Читаем без скачивания Пособие для обманщика - Владимир Балтунов

В каком ключе двигаться, мы не услышали, все ждут сигнала из столицы. Но подготовительный этап явно идет хорошо.

Теперь нужно было внедряться в информационное поле, словно червякам в яблоко.

Мурашки от телевидения

Телекомпания представляла унылое зрелище. Напоминала педколледж захолустного городка. Фраза, конечно, банальная, но уж слишком подходящая. Стены компании обшарпанные. Деревянные панели похожи на лица сотрудников. Мужская мода сводилась к бесцветным брюкам. Женская – к цветастым комбинациям.

Уют серости добавляли растения зимнего сада, сидящие в пыли.

Директор – розовощекий толстячок. Я всегда к таким отношусь с подозрением. Есть у подобных «застенчивых врунов» особенная физиологическая черта. Они покрываются пятнами в зависимости от степени лжи.

– Увели, – торопливо говорит директор. – Все оборудование увели. Четыре камеры импортных, хромак, краны и компьютеры. Просто ушли.

У него начинали гореть бордовым скулы. Потом кровь переливалась к носу и уходила на лоб.

Знаю эти ноги. И откуда растут, тоже догадываюсь. Явно без его помощи не обошлось. В общем, к нему я отнесся с недоверием.

Да и к нам также. У меня вообще сложилось впечатление, что улыбка тут считается признаком слабости. Может, просто суровый край не располагает людей к позитивному настрою. Я даже посчитал. За первый рабочий день общения я увидел две улыбки! Вот так-то.

Ревность корреспондентов к своей телекомпании чувствовалась через дверь. На меня косили глаза и молчали, даже когда я усиливал вопросительные интонации. Ну да и хрен с ними. Все временно.

Еще одни мурашки

На планерке я выглядел белой мышью. С планшетом в руках и глуповатой улыбкой. Продюсер – широкая женщина, с грудью на столе и коровьими глазами на лице, представилась:

– Азэри, а вас как величать? Я слышала, как президента России.

Она оказалась «смотрящим» оппонента. Перекраивала информацию в выпуске по нужным для заказчика лекалам. Усиливая один материал и скрывая другой в толще новостной мишуры. За что получала надбавку к зарплате. И по кислой ее физиономии было ясно, что не очень-то я тут к месту.

Собрались редакторы и несколько корреспондентов. Скользнув по мне глазами, их же закатывали.

– Новостей немного, – объявила Азэри, – работник целлюлозно-бумажного комбината повесился, школу открыли, электронные рецепты появятся. Так что налетаем, разбираем.

– С работником пустышка, – отозвался шеф-редактор. Его лицо закрывала борода императора Николая II – Ну повесился, подумаешь, зарплату не выплатили.

– Кстати! – оживился директор. – Радостное известие. Нам подняли зарплаты на 300 рублей!

– Как раз веревку купить, – пробурчала одна из корреспонденток. У нее были бледные сальные волосы и круглое кукольное лицо, обиженные морщинки возле губ. – И в коридоре места всем хватит.

– Мда, но это не все, – директор улыбнулся, – коммерческая часть зарплаты урезается на 300 рублей.

– Блять, даже веревки лишили, – пробурчала все та же корреспондентка.

Остальные обсуждения были менее эмоциональны. Но это же всего лишь первая планерка. Сколько их еще впереди?

Спин-докторинг

И все же вверну «умное» словечко. Уж больно руки чешутся. Spin-doctoring – это не что иное, как препарация информации и подача ее под нужным углом.

Лучше один раз по наковальне ударить, чем объяснять физические свойства молота.

Новостной выпуск состоит из пяти больших сюжетов и четырех видеоинформаций.

Если в начале выпуска идет негативная информация, авария например, то и последующая будет восприниматься отрицательно.

Также возможно поставить после позитивной информации (о развитии АПК в области) сюжет о суде над директором одной из ферм. Люди воспринимают тематику в общем. Однако противоположные заявления склоняют зрителя к недоверию.

Ну а если хочешь скрыть тему, нужно превратить ее в маленькую (около 20 секунд) информацию. И конечно, подать в последнем блоке, который в основном наполнен сюжетами о культуре, детях и спорте.

Так повелось в нашей стране, в отличие от запада, что бить по рукам журналистов и продюсеров должен spin doctor. А в Дьявольске приходилось это делать не раз в течение дня. Проплаченные продюсеры «зачерняли» эфир. Подбрасывали мину замедленного действия жителям. Посыл «все плохо» заставляет людей отворачиваться от власти. А значит, и от местных реформ. Что, естественно, приводит социум к скрежету зубами.

