Нахичевань-на-Дону не раз посещали, освящая своим присутствием, даже венценосные особы Российского государства.
Так в 1816 году Нор-Нахичеван посетили наследники русского престола, братья Александра I — Николай Павлович и Михаил Павлович. Великий князь Константин Николаевич гостил в Нахичевани в 1845 году, Николай Алексеевич — в 1863 году.
История сохранила трогательный эпизод, как в 1825 году, после путешествия по Таврическому полуострову император Александр Павлович вторично посетил город Нор-Нахичеван. Остановился в доме Мкртыча Овакимовича Поповяна (особняк Георга Алаханяна по 2-й Георгиевской, № 5). Император пожелал встретиться с Даниилом Харахашьяном и его супругой, в доме которых он останавливался и встретил радушный прием во время своего первого приезда в 1818 году. При вторичной встрече государь подарил супругам по кольцу.
В свои приезды в 1818 и 1825 годах в город Нор-Нахичеван император Александр I также заезжал в армянские села-спутники Нахичевана — Чалтырь, Большие и Малые Салы, Крым.
Значительными событиями для богобоязненных армян-нахичеванцев оборачивались приезды в их город верховных духовных вождей нации. В 1810 году Нор-Нахичеван посетил Католикос всех армян Епрем, в 1845 году — Нерсес, а в 1867 году — Геворк IV.
В 1840 году дважды город посетил губернатор Екатеринославской губернии граф Михаил Семенович Воронцов. В том же 1840 году Нахичевань посетил и новый губернатор Федоров.
В 1828 году в Нор-Нахичеван приехал архиепископ Нерсес, в то время занимавший должность верховного предводителя Армянских церквей. Он остановился в доме Хачатура Хрмаджяна, что по 26-й линии, № 3, впоследствии дом Мартироса Манвеловича Кастанаяна. (Примечательно, что этот дом существует по настоящее время).
В 1830 году по пути в Дерпт Нор-Нахичеван посетил замечательный армянский писатель, автор романа «Раны Армении» Хачатур Абовян. Он прожил в городе 15 дней. Был радушно встречен общественностью и лично городским головой Хачатуром Хрмаджяном. Хачатур Абовян с особой похвалой отзывался о городе и его руководителе. Город посещали также такие армянские классики литературы, как Хазарос Агаян, Степан Назарян, Александр Ширванзаде.
Однако, если вернуться к первым дням заселения армянами донских земель, то стоит напомнить, что переход на Дон был трагическим, переселенцы потеряли в пути третью часть вышедших из Крыма людей. Они умирали от голода, болезней оказавшись без крыши над головой, замерзали зимой… Вот отчего из числа дошедших к «последнему привалу» в декабре 1779 года людей четвертая часть (три тысячи человек) были либо калеками, либо оставшимися без родителей детьми-сиротами.
В течение первых лет, терпя немыслимые лишения, находясь в непрерывном физическом напряжении, осваивали армяне выделенные им необжитые земли. Лишь спустя шесть лет почувствовали они некоторое облегчение своей участи…
Первое каменное здание Нахичевани.
С первых дней своего переселения на донскую землю армяне не только стали изучать русский язык, но и были вынуждены вводить его в повседневный обиход, менять национальные привычки, обычаи, переделывать транскрипцию личных имен, фамилий и даже переводить их на русский язык. Окончание «ян» заменялось на «ов» или «ев». Так, Берберяны становились Берберовыми, Кастанаяны — Кастанаевыми. Существует множество примеров приданию армянских имен и названий русское звучание. Ованесы становились Иванами, Мкртычи — Никитами, Гукасы — Лукьянами и так далее. Отсутствие подобных изменений в армянских фамилиях затрудняло получение права на открытие торговых и промышленных, а так же ремесленных заведений, поступления на государственную службу.
Глава 4. Завещание индийского купца
Хотя рядом с пришедшими на Дон армянами размещалась крепость святителя Димитрия Ростовского, переселенцы, обустраиваясь, жили замкнуто. Они не позволяли себе переступать законы российского государства, строго соблюдали правила добрососедства, никогда не переступали грань дозволенного. Трудолюбием, снискали себе признательность и уважение казаков из ближайших поселений донские армяне. Во всем ином они активно использовали дарованные императрицей Екатериной II привилегии, и, в частности, на беспошлинную торговлю, поэтому переселенцы неуклонно богатели.
