Луны были пусты, они не функционируют, как у обычных людей… проще говоря, — она слепа, но это совсем не мешает ей жить, потому что ей не нужно человеческое зрение.
Так уж получилось, что Луна не человек, она — магическое существо. Куда более «магическое», чем вы можете себе представить. И так уж получилось, что так называемое магическое зрение совсем не чуждо Луне, а то и является ее особенностью.
— Демон, и ангел в одном лице… как ужасно… — драматично прошептала Луна, приложив руку к сердцу и протянув другую руку к Эйону. — Только громко об этом не говори, а то люди будут не в восторге, и тебе придется искать новую верховную жрицу.
Это звучало как метафора, но это метафора в меньшей степени, чем ей хотелось бы.
— Ты высшая жрица уже много лет, я очень сомневаюсь, что люди все еще считают тебя человеком, так что можешь не волноваться… — отмахнувшись на ее слова, успокоил ее Эйон. — И ты единственная, кто вообще был в Астрале — этого достаточно.
Как Луна сама сказала, она пришла в этот мир из Астрала в момент Катаклизма, но вернуться туда она не может, просто потому что не знает, как можно это сделать. Она попала туда не своими силами, и те, кто отправил ее, наверняка, уже давно мертвы. Ну, если к тем, кто отправил ее, в принципе можно применить понятие живого и мертвого.
— И не таких как я ставили под сомнения, Эйон… — усмехнувшись, Луна сделала пару шагов к нему навстречу. — Если люди захотят… они уничтожат кого угодно. Это ж люди.
— Ладно, тогда последний аргумент… — так же грациозно шагнув навстречу к Луне, представляя, будто они на каком-то балу, Эйон подхватил ее за спину и сказал: — Я здесь высший храмовник, и мне не нужна какая-нибудь там другая высшая жрица.
Чувства, которые Эйон испытывает к Луне, определенно нельзя назвать деловыми.
— Это очень мило, лгать не буду… — обойдя Эйона кругом, подыгрывая ему, сказала Луна. — Но это не спасет тебя от наказания за то, что ты до сих пор не лег спать, верховный храмовник.
Когда Эйон вздохнул, он, вместе с воздухом, выдохнул из себя и все веселое настроение.
— Я очень близок… — взглянув на недоделанный магический круг на полу, воодушевленно сказал Эйон. — Я так близок к тому, чтобы понять, как попасть в него!
В центре незаурядного круга красовался большой, двенадцатигранный чертеж, напоминающий своим формой солнце и его лучи, или же очень странную звезду. Чтобы начертить его настолько же ровно, насколько это сделал Эйон, нужно немало терпения.
— Убедить себя в этом — это главное, когда дело касается Астрала… — одобрительно покивав, обрадовалась за него Луна. — Как только ты почувствуешь, что у тебя все получилось, обязательно позови меня, и мы вместе сообщим о твоем открытии.
Эйон ничего не ответил, даже больше — он запнулся. Есть кое-что, что он хочет сказать ей прямо сейчас, но сомнения не позволяют ему.
— Я могу быть честен с тобой? — вдруг уточнил он. — Я могу быть сейчас честен с тобой, и в итоге не получить добрую порцию порицания?
Луне совсем не нравилось, куда он клонит, но она могла сейчас лишь согласиться, иначе Эйон в принципе не станет ничего говорить, а это тем более будет не выходом.
— Я делаю это не ради ордена, но ради того, чтобы помочь тебе… — взяв ее за руку, сказал Эйон. — Я знаю, что ты против этого, но это моя настоящая мотивация.
— Эйон… — ожидаемо нахмурившись, Луна была совсем не счастлива от его утверждения. — От ордена зависит целый мир, а от меня — ничего. Пожалуйста…
— Ты слишком много значишь для меня, — искренне сказал Эйон, сжав ее руку. — Желание вернуть тебя из Астрала мотивирует меня сильнее всего.
Настоящая Луна, настоящий дух Луны, если быть точнее, все еще находится там, в Астрале, но ее сознание, так называемый осколок, нашел способ прорваться в реальный мир и стать тем, кем она есть сейчас. Даже она сама не знает, что произойдет, если спустя столько лет она воссоединиться с самой собой в мире сновидений, но Эйона не покидает мысль о том, что он просто обязан всеми силами помочь ей вернуться назад.
— Эйон, ты любишь девушку, одержимую мной, и в этом нет ничего плохого, но… — Луна отвернулась, не желая, чтобы Эйон видел ее пустые глаза. — Там, в Астрале… там не я, Эйон. Там другая Луна, которую ты совсем не знаешь, и… пусть она остается там. До тех пор, пока я не наберусь в себе сил и не решусь встретиться с этим лицом к лицу.
— Ты обещала своему брату, что вернешься за ним… все, что я хочу — это помочь тебе выполнить обещание, вернуть вас обоих, чтобы ты поняла, что мне нужна ты, а не твое… тело, — Эйон отпустил Луну, позволив ей отойти. — Если появится способ, то я его использую, потому что ты страдала слишком долго, чтобы это и дальше продолжалось.
Брат — это не совсем правильное выражение, если рассматривать это с точки зрения человека, ибо для ангелов и демоном понятия братьев и сестер несколько разнится с тем, с чем имеют дело обычные люди. Ни те, ни другие не рождаются из одной утробы, подобно людям, но «родители», или, вернее будет сказать, прародители, у них все же есть. И если взять во внимание еще тысячу тонкостей, то тогда да, они брат и сестра.
— Миру больше не нужны ни ангелы, ни демоны, ни кто-либо еще. Мне, и моему брату в том числе, стоит смириться с этим фактом как можно быстрее… — Луна подняла взгляд, потому что поняла, что поступает как минимум грубо. — В самом начале своего пути, я была одержима желанием отомстить, была одержима желанием вернуть все, но…
Когда небеса пали, жители небесного города, коих люди окрестили «ангелами», потерпели сокрушительное поражение перед реальностью, и, с завершением «Катаклизма», исчезли. Никто не знает, что точно произошло в мифическом небесном городе, ведь он скрылся от взора людей еще за тысячи лет до своего падения. Даже сама Луна не могла найти ответ на эту загадку, ведь в то время она находилась в Астрале, вместе со своим братом Солом. Когда Луне удалось хоть как-то вырваться из заточения, от небесного города уже ничего не осталось, кроме руин, которые теперь годятся разве что как декорация для человечества. Как напоминание о том, что было когда-то там.
Некоторые говорят, что сама императрица Авелина завоевала силу жителей
