не заметил.
В нос ударила невыносимая вонь нечистот, смешанная с запахом тяжелых металлов и дыма. Она узнала все эти запахи, потому что не так давно проходила практику в одной из мануфактур в их мире, где делают сплавы различных металлов для артефактов. Только она не поняла, зачем тут туалет, в котором явно никто не убирался несколько сотен лет? Но оглядевшись, поняла, что попала в обычный тупиковый закоулок между домов.
На пару мгновений Янария оробела, она ведь впервые оказалась в мире людей. У неё даже появилась трусливая мысль вернуться, но вспомнив обидные смешки подруг, ведьма поняла, что не сможет отступиться, и расправив плечи, шагнула из переулка.
Она пару часов бродила по улицам человеческого города рассматривая витрины и одежду местных женщин. Ей нельзя выделяться, поэтому девушка, зайдя в один из магазинов, сняла прямо с манекена более-менее понравившееся ей легкое летнее платье кремового цвета. И надев его, незамеченной покинула магазин.
«Воровать нехорошо», — раздался сварливый голос Маако в её голове.
«Я верну, когда закончу», — отмахнулась от своего фамильяра ведьма.
Маако, кстати, никак не отреагировал на её путешествие. И вообще, как будто уснул, пока Янария ругалась с сестрой и принимала опасное решение. Хотя ведьма боялась, что фамильяр встанет на сторону Мираки и не даст ей пройти через портал (а он мог это сделать), но фенек, почему-то никак не отреагировал. Возможно, сам хотел побывать в мире смертных? Кто знает… Янария не стала спрашивать, а то мало ли, вдруг вредный лис передумает и заставит её вернуться. Порой он был совершенно несносен и вел себя очень уперто, а иногда пропадал где-то в подпространстве в своем мире духов, куда доступа у живых не было, что Янария не могла
