прошлого года ты на полный серьез собирался жениться на некой Татьяне…
— Нет, сейчас случай особый, — уверенно проговорил парень и подпер подбородок рукой, затуманенным взором уставившись куда-то в сторону. Он даже никак не среагировал на подошедшего официанта, поэтому мне пришлось делать заказ для двоих, благо я хорошо знала вкусы друга: борщ и пельмени.
— Ладно, — сдалась я потом и откинулась на спинку стула. — Рассказывай, кто она?
— О-о, она самая прекрасная женщина на свете, — тут же оживился Даник. — Блондинка, с обалденными голубыми глазами и ослепительной улыбкой…
— А размер какой?
— В смысле? — недоуменно сморгнул Данила.
— Размер груди? — бесстрастно пояснила я. — По-моему, ты в первую очередь обращаешь внимание на эти параметры…
— Не знаю, я как-то не приглядывался, — Даник безразлично пожал плечами, и мне показалось это странным: чтобы мой приятель не обратил внимание на формы интересующей девушки? Нонсенс какой-то! Это даже как-то слишком и совсем не про него. Может, и вправду влюбился?..
— Ну а имя твоей нимфы какое? Сколько ей лет? Чем занимается?.. — уже с большим любопытством спросила я.
— Имя у нее тоже божественное — Алина, — с придыханием отозвался парень. — Двадцать четыре года. А работает она флористом, в цветочном магазине…
— Боже, как романтично, — протянула я. — Золотоволосая богиня Алина из цветочного магазина…
Данила хоть и уловил сарказм в моем голосе, злиться не стал. Вместо этого он как-то сочувственно посмотрел на меня и с несвойственной ему серьезностью сказал:
— Тебе, Анька, тоже не мешало бы влюбиться… А то совсем зачерствеешь…
Слова друга горечью отозвались в душе. Не мешало бы влюбиться?.. Ах, если бы он знал, как мне хочется этого «влюбиться»! Только, чтобы это было не просто увлечение, а раз и навсегда…Чтобы сердце замирало, и ноги подкашивались от одного только взгляда или прикосновения … Чтобы ради этой любви совершать безумные поступки… Сворачивать горы и осушать океаны… Взлетать к небесам и падать в пропасть… И чтобы все это было взаимно. Только вот в мои без пяти минут двадцать семь открыто мечтать об идеальной любви было уже как-то стыдно и глупо, поэтому я делала этот втихаря, где-то в самом дальнем уголке своей души и то под покровом ночи. Впрочем, пустые отношения ради отношений тоже для меня были не вариант. Вот и приходилось пускать нерастраченную энергию в другие русла…
— Сколько ты будешь жить по заданному себе сценарию? — продолжал тем временем Данила, читая меня как открытую книгу. — Школа — с золотой медалью, институт — с красным дипломом, работа специалиста в солидном банке — повышение до ведущего специалиста, следующая цель — начальник отделения… А что дальше, Ань?.. Жить-то когда будешь?.. Я же помню тебя веселой жизнерадостной девчонкой… Да, я понимаю, что ранняя гибель родителей, а потом и недавняя смерть бабушки подкосили тебя… Но жизнь-то продолжается… Нужно отпустить прошлое и жить дальше… Для себя… Твои близкие на небесах уже гордятся тобой, поэтому хватит задирать неведомые планки! Займись собой… Ты ведь красивая девушка, к тому же умная, хозяйственная… Да если ты захочешь…
И в этом Даник был прав! Только от этой правды мне хотелось сбежать, забиться в свой панцирь, защищающий меня от всех невзгод и от самой себя, и дальше жить, как сказал приятель, «по заданному сценарию». Что я с переменным успехом и пыталась делать.
— Нет, — именно поэтому я вновь уперлась рогом и даже чуток разозлилась на него. — Я не хочу… Меня все устраивает. И давай закроем эту тему. Тем более нам уже несут еду…
Данила подождал, пока официант расставит принесенные блюда и удалится восвояси, и уже веселей сказал:
— Это ты пока так говоришь, Анька! А потом как встретишь Его, то сразу жизнь перевернется с ног на голову… Как у меня с Алиной… Вот тогда ты меня поймешь…
— Ну хорошо-хорошо! — я не удержалась от смешка: все-таки на Данилу невозможно долго сердиться. — Договорились, буду с нетерпением ждать своего принца! А ты пока расскажи мне про свою принцессу поподробней. Где вы познакоми… — тут я запнулась на полуслове и уставилась на соседний столик: за ним сидел тот самый загадочный малыш, которого я утром приняла за сына клиентки. Ребенок был абсолютно один и по-прежнему с нескрываемым любопытством разглядывал меня.
— Подожди-ка, — бросила я удивленному Данику и решительно направилась к мальчику.
Но не успела я сделать и шагу, как на меня неожиданно налетел официант, и его поднос, благо что пустой, с грохотом упал на пол. Вот же растяпа! Этот инцидент на несколько секунд отвлек меня от моей цели, когда же я обернулась к тому столику, ребенка за ним уже не было. Меня вдруг начала бить непонятная дрожь.
— Где он? — перебила я официанта, который как раз в этот момент бормотал мне свои извинения.
— Кто? — опешил тот.
— Мальчик! — почти выкрикнула я, переводя взволнованный взгляд с официанта на бармена. — За этим столиком только что сидел маленький мальчик! Куда он делся?
— Извините, но я не видел никакого мальчика, — покачал головой официант, а бармен лишь пожал плечами.
— В чем дело, Аня? — подошел ко мне не на шутку обеспокоенный Данила.
— Кажется, я схожу с ума, — прошептала я, возвращаясь за свой столик. — У меня галлюцинации…
— Ты просто устала, — заключил Даник, когда я рассказала ему о странном ребенке, вернее, о моих видениях, связанных с ним. — Тебе нужно срочно отдохнуть… Когда у тебя отпуск начинается?
— Послезавтра, — угнетенно откликнулась я, уже без всякого аппетита ковыряя тушеные овощи на своей тарелке.
— Вот! Отдохнешь, отоспишься. Может, слетаешь куда на море? — предложил Данила. — Ты уже давно нигде не отдыхала… Все в Питере да в Питере…
— Не знаю, посмотрим, — мое настроение стремительно скатывалось к нулю.
Сейчас меня больше всего беспокоили эти непонятные видения, и я всерьез стала волноваться за свой рассудок. На работу я возвращалась, переполненная гнетущими мыслями.
— Ань, смотри! — окликнула меня у входа Катя. — Смотри, какая классная собачка! Что она здесь делает?
Действительно, прямо на крыльце нашего банка сидела собака, крупная, с густой серо-рыжей шерстью и торчащими ушами.
— Ой, она прямо вылитый волк! — продолжала восхищаться Катя. — А,