В начале 1785 года архиепископ Иосиф Аргутинский-Долгорукий повез купцов Нахичевани в Индию и там, отслужив в армянской церкви службу, обратился к купцам большой армянской колонии с призывом о благотворительной помощи соотечественникам, оказавшимся в положении переселенцев на пустующих землях. Он собрал средства на строительство церквей, Домов призрения для бедных осиротевших детей. Поездка удалась, и делегация вернулась с богатыми пожертвованиями — золотом, серебром, посудой, драгоценными камнями. Большим историческим событием обернулось завещание индийского торговца фарфором армянского происхождения Мацеха Бабаджана. Армяне города Мадраса собрали 4675 рупий на строительство в Нахичевани школ и типографии. Мадрасский богач Шамир завещал ежегодный доход от 1000 рупий в пользу детских учреждений. Житель Калькутты завещал на училища 12 500 франков, Катаринэ Хаджалян — 5845 франков, Саркис Шатур в пользу училища оставил типографию и две тысячи серебром, Н. Аджемян — все свое движимое и недвижимое имущество и 300 тысяч рупий на строительство технической школы.
26 сентября 1861 года судебное присутствие Калькутты обсудило возбужденное Налбандяном дело по суммам, завещанным армянской колонии на Дону, и вынес решение в пользу города Нахичевани. Получив 60 тысяч рупий — половину завещанной Нахичевани суммы, Налбандян на следующий день, 27 сентября 1861 года, выехал из Калькутты. По дороге он делает остановку в армянской колонии Константинополя. Из Константинополя Налбандян выехал в Марсель, а оттуда через Париж, Лондон, Берлин, в Варшаву и в конце мая 1862 года возвратился в Петербург. Из столицы через Москву приехал в Нахичевань.
Приехав в Нахичеван из Индии, Микаэл Налбандян встретился со своим другом детства, единомышленником Карапетом Айрапетяном и поведал ему о своем путешествии в Индию. Это произошло 13 июля, а уже 14 июля за ним приехали жандармы. Городской голова даже не успел назначить день созыва общественного собрания, где Микаэл Налбандян должен был сделать отчет о своей поездке в Индию.
Глава 5. Предприимчивость как жизненная необходимость
Уже с первой же ранней донской весны 1780 года армянские предприниматели приступили к делу. Так, лесопромышленники организовывали доставку леса из Царицына, и сибирского железа. Крымские владельцы кирпичных, черепичных, кожевенных, салотопных, спиртоводочных, свечных заводов стали постепенно организовывать производства на новом месте. На базе салотопенных заводиков стали организовывать мыловарение, свечные, кожевенные предприятия, а на берегу реки Дон — шерстомойки.
Французский историк К. де-Борт, посетивший Нахичеван через пять лет после его основания, отметил, что здесь «есть большой базар, а также фабрика турецких шелковых и шерстяных материй».
Огромное трудолюбие переселенцев, любовь к земле, умение выращивать сельскохозяйственные продукты, обустраивать дарованную им землю великолепными постройками, возводить современный город на пустом месте, заниматься торговлей, ремесленничеством и сделали город одним из самых преуспевающих на Юге России. Постепенно место обоснования стало принимать городские очертания, благоустраивалось, озеленялось.
Уже в 1830 году в Нахичеване насчитывалось более 70 000 деревьев. Во фруктовых садах города, сел и хуторов имелось большое количество плодоносящих деревьев: яблонь, слив, груш, вишни, черешни, персика.
Из овощных и бахчевых культур выращивались арбузы, дыни, огурцы, баклажаны, капуста, горох, фасоль, бобы, различные зеленые специи. На значительных участках земли выращивался картофель.
Спустя всего лишь 30 лет после переселения армян на пустующие земли, в 1820 году, герой Отечественной войны 1812 года генерал Н. Н. Раевский, следовавший с А. С. Пушкиным через придонские города в южные края России, в своем дорожном дневнике лаконично и тепло писал: «Город армянский, Нахичеван называемый, просторный, многолюдный и торговый, весьма богатый. Образ жизни, строение лица, одеяния — все оригинальное».
Глава 6. В заботах о духовном
Не менее важной заботой переселенцев было стремление к просвещению, дабы сохранить и развивать на новой земле свой язык, народные обычаи и духовные традиции. Невольно, через века, с благодарностью обращаемся к светлой памяти архиепископа Иосифа Аргутинского-Долгорукого, сознавая содеянное им во благо будущего своей паствы на донской земле. Им были заложены и освящены церкви и храмы, а также во дворе храма Григория Просветителя школа Саака и Месропа, и до конца XVIII века их было три, в том числе одна духовная школа «Хонах» («Гость»). Главным центром просветительства стало детище Иосифа Аргутинского — Сурб-Хач (Святой Крест). На территории монастыря молодые люди жили на полном обеспечении и приобщались к грамоте. В приделах монастыря была открыта первая на Юге России типография.
