Мы избавили тебя от негативной информации, ты чист, как новорожденный младенец! Таким и предстанешь перед Создателем!
ЕРОФЕЙ: Но Он же все знает!
КОМЕНДАНТ: Тем более нет нужды исповедоваться человеку. Пусть в рясе! Тем более, что своих грехов ты не помнишь!
ЕРОФЕЙ: А они были?!
ТИХОН: А кто без греха?
КОМЕНДАНТ: Считай, мы исповедались за тебя, все твои грехи тебе отпустили! В этом и заключается одна из задач нашего учреждения! Гуманизм в действии! Действительный гуманизм! Так что не задерживай меня, Ерофей. Иди!
ЕРОФЕЙ: Я хочу взять вот это!
КОМЕНДАНТ: Семейный альбом?
ТИХОН: Да пусть!
КОМЕНДАНТ: Под твою ответственность, Тихон Сергеич. Чтоб никаких мне истерик в камере, попыток суицида. Ты понял?
ТИХОН: Так точно. Бери свой альбом, Ерошка.
КОМЕНДАНТ: Так! А последнее желание?
ТИХОН: Захоти девчонку, Ерошка! Из-под земли достану!
ЕРОФЕЙ: Не надо!
ТИХОН: Ты чего испугался? Это ж только так говорится — из-под земли! Я тебе живую приведу, самую кралю!
ЕРОФЕЙ: Зачем мне чужая женщина?
ТИХОН: Чудила! За тем, что — женщина! Твоя-то, небось, замужем давно, детей растит.
КОМЕНДАНТ: Установим. Ты не припомнишь, Ерофей, ее фамилию, адрес? Особые приметы, хотя бы?
ТИХОН: Опиши, какая она была!
ЕРОФЕЙ: Эстрелья?
КОМЕНДАНТ: Или Эсперанса.
ТИХОН: А может, через черточку, Эстрелья-Эсперанса? У латинос так сплошь и рядом! А она, судя по имени… Кто была твоя девчонка, Ерошка? Ты где ее снял?
ЕРОФЕЙ: Не помню.
ТИХОН: Путана она была. Эти любят называться поэкзотичней.
ЕРОФЕЙ: У меня не могло быть путаны.
ТИХОН: Прогресс! Что-то сообразил! Ну, не могло, так не могло! Может, ты по парку погулять хочешь? На каруселях покататься? Устроим!
ЕРОФЕЙ: Не надо
ТИХОН: Ты ж, когда в последний раз гулял в парке?
ЕРОФЕЙ: Вы меня наколете, чтоб не сбежал, и буду я, как кукла… Или облепите со всех сторон, или… Нет, не хочу.
КОМЕНДАНТ: Время, Ерофей, время! У меня еще трое освобождаемых на сегодня!
ТИХОН: Мы вас так называем. Вы ж покидаете юдоль страданий!
ЕРОФЕЙ: Я хочу прочесть мою книгу!
ТИХОН: Оно тебе надо?
ЕРОФЕЙ: Да!!
КОМЕНДАНТ: Ну, Ероша, задал ты мне задачку! Почему бы тебе?..
ЕРОФЕЙ: Я только ее хочу! Мою книгу!
ТИХОН: Тебе ж ясно сказали: уничтожена твоя книжка!
ЕРОФЕЙ: Разве она была всего одна?
КОМЕНДАНТ: Тираж уничтожен.
ЕРОФЕЙ: Весь?!
КОМЕНТАНТ: Его и было-то двадцать экземпляров. Может, где какой экземпляр и завалялся, но это сомнительно.
ЕРОФЕЙ: Найдите мне!
ТИХОН: Мы что, сыщики?
ЕРОФЕЙ: Найдите!
КОМЕНДАНТ: Хорошо, мы попробуем. Не обещаем, но попробуем.
ЕРОФЕЙ: Я так не умру! Не хочу! Я буду кричать! Я буду жаловаться!
КОМЕНДАНТ: Иди уже! Забирай свое дело…
ТИХОН: Давай пособлю!
КОМЕНДАНТ: Пособи и сразу назад! А то время крадем у наших освобождаемых!
(Ерофей и Тихон выходят. В кабинете Коменданта звонит телефон, он берет трубку: «Да! Да, ласточка, как всегда работаю!.. Ты же знаешь, что тебя я рад видеть в любое время дня и ночи, а сегодня ждать буду с особенным нетерпением! Тяжелый сегодня у меня день!»)
ТИХОН: (сопровождает Ерофея в камеру) Зря ты.
ЕРОФЕЙ: Что?