Работа по-настоящему грязная. На это место пригласили спеца из Иркутска. Чему я был очень рад. Избавился от тягостного клейма надсмотрщика. Да и новый спин-доктор оказался весьма умным и проницательным человеком. С Никитой мы подружились.

Весь этот докторинг с виду – дело нехитрое! Никита каждый день приходил на летучку. Выслушивал список тем на день и их расстановку в каждом выпуске. Их было четыре: две днем и две вечером. Темы с участием губернатора двигались ближе к прайму. Впрочем, как и информационные колебания «Единообразной России». «Негативщина» уходила в дневные выпуски, то есть в те, которые мало кто из жителей видел.

Приходилось ковыряться и в журналистских текстах. Конечно, люди творчества всегда болезненно реагируют на агрессию редактора. А тут вообще бесились. Но некоторые строки покидали тщедушное «тело» материала.

Вот такая операция. Здесь приходилось орудовать не только скальпелем и не только под анестезией.

Многозадачный формат

Все редакционные задания политтехнологов звучат примерно так:

– Ребята, вам доверяется самый важный фронт работы. Вы на передовой. Вам нужно создать продукт, который залезет на подсознанку электората. Все! Свободны!

– ???

Тогда есть несколько ходов. Для начала нужно узнать об «окнах» и «дырках». И то и другое касается телеэфиров. Конечно, если уж тебя рекрутировали на выборы, значит, эти окна есть.

Потом следует определить формат. Например, на выборах Президента нам дали две минуты ежедневного эфира. Да и вообще, подобная хронометражная скромность раньше была популярна. Таким «новостным» форматом вколочено много материала, и черного и белого, в головы граждан.

Однако нужно готовиться, маленький формат предполагает постоянную беготню – ежедневное производство сюжетов. Они выходят в конце новостных выпусков.

Так были рождены программы «100 секунд», «Обдумаем», позже – «Мысли вслух» – формат универсальный. Одна тема – один выпуск. Час съемки – и две минуты в эфире готово! Ну это я утрированно))))

Сейчас же мы столкнулись с другим форматом, более весомым по времени и объему. К тому же законодательство вставило палки в колеса пиарщиков. Лить грязь стало сложнее. Потребовалось позитивное мышление. О, как! Белый пиар стал востребованным.

Нам дали в эфире 15 минут, а это целая программа. Но прямая агитация – бельмо на глазу. Такой подход вызовет обратную реакцию людей.

И вот тогда мы выпили пива. Нам это всегда помогает.

Почему мы? Потому что любой продукт – работа коллективная. До сих пор не понимаю, когда начинают перетягивать одеяло на себя. Бери в пивную креативщика, режиссера, оператора. Заказывайте темное, сыр и куриные крылышки.

Мы решили, что люди могут интересоваться только собой и знакомыми. Так что начинать нужно с «социалки». В ней занято более половины жителей. Она понятна. Она нужна каждый день. И это касается многих городов.

Конечный продукт мы сформулировали таким образом.

Каждая программа посвящена одной тематике: религия, медицина, образование, архитектура и так далее. Все темы раскрываются через людей.

В начале программы ставим дайджест – «нарезка» из новостей за неделю. Не более пяти строчек. И по времени не более двух минут. Все это для того, чтобы придать динамизм.

Конечно, это не обязательное условие. Я вообще был поначалу против. Мне и сейчас кажется, что дайджест сбивает ритм программы. Но… повторюсь, коллективное это творчество!

Спецрепортаж или материал в стиле «Журналист меняет профессию» должен растолкать зрителя. Здесь важна тема программы. «Скучные» всегда надо замешивать в коктейль с «движением». Ну, например, тема одной программы – животноводство, где доярки и нудные коровы с тоской в мокрых глазах, следующей – работа МЧС, с выездом на место аварии. С криками, кровью (если повезет) и героем с медалями.

В развитие подбираются интервьюеры, как говорится, в тему. Они (постарайтесь нескучно) дают определенную аналитику, врут о новых технологиях и заглядывают в будущее. Сделать эту часть «смотрибельной» поможет только динамика интервью. Короткий вопрос, короткий ответ. Другая схема работает, если человек и правда интересный. Ох, и редкость это.

Далее следует герой – человек нужной нам профессии. И лучше, если этот герой действительно отличился своим поступком. В основном, у людей «в возрасте» есть рассказы, в которых и трагизм, и юмор. Они – «двери». То есть могут как открывать тему, так и закрывать ее. Однако нужно знать, что герой становится интересней, если он вынут из зоны своего комфорта. Врач? Ну, пусть фотографирует семью на набережной. Капитан дальнего плавания? Пусть сходит в художественный музей, полюбуется на творения Айвазовского.