касается безусловного принятия. Пожалуйста, относитесь к себе бережно.
Если вы готовы поднять забрало эмоциональной защиты, отказаться от вербального оружия и начать исследовать реальность по-новому, я с радостью дарю вам идеи и необходимые инструменты для разрешения конфликтов, которые могут возникнуть в процессе.
Признав, что объединение разных точек зрения может многому нас научить, мы вдохновим друг друга проложить дорогу из неразумного настоящего к многообещающему и осознанному будущему.
Итак, начинаем…
Пусть эта книга поможет вам решить, как ответить на вечный вопрос: «Когда ситуация покажется безысходной и невыносимой, что я скажу себе и окружающим?»
Пусть десять принципов и качеств, описанных в этой книге, помогут превратить поток едкой внутренней критики в ободряющий внутренний диалог.
Пусть они научат бережно относиться к ранам, скрытым в глубине вашего сердца и таящимся в душе каждого из нас.
Пусть они помогут примириться с болезненными воспоминаниями, простить тех, кто не смог поступить лучшим образом, и научат сохранять безмятежность духа независимо от того, как ведут себя окружающие.
Пусть они сделают ваши отношения с людьми глубже, помогут почувствовать вкус жизни, открыться миру и проявить себя.
Пусть они наполнят вас энергией и научат, как поддерживать других, не жертвуя при этом всем своим временем и силами.
Пусть они освободят вас от тисков перфекционизма, созависимости и потребности угождать и вернут свободу, на которую вы имеете полное право.
Пусть они помогут вам стать невосприимчивыми к бессознательным действиям тех, кто проецирует свои страхи на окружающих, пытаясь избежать боли.
И, прежде всего, пусть они помогут осознать границы вашего и чужого опыта, чтобы делать осознанный выбор, расширяющий возможности, а не подхватывать чужие ошибочные модели поведения.
От всего сердца благодарю вас за то, что вы решили вступить на этот неизведанный путь собственной эволюции и внести вклад в общее развитие: свое, своих близких, тех, кто научился слышать, и тех, кому еще предстоит это сделать.
Спасибо за ваш интерес к трансформирующей силе безусловного принятия в это значимое время, когда так важно просто позволить этому совершенному процессу человеческого перерождения произойти.
Во имя света, жизни, любви,
Мэтт Кан
Глава 1. Хотите помочь – начните слушать
Прежде чем стать духовно развитым человеком, я был чувствительным и эмпатичным ребенком и по ошибке считал, что, если люди слишком эмоционально выражают свои переживания, значит, они плохо относятся ко мне. Еще больше мою жизнь осложняло то, что я был одновременно открытым, любознательным и рассеянным. Когда живой интерес ко всему на свете соединяется у тебя с неспособностью полностью на чем-то сосредоточиться, ты можешь легко оказаться в замкнутом круге. Кроме того, это сочетание может привести к постоянным духовным поискам, которые не дают никакого результата. Помню, как в те времена я мечтал подружиться с другими детьми, но в то же самое время просто не мог находиться рядом с ними. Мне хотелось разузнать все про тех незнакомых ребят, которые бегали по школьному двору, и я с интересом подходил знакомиться. Но когда они начинали открыто о чем-то рассказывать, мне было дискомфортно.
Теперь, уже будучи взрослым человеком, я отлично понимаю, что тогда со мной происходило. Мое детство прошло в семье созависимых функциональных алкоголиков (люди, имеющие алкогольную зависимость, но сохраняющие социальные функции. – Ред.). Родители были разумными, любящими и поддерживающими, но в то же время и эмоционально нестабильными людьми. Я вздрагивал, сжимался или замыкался в себе от одного только тона или громкости их голоса. Особенно если слышал «Мэттью!» вместо привычного «Мэтт» – ведь это значило, что сейчас меня начнут отчитывать. По этой же причине я стал слишком осторожным. Находясь в этой атмосфере созависимости, я начал бояться самовыражения – поскольку оно, как мне тогда казалось, провоцировало эмоциональные реакции родителей. Так зародилась мысль, что само мое существование может причинить кому-то боль.
Теперь я осознаю, что мама с папой были моими первыми моделями «внешнего мира». Их эмоциональные вспышки научили меня бояться других людей – того, что мое присутствие причинит им вред, или что они в любой момент на меня накинутся. Чтобы защититься, я научился замыкаться в себе и пропускать гневные тирады родителей мимо ушей. Таким же образом моя привычка отключать внимание позволяла мне не реагировать на людей, которые слишком много говорят. Из-за того, что мои родители быстро переключались между диаметрально противоположными эмоциями любви и гнева, я подсознательно стал отключаться, если кто-то делился чем-то сокровенным. Опыт подсказывал, что за этим непременно последуют осуждение, отвержение, чувство вины и брошенности, сопровождавшие мое детство. Оглядываясь на прошлое сейчас, я понимаю, что привычка отключаться вовсе не была проявлением безразличия. Эмоциональная непредсказуемость моих родителей привела к тому, что я просто не мог чувствовать себя в безопасности, слушая другого человека.
С возрастом ко мне пришло желание показать людям свое искреннее отношение, которое пряталось под этой скорлупой безразличия. Постепенно я начал замечать, как открыто и радушно люди реагировали на мой искренний к ним интерес. Для этого потребовались смелость, желание слушать и готовность к возможному недопониманию, которое пугало меня всю предыдущую жизнь.
После каждой попытки выслушать другого человека я в какой-то миг чувствовал облегчение. Тогда ко мне впервые пришло осознание, что сам процесс слушания может дарить расслабление, а не напряжение. Я также почувствовал, что невозможно внимательно слушать собеседника и в то же время бояться осуждения: чем больше нас увлекает сам процесс узнавания другого в его уникальности, тем комфортнее становится и тем меньше пугает открытость. Это дало возможность людям понять и принять меня. Мне предстояло прожить еще много лет, чтобы осознать все это до конца, но конкретно в тот момент это открытие меня захватило – чем внимательней я слушал людей, тем дальше отступали мои страхи.
После этого мое поведение изменилось. Мама стала часто спрашивать: «Мэттью, что с тобой случилось? Ты стал таким спокойным!» и трогать мой лоб, чтобы проверить, нет ли температуры. Она не понимала, что со мной происходит, а мне тогда не удавалось это сформулировать. Я чувствовал такой комфорт, безопасность и наполненность, когда просто слушал других. То, что раньше казалось непереносимой мукой или сковывало страхом наказания, теперь стало увлекательным способом узнать людей поближе. Я даже обнаружил, что, если внимательно слушал родителей, пока они ругались, мое любопытство словно бы создавало вокруг меня пузырь безопасности и спокойствия, защищавший меня от их эмоциональных взрывов.
Вместе с тем я заметил, что есть различные уровни слушания. Первый из них связан с согласием. Согласен ли я с тем, что
