— Я люблю ее и всегда буду любить.
— Твоя любовь побуждает тебя рассказать ей обо всем, — молчание Рианы было красноречивее ответа, — но ты не можешь. Рассказывать, кто ты на самом деле, очень опасно для вас обеих.
— Она ведь сумела поднять восстание, поэтому к тайнам и секретам ей не привыкать.
— Не к таким тайнам. Эта ноша будет Элеане не по плечу.
— По-моему, ты ее недооцениваешь.
Вдруг все услышали шум двигателей и испуганно замерли. Глаза поднялись к небу, потому что гул кхагггунских звездолетов, сверкающих металлом пушек, заглушил шорох ветра и щебет ночных птиц. Собравшихся охватил леденящий ужас, будто из атмосферы исчез пригодный для дыхания воздух. Они увидели бледные ионные следы, недолговечные, словно дым, и в неярком сиянии луны похожие на зловещие руны под трепещущими облаками. Медленно текли секунды, и вот гул унесся прочь. Сначала от него осталось лишь эхо, а потом и оно растворилось в тишине, от которой болели уши. Риана и Джийан облегченно переглянулись, и Риана снова взглянула на Элеану, любуясь гибкими движениями девушки. Темные ресницы. Свет луны на высоких скулах. Плавный изгиб живота.
— Или дело не в этом? Ты ей не доверяешь?
— Дело не только в доверии, — осторожно сказала Джийан.
— Разве? — Слова Рианы прозвучали резче, чем ей самой хотелось.
— Я же тебе объясняла: в Пророчестве сказано, что у Дар Сала-ат будет три союзника. Один будет ее любить, второй — предаст, а третий попытается погубить.
— Не может быть, чтобы речь шла об Элеане. Кто угодно, только не она!
— И все же это она, — мягко ответила Джийан. — Ты не можешь представить того, что известно мне.
— Она беременна от Кургана. — Курган был старшим сыном Веннна Стогггула и — когда-то — лучшим другом Аннона. — Очень скоро ей потребуется наша помощь и поддержка.
— Ты — Дар Сала-ат, у тебя найдутся дела поважнее.
— Она до сих пор помнит, как ее насиловал Курган. Что может быть важнее, чем боль ближнего?
— Судьба нашего народа.
— Судьба нашего народа состоит из боли. Ты должна это понимать лучше всех в Кундале.
Джийан в изумлении смотрела на Риану — золотоволосую, загорелую, с крепкими от скалолазания мускулами. Она подумала, что эта красивая сильная девушка легко вырвется, если попробовать ее обнять.
— Прости меня, Тэйаттт, — попросила Джийан. — Я всю жизнь хранила тайны. Сначала скрывала свой дар от колдунов Осору, которым поклонялись рамахане. Потом скрывала от в'орннов то, что называюсь госпожой. Ведь они наверняка убили бы меня, если б узнали, кто я такая. И наконец, я хранила тайну о тебе, потому что попытались бы уничтожить и тебя. Из тайн состоит вся моя жизнь.
Свет двух из пяти лун Кундалы проникал через пять арочных окон библиотеки и, отражаясь от стеклянных изразцов купола, преломлялся в трех направлениях. Ярко освещенная луной Джийан, казалось, излучала колдовскую энергию. Ее белое одеяние напоминало по цвету снега, покрывающие неприступные вершины Дьенн Марра, горной цепи, лежащей на севере. Кисти и предплечья под густо-черным хризалидовым панцирем были единственными частями ее тела, не сиявшими, как солнце. Хризалиды появились на руках Джийан после того, как она нарушила священный круг Нантеры, тщетно пытаясь спасти Аннона. Разве колдунья могла поступить иначе? Ведь он был ее сыном, которого она родила от регента Элевсина Ашеры. Джийан не рассказала об этом никому: ни Реккку, ни самому Аннону. Элевсин с самого начала убедил ее хранить все в тайне. Время от времени гэргоны посылали отряды кхагггунов для розыска детей, что рождались у кундалианских женщин, изнасилованных в'орннами. Хотя эти дети очень походили на в'орннов, геноматекки забирали их в «Недужный дух» в Аксис Тэре, где когда-то был кундалианский приют. Какие эксперименты проводили там над ними, не знал даже Элевсин.
Джийан покачала головой.
— И все же я не стану советовать тебе. Ты сама должна принять решение.
— Какое бы решение я ни приняла, — отозвалась Риана, — обещаю, что оно не будет опрометчивым.
— Большего я и не прошу, Дар Сала-ат.
Риана вернулась к книге, которую дала ей Джийан. Как и ее сестра-близнец, Джийан была рамаханой. Однако в отличие от Бартты, следовавшей Кэофу, магии Черной Грезы, до самой смерти на пожаре, она исповедовала магию Пяти Лун Осору. У Рианы тоже был Дар, ей передал его по наследству Аннон. Правда, Риана только познавала азы колдовства, но уже предвкушала, что станет такой же искусной колдуньей, как Джийан. Хотя Стогггул и Морка умерли, и она одолела Малистру, злую колдунью Кэофу, врагов у Дар Сала-ат было превеликое множество. И намного опаснее поверженной Малистры, которая при жизни охотно помогала всем желающим стоить козни против Рианы. Когда волшебница погибла, враги Рианы ни на минуту не оставили своих замыслов и нашли других помощников. И все же сейчас Риану интересовало совсем другое.
Она отложила учебник с теорией и упражнениями по Древнему языку и подошла к Джийан. В воздухе вились пылинки, вспыхивающие в свете лампы. Одна из лун, цвета свежей травы, была полной и ярко светила в арочное окно. В паутину угодило какое-то насекомое.
— Ты так быстро выучила свой урок, Тэйаттт? — Густые пряди цвета яркой меди упали на точеную шею Джийан и заскользили по плечам.
— Честно говоря, у меня накопилось слишком много вопросов, чтобы воспринимать знания. — Риана сложила руки на трапезном столе из аммонова дерева, который тянулся через всю библиотеку. — Если ты знаешь, то должна мне объяснить, почему я не смогла открыть дверь в Хранилище.
Джийан молчала целую вечность. Без всякого сомнения, она, как и Риана, думала о двери в Хранилище, которую миллиарды лет назад Миина воздвигла в пещерах под Средним Дворцом.
Там Миина укрыла Жемчужину до того времени, когда, согласно Пророчеству, она понадобится. По преданиям кундалиан, эту дверь может открыть только Дар Сала-ат при помощи Кольца Пяти Драконов. Одолев злую волшебницу Малистру, Риана попыталась открыть дверь, используя Кольцо, но ничего не получилось. Почему же?
Джийан собиралась заговорить, когда внезапно ее лицо исказилось от боли. Застонав, она схватилась за хризалидовый панцирь на правой руке.
— Джийан…
— Все хорошо, — прошептала колдунья, — боль уже проходит.
Лоб Джийан покрылся бисеринками пота.
— Я хочу помочь.
— Увы, одного желания мало… — В уголках глаз появились слезы. Джийан сильно побледнела и попыталась успокоиться. — Кольцо Пяти Драконов не помогло тебе открыть дверь лишь по одной причине. На место, где Миина построила Хранилище, она наложила охранное заклятие. Это звучит странно, и все же Портал между нашим миром и Бездной был взломан. Тогда к нам проникли демоны, изгнанные в Бездну миллиарды лет назад. Пока они находятся в нашем мире, дверь не удастся открыть даже тебе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
