— первым долетает до машины Рогова и с разгона таранит её. Удар такой силы, что внедорожник весом в две тонны подлетает, дважды переворачивается в воздухе и грохается на крышу, скрежеща металлом о бетон. Остальные бандиты наконец приходят в себя и открывают беспорядочный огонь.
Ксюша, стройная девушка с короткой стрижкой, принимает на себя основной огонь. Внезапно из окна одного из джипов высовывается тощий бледный пацан с ирокезом — Глушитель, личный телохранитель Рогова. Редкий псионик, способный временно блокировать чужие способности. Его руки светятся красным, когда он направляет их на Ксюшу. Её щит мигает и внезапно гаснет, оставляя девушку беззащитной. Следом автоматная очередь прошивает её тело от живота до груди. Кровь брызжет фонтаном, окрашивая асфальт в алый, а девушка падает, дёргаясь в агонии.
— Твою мать! — рычит Ваня, стискивая кулаки с такой силой, что ногти впиваются в ладони.
Мелкий и Борода не останавливаются. Они рвутся к перевёрнутой машине, оставляя за собой следы дымящегося асфальта — их щиты так сильно разогрелись, что плавят дорожное покрытие. Нужно было убрать Рогова до прихода подкрепления, иначе наша миссия пойдет по пизде.
Борода добегает первым, отрывает дверь голыми руками, как консервную банку. Металл скручивается и отлетает в сторону, ударяясь о землю с лязгом. Он заглядывает внутрь салона и вдруг каменеет. Его тело дёргается, словно от электрического разряда, распрямляется, а на лице появляется тупая ухмылка — гримаса марионетки.
— Чёрт! Рогов взял его! — ору я, уже понимая, что сейчас будет. Мы предусматривали такой вариант, но надеялись, что до этого не дойдёт.
Борода, теперь марионетка в руках Кукловода, хватает подбежавшего Мелкого за шею. Его огромные пальцы смыкаются на горле товарища, как тиски. Одно движение — и голова парня отделяется от тела с влажным хрустом рвущихся сухожилий и позвонков. Фонтан тёмно-алой крови бьёт в небо на добрых два метра, заливая лицо Бороды. Тело Мелкого дёргается в конвульсиях, руки бессмысленно цепляются за воздух, и падает на асфальт, дёргаясь в последних судорогах.
Борода спокойно нагибается и достаёт из разбитой машины Рогова — тот выглядит помятым, но живым. Кукловод что-то шепчет на ухо своему новому рабу, и тот закрывает его своим телом, создавая живой щит.
— Ваня, давай! — кричу я, выпрыгивая из кустов. Ветки хлещут по лицу, оставляя кровавые царапины.
Пули свистят мимо ушей, взрывая землю фонтанчиками пыли и камней. Активирую «Энергетический щит» — вокруг нас возникает синеватое силовое поле, похожее на мыльный пузырь. Оно выглядит хрупким, но способно выдержать до пятидесяти пуль, прежде чем лопнуть. Внутри щита воздух наэлектризован, волосы встают дыбом, на языке металлический привкус.
Ваня не теряет времени. Выбрасывает руку вперёд, концентрируясь на Рогове. От напряжения вены на его шее вздуваются, а глаза наливаются кровью. Тело главаря «немертвых» дёргается, как тряпичная кукла, и взлетает на метр над землёй, но Борода, управляемый своим новым хозяином, прыгает с нечеловеческой ловкостью и хватает Рогова за ногу, дёргая вниз.
— Сука! — ревёт Ваня, переключаясь на ближайшего стрелка, который пытается зайти нам во фланг.
Бандит взмывает вверх, словно подброшенный невидимой рукой. На его лице застывает удивление и животный ужас. А потом, с силой цунами, Ваня обрушивает его на асфальт. Удар такой мощи, что тело входит в бетон на несколько сантиметров. Череп бандита лопается, как спелый арбуз, мозги и осколки костей разлетаются на метры вокруг, смешиваясь с кровью и грязью.
Из леса появляется старик Горкин, наша последняя надежда. Бывший военный инженер, а теперь один из немногих Ищеек — псиоников, способных обнаруживать других одарённых на расстоянии. В бою от них обычно толку как от козла молока, но у Горкина есть козырь в рукаве — переделанный гранатомёт времён афганской войны. Старик целится с невероятной точностью, несмотря на трясущиеся руки, и выпускает гранату прямо под ноги Бороде.
Взрыв! Оранжево-чёрный шар огня расцветает как адский цветок. Борода и Рогов исчезают в облаке раскалённых газов и осколков. Взрывная волна сносит окружающих бандитов, их тела отбрасывает на десятки метров, ломая кости об асфальт и машины. Когда дым рассеивается, мы видим, что Танка подбросило вверх вместе с Роговым. Щит Бороды выдерживает, окутывая его голубоватым коконом, но от удара он теряет равновесие и выпускает своего хозяина из рук.
— Он твой! — кричу я Ване, одновременно посылая «Энергетический удар» в ближайшего ублюдка, который пытается поднять автомат. Энергия собирается в моей ладони голубым светящимся шаром и выстреливает, создавая жгут плазмы, прошивающий грудь бандита насквозь. Удар оставляет дымящуюся дыру размером с кулак, сквозь которую видно дорогу позади. Запах палёного мяса наполняет воздух.
Ваня хватает Рогова телекинезом. Кукловод беспомощно зависает в двух метрах над землёй, дёргаясь как насаженный на булавку жук. Его лицо, обычно надменное и холодное, перекашивает гримаса ярости. Глаза наливаются кровью от натуги — он пытается применить свой дар, чтобы захватить контроль над Ваней, но тот неотрывно смотрит на его грудь, избегая прямого контакта взглядов.
— Смотри мне в глаза, трус! — шипит Кукловод, брызгая слюной. Капли зависают в воздухе, образуя причудливый ореол вокруг его искажённого лица.
— Это за Катю, ублюдок, — произносит Ваня чужим, механическим голосом.
Он медленно сжимает кулак, и тело Рогова скручивается, как бумажка в огне. Кости хрустят одна за другой, как сухие ветки, ломаясь в самых неожиданных местах. Из ушей, глаз и рта Кукловода хлещет кровь, заливая его чёрную кожанку. Он кричит — высоким, пронзительным визгом, от которого стынет кровь.
Но мы не успеваем насладиться победой. Пуля из винтовки снайпера, прорвав ослабленный щит, прошивает плечо Вани. Брызги крови и куски плоти разлетаются в стороны. Он спотыкается, но, закусив губу до крови, удерживает телекинетическую хватку на Рогове.
— Держись! — ору я, активируя «Лечение». Моя правая рука начинает светиться голубым пульсирующим светом, словно в ней заключена маленькая звезда. Я прижимаю её к ране Вани, и энергия втекает в его тело, регенерируя ткани. Плоть срастается на глазах, кровотечение останавливается, но я чувствую, как стремительно тают мои силы.
— Сзади! — кричит вдруг Ваня, отбрасывая меня в сторону мощным телекинетическим толчком.
Борода, всё ещё под контролем умирающего Рогова, бросается на нас, как разъярённый бык. Его глаза полностью белые, без зрачков, изо рта течёт пена. Я едва успеваю уклониться, перекатываясь по земле, но Танк хватает Ваню за ногу своей огромной лапищей и с нечеловеческой силой бросает его в ближайшую машину. Удар такой силы, что металл корпуса мнётся, принимая форму человеческого тела.
