подробностями, будущее предстает туманным простором смутных фигур, что движутся словно в сумерках.
Как ни удивительно, наши единственные подсказки насчет будущего опираются на прошлое. Вот почему жизнь нередко сравнивают с ездой на гоночном автомобиле, когда постоянно смотришь в зеркало заднего вида. Понятно, почему время от времени происходят аварии. Подобно прорицателям из дантовского «Ада», которым в наказание вывернули головы назад, мы входим в будущее, непрерывно оглядываясь на прошлое. Ирония в том, что историки, которые тратят свое время на изучение прошлого, уделяют столь мало внимания размышлениям о будущем. Одна из целей моей книги – обосновать связь мышления о прошлом (оно же «история») и мышления о будущем, дабы впредь использовать прошлое более умело для освещения возможного будущего.
Сегодня вдумчивое размышление о будущем кажется особенно важным, ведь нам выпало жить в эпоху, которая, похоже, станет определяющей для истории нашей планеты. В прошлом столетии люди вдруг сделались настолько могущественными, что фактически покусились на будущее Земли и жизни на ней. Наши свершения в ближайшие пятьдесят лет предопределят будущее биосферы на тысячи, если не на миллионы лет вперед. Причем наши действия будут зависеть как от размышлений о возможном будущем, так и от того будущего, которое мы пытаемся создавать. Более глубокое понимание того, что такое, собственно, будущее, как мы можем к нему подготовиться и какое будущее наиболее вероятно, – вот крайне важные формы представлений, не только для специалистов, но и для всякого сознательного жителя современного мира.
При этом, несмотря на всю необычность будущего, все то количество мыслей, которые обращены к возможному будущему, и всю фундаментальную значимость осознанных размышлений о будущем, мы редко обучаем общим навыкам мышления о будущем в наших школах и университетах. Мы учим специализированным навыкам мышления о будущем, таким как компьютерное моделирование, но большинство из нас действует в итоге почти наугад. Мы полагаемся на свои инстинкты и интуицию, вступая в пределы загадочного мира, который распахивается перед нами, занимает наши мысли и во многом направляет наши действия. Я писал эту книгу отчасти потому, что понимал, сколь мало известно людям о так называемом будущем и о тех умениях, что необходимы для тщательного осмысления возможного будущего. Тем не менее у меня не получилось составить некое доступное общее введение в тему будущего и мышления о будущем3. Подозреваю, что я не одинок в желании узнать больше о странном мире за скрипучей дверью. Поэтому я попытался написать книгу, которую сам жаждал прочитать: это что-то вроде руководства пользователя о будущем. Не являясь специалистом в области мышления о будущем, я попытался разобраться в том, что мы подразумеваем под «будущим», лучше понять, как правильно думать о будущем, и представить, как можно использовать это лучшее понимание для воплощения будущего – для себя самого, для нашей планеты и для вселенной в целом.
Большая историческая перспектива
Эта книга исследует наши представления о возможном будущем через призму «большой истории» – складывающейся сегодня междисциплинарной области, которая в моем собственном преподавании и в моих собственных статьях господствует вот уже третье десятилетие4. Большая история рассматривает прошлое во всех возможных видах и с различных научных точек зрения; она считает, что своего рода триангуляция способна привести к более богатому и глубокому пониманию истории. Дэвид Юм говорил, что ему доставляет удовольствие изучать задачу «довольно скрупулезно»5. Надеюсь, что этот подход поможет нам лучше узнать будущее через перспективу большой истории. Вообразите, что вы берете в руки кристалл, в котором заключено будущее. В следующих главах мы будем многократно переворачивать этот кристалл, разглядывать будущее сквозь разные грани, при разном освещении и глазами специалистов самого разного толка. Всякий раз при повороте кристалла его форма, цвет и содержание немного меняются, так что мы можем узнать что-то новое.
Изучение задачи с разных точек зрения может принести немалую пользу. Увлекательная теорема теории сетей, известная как теорема о малом мире [5], служит здесь объяснением. Она показывает, что в сети, где большинство точек соседствует одна с другой, всего несколько дальних связок способно преобразовать сеть целиком, увеличивая скорость обмена идеями, информацией и товарами. Большая часть человеческой истории складывалась под воздействием сетей размером с деревню, где проживали соседи со схожими взглядами. Но если хотя бы один житель такой деревни регулярно ездит в ближайший город, он в состоянии революционизировать локальную сеть, связать ее с большими потоками информации и совершенно разными точками зрения. Вот почему малочисленные «связующие» – бродяги, торговые караваны, коробейники, странствующие пророки и солдаты – играли столь важную роль в истории человечества. Древние Шелковые пути изменили историю Евразии, создав сети обмена – не только товарами, но также информацией и культурой – от Кореи до Средиземноморья6. Перемещение в среде научных дисциплин может быть не менее обогащающим. Те, кто пересекает разграничительные линии между дисциплинами, создают основные парадигмы современной науки, будь то космология Большого взрыва, сочетание физики огромного и малого, или современная генетика, сочетание химии, биологии и физики. Подобно Шелковому пути, перспектива большой истории может сплести воедино нити из многих областей знаний, привести к новым прозрениям и новым способам мышление. Установление новых связей в такой сложной и раздробленной области знаний, как мышление о будущем, может быть особенно важным. Как пишет Уэнделл Белл, один из пионеров современных «исследований будущего», «в мире специалистов и специализированных знаний важную – но пока незаметную для общества – роль играет человек, который видит картину в целом, который понимает взаимосвязи разного, который прозревает целое, а не только отдельные части»7.
Конечно, пересекать границы дисциплины не менее рискованно, чем было в старину путешествовать по Шелковому пути. Приходится идти на компромисс между локальным знанием и общей картиной. Надеюсь, что понимание благодаря различным точкам зрения уравновесит случайные потери – в четкости, в нюансах или в строгости описаний. Квантовый физик Эрвин Шредингер хорошо охарактеризовал эту дилемму в предисловии к книге «Что такое жизнь?», междисциплинарной работе, вдохновившей Фрэнсиса Крика и Джеймса Уотсона на прорыв в области исследований ДНК. Признавая, что он не биолог, но пребывая в убеждении, что физика способна многое предложить биологии, Шредингер писал: «Я вижу лишь один способ справиться с этой дилеммой (иначе наша истинная цель будет утрачена навеки): кто-либо должен взять на себя синтез фактов и теорий, даже полученных из вторых рук и неполных, рискуя выставить себя глупцом» [6].
Моя книга изучает будущее в том же духе. Она нацелена на то, чтобы сделать наше понимание будущего «довольно скрупулезным», однако, сколь это ни парадоксально, предлагает широкий охват и рассматривает будущее с разных сторон. Она показывает, как мы пытаемся понять будущее, как