ТИХОН: Ну, кому ты пожалуешься?
ЕРОФЕЙ: Это я так… Вдруг вырвалось!
ТИХОН: И орать ты не будешь. Вкатают укол, и пойдешь, как агнец на заклание, тихо, мирно!
ЕРОФЕЙ: Я так не хочу.
ТИХОН: Так и не выеживайся.
(Ерофей и Тихон входят в камеру — комнату без окон, с электрической лампочкой в железном колпаке высоко под потолком. В камере три койки, стол, три привинченных к полу стула. В камере — Вор и Грек)
ТИХОН: Я Ерошку с приговора привел, так что вы за ним последите! (Вору) И смотри мне!..
ВОР: Что?
ТИХОН: Только тронь его, бандитская морда! Только попробуй доколупаться!
ВОР: Что ж я, не человек?
ТИХОН: А то — человек! (Ерофею, указывая на папку) Может, ну его? Может, лучше водочки?
ВОР: На троих!
ТИХОН: (Вору) Вор! Дождешься освобождения, я тебе ящик приволоку! От себя лично! На радостях! А сейчас сиди тихо! Будь вежлив и толерантен, понял?! (выходит)
(Пауза. Все трое сидят молча, глядя в пространство перед собой)
ГРЕК: На заре?..
(Ерофей кивает. Новая пауза. Ерофей пододвигает к себе папку)
ЕРОФЕЙ: Это какая буква? Эта, в серединке.
ВОР: Ты чего это приволок?
ЕРОФЕЙ: Мое дело.
ВОР: Ну, не хочешь говорить…
ЕРОФЕЙ: Я же говорю: мое дело. Вот! Тут и написано. Только я забыл, как читать.
ГРЕК: Дай-ка!.. Микулин Ерофей Денисович. Так тебя зовут. Вспомнил?
ЕРОФЕЙ: Это я помню. Я прочесть не смог.
ГРЕК: Лиха беда начало. Вот это — ка, это — эф, это — эр…
ВОР: Ну, ты даешь, Грек! Профессор в натуре!
ГРЕК: Я все время упражняюсь. Читаю лозунги, информацию на стендах…
ВОР: И че, полезная информация?
ГРЕК: Мы с вами содержимся в суперсовременной тюрьме, где соблюдены как юридические, так и нравственные законы общества. Весь персонал тюрьмы будущего, начиная от коменданта, всячески стремится облегчить наше существование в стенах воспитательно-оздоровительного учреждения.
ВОР: Ты столько прочел?!
ГРЕК: В учреждении наряду с воспитателями из числа военнослужащих трудятся квалифицированные психиатры, психотерапевты, ученые — обществоведы, богословы, специалисты различных областей знания…
ЕРОФЕЙ: Это — лэ?
ГРЕК: Эл.
ЕРОФЕЙ: Ми-ку-лэ…
ВОР: Эт не ко мне, я неграмотный. Четыре класса прошел. И то все, чему учили, из башки испарилось! Хотя расписываться — умею! А ты что с этим томом делать собрался?
ЕРОФЕЙ: Читать.
ВОР: А сумеешь?
ЕРОФЕЙ: Да. Я не все буквы забыл. Я вспомню.
ГРЕК: Вслух читай!
ВОР: На фиг! Чтоб у меня потом башка месяц трещала от этой галиматьи? Хоть бы там, что занятное было! Ни в жизнь не поверю, что такой сморчок дел наворотил!
ЕРОФЕЙ: Я был не такой! Я был — вот!
ВОР: Ну?.. Не, это не ты!
ЕРОФЕЙ: Я!
ВОР: Брось! Не твоя это фотка! Скажи, Грек!
ЕРОФЕЙ: Да ты всмотрись, всмотрись!
ГРЕК: Он это.
ВОР: Грек у нас добренький… И это, скажешь, ты?
ЕРОФЕЙ: Тут везде я!
ВОР: И это?
ЕРОФЕЙ: Ну да!
ВОР: Ты что, в детстве девкой был?! Гляди, Грек! Это ж девка! И вот!
ЕРОФЕЙ: Тогда это… У меня были сестры!
ВОР: С чего ты взял?
ЕРОФЕЙ: Вот! (вынимает бумаги из папки)
ВОР: Что — вот?!
ГРЕК: Свидетельства о смерти Микулиной Дарьи Денисовны и Дашко Прасковьи Денисовны. Твоя старшая сестра была замужем.
ВОР: Это вот у него были сестры, у этого! (тычет в фото) А ты…
ЕРОФЕЙ: Это я теперь ничего не
