приносил, иные же услугой расплачивались. Главное было слушаться и делать всё, как тебе сказано было, и в нужный момент, невзирая на страх, что мог и парализовать на какое-то время, ты был вынужден не сплоховать, и тогда всё потихоньку налаживалось. Так что было у него что поесть и чем стол накрыть. Брал предлагаемое исключительно если оно, собственно, нужно было ему.
Хотя Егор помогал и выполнял человеческие просьбы, люди сосуществовали с ним, а в остальное время сторонились его и избегали. Такое отношение ни в какой мере не задевало чертозная, хмыкнув, он продолжал заниматься своим делом.
«Они его весьма боятся, чтобы попытаться убить или навредить. Трусы, алчущие помощи от кого бы то ни было, им токмо требуется давать желаемое», — таковы были думы тёмного колдуна. И так было суждено случиться, что попала к Егору на воспитание девчушка малая с разноцветными глазами, что из мест далёких с матерью пришла в их деревеньку. Не обратил бы своего внимания на неё молодой чертознай, если бы голос внутри него не произнёс: «Не упусти её».
Тогда стал тёмный знающий присматриваться к ребёнку. Девчушка казалась обыкновенной, но он, воспользовавшись колдовским зрением, смог увидеть немалый потенциал, спящий в ней. Так колдун наблюдал за своей будущей ученицей, дожидаясь дня, когда она перейдёт под его опеку, и тогда он возьмётся за неё.
Мать той девочки вскоре померла, оставив Василису одну. Деревенские бабы сразу начали сокрушаться о дальнейшей жизни ребёнка, но дальше слов дело не сдвинулось с места. Кому нужна пришлая без роду и племени. У каждых своих забот да горестей полон дом, чтоб ещё силы и время тратить на приёмыша. А так они хоть «пожалели» её, как у людей принято.
Мать Василисы похоронили всей деревней. Прощаний не было. Мужики быстро управились со своим делом, забросав гроб землей. На тех похоронах был Егорий. Слушал он речи людские и понимал, что не нужна девчонка. Останется она одна и пропадёт от голода и тяжёлой деревенской жизни. А ему не грех воспользоваться данной ситуацией и передать знания. И как ладно жизнь обустроила.
Взглядом острым, от которого мороз по коже продирает, а душа от страха начинает метаться, прожог чертознай присутствующих. Положив руку на плечо ребёнка, он всем объявил, что сегодняшнего дня Василиса становится его внучкой. Люди поуспокоились, что не надо голову ломать над чужой бедой, и так своих забот хватает, и разошлись по домам. Спокойным лицом, которое оказалось гораздо моложе, чем девчушка ожидала, дед цепко осмотрел её и жестом показал, чтобы она следовала за ним.
С того дня у девочки появился названый дядя и учитель.
Василисе не пришлось ничего рассказывать чертознаю. Егор, посмотрев на ребёнка и применив колдовскую силу, всё увидел. История её родителей была похожа на все остальные. Молодая девушка, сбегая от нелёгкой судьбы в семье, выскакивает за молодого парня. Она счастлива, и ей кажется, что жизнь теперь будет другой, но после того, как она сообщает своему любимому, что беременна, он исчезает из её жизни. Оставшись одна с ребёнком в чреве, ничего не понимающая, растерянная и не верующая в случившееся, мать Василисы вынуждена жить как-то дальше.
Время пролетело, и девочке уже пять лет, но ни ей и ни её матери покоя нет в родной деревне. Женщина забирает дочь, и они уходят из родных краёв.
А там скитания. Голод, холод и другие жизненные обстоятельства и поступки людей.
Здоровье женщины подорвано, а болезни в ней прогрессируют, и сьедают изнутри.
В их деревне, Бог решил поставить точку в конце жизни Василисиной матери, оказав огромную услугу мудрецу.
Полетели денёчки. Потихоньку втянулась девчушка, стала хозяйство вести и обучаться у колдуна. У Егора с ней особых хлопот не было: ела, что дают, помогала, когда просили, соображала быстро. Про маму не вспоминала.
Гордость и радость переполняли мужчину. Не мог он предположить, что на старости лет такая удача ему подвернётся, — заиметь столь способную и талантливую ученицу и воспитанницу.
Она быстро осваивала новые знания и успешно применяла их. Заглянуть в будущее с помощью бесовской силы, увидеть скрытое занавесом тьмы от других людей. Умела облегчить боли, что возникали вследствие действий злых людей. Снимала сглаз, порчу.
Видя старания племянницы, чертознай иной раз клал шершавую ладонь на голову ребёнка и, чуть проведя по чёрным волосам морщинистой рукой, кратко и сдержанно хвалил девочку. Василиса не задумывалась над тем, к чему в будущем приведёт её дедова наука. Она попросту училась всему, чему он её обучал.
А речи сельчан о дедовом безумии Василиса игнорировала. Да и когда девки али парни дурные называли её сукой верной, высмеивая привязанность к тёмному колдуну, Василиса не обращала внимания на речи их, чем вызывала ещё большее желание обидчиков, задеть чужачку.
Но скупость в проявлении эмоций у девушки была как у её названного деда.
Учил он её над собой работать, чтобы она магией себе не навредила, а то несложно такого натворить, что хорошего исхода дел не предвидится. И напрасно мечтать о том, чтобы стало как раньше.
Старый чертознай, не в пример другим, владел знаниями в избытке, а чтобы юной ученице было легче в учёбе, в быличках и сказах он передавал житейскую мудрость и опыт разных людей, столкнувшихся с неизведанным. Здесь были истории не только о нечистой силе, но и о людях, заключивших договор с ними и сами наполовину ставшие жителями другой стороны. Некоторые из них могли жить достаточно долго, питаясь людскими желаниями, силами и целями.
Ещё он рассказывал о людях, что похожи своими целями и стремлениями на нечистых, они всегда голодны и умеют ждать и выжидать, когда цель будет готова, они примутся за её обрабатывание.
Если информация не усваивалась в юном уме с первого захода, то со второго уж наверняка. Он понимал, что время быстро минует, месяцы сложатся в года, а ученица сохранит всё, что он успеет рассказать и практиковать с нею. Поэтому приводил её в оставленные людьми дома или в заимки и рассказывал об особых правилах для таких ничейных и одновременно с этим общих местах.
К чертознаю разные люди с всякими просьбами приходили. Кто с фальшивой добротой, кто поласковее и предусмотрительным старался быть. Не гнал девушку из дому Егорий. Иной раз проситель пытался поделикатнее намекнуть, что нечего уши греть девке, когда старшие будут разговаривать, но тёмный знающий говорил: "Ты за помощью пришёл? Так окажем мы её тебе. А преемнице моей опыта набираться надо. Близко то время, когда
